То свидание в Кембридже… - Эш Розали - Страница 21

— Почему?

Она пожала плечами.

— Я представляла, что-то более грандиозное.

— Мне показалось, тебе нравится простая жизнь. Прогулки по скалам, собирание раковин. Или ты предпочитаешь роскошный отель?

— Нет! — Она обернулась, нахмурившись. — Я не это имела в виду. Я люблю тишину. — Она умолкла.

Это вроде бы не в стиле Марко. Но что она знает о его вкусах? Если он проводит массу времени, живя в Риме и Лондоне, как того требует его специальность адвоката, это еще не означает, что в свободное время он одержим жаждой роскоши. Вот только трудно представить себе здесь Софи, подумалось ей.

— Любишь? — тихо повторил Марко. — Как ты думаешь, научишься ли ты любить меня, Полли?

Она вздрогнула.

— Что за странный вопрос? Как можно научиться любить кого-то?

— Браки по расчету не такая уж редкая вещь. Если даже два незнакомых человека могут полюбить друг друга, то у нас гораздо более радужная перспектива. Мы отнюдь не чужие, Полли. Нас связывает крепчайшая цепь.

— Бен.

Он слегка кивнул.

— Ты пытаешься шантажировать меня? Дескать, если тебе дорог Бен, то, будь добра, научись любить его отца? Гораздо лучше, если бы мы были незнакомцами, Марко. — Глаза ее блестели гневом. — Тогда у меня не было бы причин не слишком доверять тебе.

— Я могу попытаться научить тебя доверию.

— В самолете мне показалось, что ты не хочешь больше со мной разговаривать, — дрожащим голосом сказала она.

— Обмен оскорблениями — не лучшее начало медового месяца.

— Это не обычный медовый месяц. Он насмешливо поднял брови.

— Попробуем устроить стандартный медовый месяц?

Спускаясь по ступенькам, он сжимал ее руку, направляясь на нижний этаж. Оказавшись внутри, в полумраке комнаты с окнами, закрытыми ставнями, она не сразу разглядела ее после яркого солнечного света. А разглядев, едва не ахнула: нижний этаж представлял собой одну огромную спальню с примыкающей к ней ванной комнатой и колоссальной кроватью.

Полли словно приросла к полу. Марко между тем открывал окна, убирая накладные деревянные ставни. Солнечный свет хлынул в комнату. Большие окна смотрели на море, двери выходили на террасу.

— Не знаю, как ты, а я умираю от жажды, — спокойно сказал Марко, открывая дверцу одного из шкафов. Это оказался холодильник, наполненный бутылками минеральной воды, белого вина, пива, фруктовых соков, в глубине розовела половина огромного арбуза, запечатанного в прозрачную пленку. Еще там была бутылка шампанского. — Что пожелаете? — Другое отделение шкафа скрывало ряды стаканов, тарелок, кухонные принадлежности.

— Просто воды, пожалуйста. — Полли присела на кровать. — Марко, это единственная комната?

— Да. Хочешь принять душ или еще что-нибудь до того, как начнем распаковываться? — Марко протянул ей стакан воды со льдом.

Она отпила чуть-чуть, рука ее, державшая стакан, дрожала.

— Ты ожидаешь, что мы будем спать в одной кровати? Всю неделю?

Он жадными глотками осушил стакан, затем направился к другой стороне кровати и, попробовав прилечь, слегка покачался на матрасе.

— Размеры просто королевские, и довольно удобно, — высказал он свое мнение.

— Меня не беспокоит, королевских размеров кровать или лилипутских, — взорвалась Полли. — Я не собираюсь спать в этой чертовой постели с тобой всю эту чертову неделю! Понял?

Марко встал, потянулся и направился в ванную.

— Если ты не спешишь, — как ни в чем не бывало спросил он, — то я пойду первым?

Она закрыла глаза и выпила свою воду, считая про себя до десяти, чтобы успокоиться. Затем заметалась по комнате, мысленно обдумывая возможные варианты отступления. Вышла на террасу. Море накатывало пенные волны на пляж. Она попыталась подавить приступ истерики. От одной мысли о том, что всю неделю каждую ночь она будет спать с Марко в этой большой кровати, ее бросало то в жар, то в холод.

У Марко не было никакого права ставить ее в такое затруднительное положение. Она ведь предупреждала его! Высказалась достаточно прозрачно о том, на каких условиях выходит за него замуж. Может, просто потребовать, чтобы один из них спал где-то в другом месте?

— Извини, что так долго. — Марко прервал ее лихорадочные размышления, легким движением руки проведя по ее спине. — Твоя очередь, солнышко. Душ тебя оживит.

Она обернулась к нему. В нем не было ни капли лишнего жира, одни мышцы и сухожилия, формирующие тело прекрасное, как у греческого бога. На нем было коротенькое полотенце, прикрывающее бедра. Схватив свои туалетные принадлежности, Полли метнулась в ванную, стремительно захлопнув за собой дверь. Даже без защелки, испуганно отметила она. Как фурия она выскочила назад, на ходу высказывая свои претензии, но слова замерли. Марко стоял уже совершенно обнаженный, старательно расчесывая волосы. Он прервал свое занятие, весело глядя в ее разгоряченное, перекошенное лицо.

— Какие-то проблемы?

— Дверь не запирается. Ради бога, надень хоть что-нибудь.

Он с невозмутимым видом поднял бровь.

— Зачем? Мне не холодно. И мы теперь женаты. Женатым парам разрешается ходить в спальне без одежды, не так ли?

Едва не задохнувшись от возмущения, Полли вернулась в ванную, яростно хлопнув дверью.

— Не смей сюда являться, — прокричала она и, включив душ, встала под благодатную освежающую струю.

— Успокойся, — ответил Марко. — Мама научила меня, что невоспитанно врываться в ванную, когда там дама.

Спасибо тете Руфи, подумала Полли и внезапно едва не разразилась хохотом.

Как-никак все это уже смешно. Она нарочно медлила. Раздался легкий стук в дверь.

— Ты не можешь просидеть там всю неделю, Полли.

— Я и не собиралась. — огрызнулась она. Обернувшись в громадную белую махровую простыню, она осторожно приоткрыла дверь. Марко стоял перед ней, поблескивая глазами. На нем снова было все то же крохотное полотенце. Когда она попыталась проскользнуть мимо, он перехватил ее по дороге так, что она оказалась в кольце его рук, тесно прижатая к его телу стальными объятиями.

— Ты восхитительно пахнешь, — выдохнул он у ее шеи.

— Марко, перестань… — дрожь сотрясала все ее тело.

— Твоя кожа как теплый шелк.

— Это нечестно. — вырывалась она, голос осекся, когда он шагнул назад, увлекая ее к постели. — Марко, отпусти меня, ты обещал.

— Я ничего не обещал, — невнятно пробормотал он, опрокидывая ее на кровать и ловко отрезая ей путь, когда она попыталась выкатиться из-под его тела. — Кроме моих сегодняшних обещаний в церкви.

— Мы оба знаем, чего они стоят. — Непролитые слезы душили ее.

Он между тем обнажил ее грудь и нежными пальцами провел по набухшим соскам. Затем стянул с нее простыню совсем и поднялся на колени, чтобы оглядеть свою добычу.

— Я говорила, что выхожу за тебя с условием — мы не спим вместе, — настаивала она, пытаясь мобилизовать остатки сопротивления. — Я думала, ты будешь считаться с моими чувствами.

— Я не могу, — хрипло выдохнул он, трепет прошел по его членам, он провел ладонями вдоль всего ее тела, следуя взглядом за руками. — Я не могу находиться рядом с тобой и не мечтать о сексе.

— О Марко, о боже всемогущий… — Она не позволяла себе закрывать глаза, пытаясь использовать накопившуюся ярость, чтобы не захлебнуться в волне страсти и желания, исходящей от него. Это не помогло, ее тело не слушалось, как всегда предавая ее, подыгрывая этому мужчине. В ней словно открывалась бездна томления по нему, требующая, чтобы ее заполнили, и тогда она становилась глуха и слепа ко всем доводам рассудка.

— Признай, ты хочешь того же.

— Нет…

Он провел ладонью по ее животу, опускаясь все ниже, пока его пальцы не нырнули в шелковистые завитки. Глаза при этом не отрывались от ее лица, а пальцы нащупывали доказательство ее возбуждения.

— Нет? — Его голос осип от желания. — Ты говоришь, что не хочешь меня, одновременно так откликаясь на мои прикосновения?

— Это на физическом уровне. — выдавила она, застонав от жажды и стыда. — О… о… пожалуйста, Марко.