То свидание в Кембридже… - Эш Розали - Страница 18

— Полли, милая…

Она вздернула подбородок, голос ее задрожал.

— Я серьезно говорю. Я не собираюсь спать с тобой, Марко. Никогда.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Свадьба мисс Полли Гамильтон и мистера Марко Даретта была, по мнению Полли, излишне шумной и расточительной процедурой.

Она стояла у алтаря в кремовом платье без рукавов, с венком из кремовых роз на распущенных волосах, рядом с ней — Марко в черном костюме. Она размышляла о том, что три церемонии слишком много для нее. Первая — это гражданское бракосочетание во Флоренции, затем в Англии они получили благословение в ее местной деревенской церкви. Теперь третья — здесь, в величественной церкви во Флоренции. С величайшей помпой и торжественностью они обменивались клятвами, требуемыми итальянскими католическими обычаями.

Слева от нее, чуть позади, стоял ее отец, высокий, полный достоинства, и, несмотря на давние конфликты семейств, всем своим видом выражал одобрение. Бен, гордый и сосредоточенно нахмурившийся, маленьким часовым застыл поблизости, костюм его был точной копией костюма Марко.

Церковь была полна — со стороны жениха и невесты присутствовало множество гостей.

Полли взглянула на Марко, высокого, темноволосого, профиль его казался выточенным из камня. Может быть, ее любовь одолеет все препятствия, может быть, раз Марко так любит Бена, Софи сдастся, и тогда их брак превратится в тот радостный союз, ради которого и произносятся эти клятвы.

— Что с тобой? — послышался над ухом шепот Марко.

— Ничего.

— Ты вся побелела. Словно собираешься упасть в обморок.

— Я прекрасно себя чувствую.

— Тогда хотя бы постарайся принять вид цветущей невесты, — заботливо посоветовал он.

— Извини. Я постараюсь, — голос ее звучал чуть слышно. — Я должна испытывать благодарность, не так ли? Раз уж лишила Софи удовольствия изобразить цветущую невесту.

Полли скорее почувствовала, чем увидела, как искривились губы Марко.

Внезапно ей захотелось убежать со своей свадьбы. Глаза наполнились слезами. Это все для Бена, упрямо повторяла она. Для его будущего, для его безопасности.

И для тебя, напомнил негромкий, но отчетливый внутренний голос. Потому что ты любишь Марко.

Выйдя из церкви, Марко сжал ее руку так крепко и властно, что вырваться из его тисков было невозможно. Она глядела в объектив беспрерывно щелкающего фотоаппарата. Глаза Марко были черны и непроницаемы.

На башне звонили колокола.

— Ты мне делаешь больно, — пробормотала она.

— Извини. — Он посмотрел на нее без всякого выражения. И не отпустил.

Фотограф улыбался, бурно жестикулируя, что-то кричал гостям.

— Что он говорит? — заинтересовалась Полли.

— Он хочет, чтобы мы поцеловались перед камерой, — перевел Марко. Склонившись ближе, он добавил: — В данных обстоятельствах мы не должны огорчить его, верно, дорогая?

Он прильнул к ее сжатому рту своими холодными губами, дразня и терзая, пока она не вздохнула. Он тут же воспользовался моментом, сделав поцелуй более глубоким и страстным, заключив ее в объятия с чувственностью настолько явной, что Полли понимала — все вокруг ее видят. Когда он отпустил ее, она вся дрожала. Он обвил рукой ее плечи и подарил улыбку, заставившую ее смущенно закрыть глаза.

— Маленькая притворщица. Сначала запрещаешь тебя касаться, а потом прожигаешь меня своими поцелуями до мозга костей. Постарайся выглядеть сияющей на фото, дорогая. Бен будет разглядывать его, когда вырастет.

Она заставила себя улыбнуться, несмотря на ярость, смешанную с любовью и томлением, рвущими ее на части.

Гости столпились вокруг них, поздравления сыпались со всех сторон. Золотое кольцо на левой руке Полли блестело на солнце. Традиционный символ любви между мужчиной и женщиной — или знак, удостоверяющий право собственности.

Полли так хотелось, чтобы правдой было первое, что она, закрыв глаза, вознесла краткую молитву в голубое небо над ними.

Когда она открыла глаза, перед ними стояла Софи в костюме от Версаче. Она держала Бена за руку и улыбалась.

— Мои поздравления, — произнесла она ломким голосом. — Надеюсь, что вы будете очень счастливы!

— Спасибо, Софи. — Марко откликнулся без излишней радости и, гибким движением подняв Бена, посадил его к себе на бедро.

— Ты теперь мой правильный папа? — потребовал ответа Бен, изучая Марко так пристально, словно ожидал волшебных превращений.

— Можно поклясться. И мы отправляемся на торжество, чтобы хорошенько это отметить. — Марко переместил Бена себе на плечи, и они пустились сквозь толпу к ожидающему их “мерседесу”. Полли улыбалась Бену, идя рядом. Ее сердце было полно счастьем с привкусом печали. Что бы ей ни пришлось претерпеть в новой роли, все это стоило того, чтобы видеть Бена таким ликующим.

— Осторожней с ним, — испуганно предостерегла она, когда Марко внезапно сделал вид, будто роняет Бена.

— Я стану беречь его пуще жизни, — почти беззвучно проговорил Марко. — А теперь, когда ты стала моей женой, и тебя, сага mia, — добавил он тем же тоном.

Усадив их, шофер захлопнул дверцу. По улицам Флоренции они понеслись к отелю, в котором должен был состояться прием. Благодарная Бену за безостановочную болтовню, Полли сидела, притаившись, как мышка, заняв оборонительную позицию; всеми силами души она желала, чтобы эта мучительная процедура уже закончилась. Ей хотелось оказаться в одиночестве. Хотелось быть дома в Девоне, только она и Бен.

На приеме, проходившем во дворе старого монастыря, превращенного в отель, шампанское лилось рекой. Круглые столики стояли под огромными белыми китайскими зонтиками, защищающими гостей от солнца. Везде были цветы.

Полли двигалась сквозь жужжащую толпу словно во сне; друзья и родственники подходили поздравить ее, а Полли улыбалась и улыбалась. После двух бокалов шампанского она позволила себе поверить, что счастлива, что женитьба и впрямь пожизненный договор, заключенный ради настоящей любви и поддержки.

— Удовлетворена? — От шипения Софи она вздрогнула. Полли присела за столик, Софи скользнула на стул рядом.

— Не слишком, — вымолвила Полли. — А ты бы была?

Софи прищурила фиалковые глаза, на щеках ее загорелись яркие пятна.

— Могу поклясться! Меня тошнит от твоего нахальства! Раз уж ухитрилась совершить невозможное, заманив Марко Даретта под венец, так имей совесть признаться, что тебе повезло! — Каждое слово было пропитано ядом.

Полли побелела. Последние недели она избегала Софи. Это не было слишком сложной задачей. После того как она согласилась выйти замуж за Марко, он отправился в Рим по делам, а без него у Софи не было причин надоедать ей своими визитами.

— Мне очень жаль, Софи. Но повезло в основном Бену. — Голос Полли звучал неестественно ровно. — У него теперь есть оба родителя.

— Бедная мисс страдалица. Меня ты не обманешь. Ты получила то, что хотела. Думаешь, я не знаю, что ты годами по нему сохла? Неплохой способ, однако, сыграть на дурацких отцовских инстинктах.

Полли бросало в жар и в холод. Она знала, что Софи испытывает горькое разочарование, но такого потока оскорблений не ожидала.

Марко и Бен стояли в центре большой группы.

Ее маленький сын выглядел взрослым рядом с отцом; в руке у него был бокал с лимонадом, волосы разлохматились, пиджак он снял и распустил галстук по примеру Марко. А тот разговаривал и смеялся, жестикулируя с горячностью, отличающей настоящих итальянцев. Было ясно, что темой разговора был Бен. Лицо Бена раскраснелось, темные глаза блестели от удовольствия и осознания своей важности при виде того шума, который вокруг него поднимали.

Полли поняла, что Софи проследила за ее взглядом.

— Не пойму, почему я не догадалась давным-давно, — заметила Софи, — что он от Марко. Они похожи как две капли воды.

— Я думала, что ты знаешь, — тихо откликнулась Полли.

— Ну… какие-то подозрения у меня были, — слегка пожала плечами Софи.