Стриптиз для босса - Колли Джан - Страница 4

— Слишком долго в компании откладывалось решение давно назревших проблем, — говорил Льюис, обсуждая причины плачевного состояния дел. — Думаю, все понимают необходимость перемен. — После этих слов в зале раздались аплодисменты — очевидно, Льюис попал в самую точку, — но Мэдлин сомневалась, что консервативные жители Куинстауна воспримут новость о переменах с энтузиазмом.

Льюис закончил свое выступление и под громкие овации покинул сцену. В зале послышались такие слова, как «харизма» и «магнетизм».

— Отличная речь! — повернулась Кей к подруге. — Если слова у него не расходятся с делом, «Премьер» повезло. Я — в его команде.

Неохотно, но Мэдлин с ней согласилась. А о «харизме» и «магнетизме» Льюиса Гуда ей было известно лучше, чем кому бы то ни было из собравшихся. Ей стало бы легче, имей она возможность посвятить в свой секрет Кей, но у подруги и без нее дел было по горло. Во-первых, конференция только началась, а во-вторых, в ближайшие день-два Льюис Гуд намеревался оценить качество ее работы по управлению отелями.

— Кстати, что сказала бы твоя мать по поводу этого платья для коктейля, святая Мэдлин-Магдалина? — неожиданно сменила тему разговора Кей.

Обе рассмеялись, когда Кей употребила школьное прозвище Мэдлин, которое закрепилось за ней на много лет, а все потому, что ее мать пользовалась сомнительной славой первой чудачки города. Ее называли «Леди Библия» за привычку выступать с речами на улицах против таких грехов человечества, как пьянство и разврат.

Сверстники Мэдлин делились на два лагеря: кто-то ей сочувствовал, кто-то, наоборот, насмехался над ней. Чтобы уберечь свою дочь от греха, мать Мэдлин обряжала ее в школьную форму, больше похожую на мешок; волосы были коротко пострижены, а о косметике можно было только мечтать.

— Твой выбор, — напомнила Мэдлин, касаясь черного атласного мини-платья. Месяц назад Кей приезжала к ней в Сидней для моральной поддержки, когда Мэдлин все-таки решилась подать резюме в «Премьер Групп», и во время похода по магазинам заставила ее купить это платье.

— Расслабься. Ты шикарно выглядишь, — улыбнулась Кей, когда Мэдлин попыталась подтянуть корсаж платья повыше.

В любом случае, пока ее багаж еще не доставлен в отель Сиднея, куда Мэдлин собиралась вселиться на время поисков квартиры, у нее не было иного выбора. Это платье лучше всего подходило для подобного мероприятия.

Кей заговорила с Джоном. Почти в ту же секунду голова Мэдлин сама повернулась в ту сторону, где сидел Льюис, и она почувствовала, как по ее спине пробежали мурашки — она поймала на себе его взгляд, хотя весь его вид говорил о глубоком внимании к разговору, который шел за столом.

Мэдлин поспешно отвернулась и снова подумала: как такое могло с ней случиться? До этого у нее были лишь короткое романы, и то на время выходных и нечастых отпусков, причем она прилагала огромные усилия, чтобы об этом не стало известно окружающим — должно быть, давало себя знать влияние ее строгой в отношении морали матери.

Да, то, что случилось в «Альпийской фантазии», произошло во время отпуска, так что этот случай ничем не отличался от остальных. Если не считать того, что она переспала с незнакомцем, зная его всего несколько часов, и в нескольких милях от родного города.

А ведь после той ночи у Льюиса Гуда могло сложиться о ней абсолютно неверное впечатление!

Звуки оркестра наполнили зал — деловое собрание постепенно превращалось в увеселительное мероприятие. Рядом с Мэдлин тихо разговаривали Кей и Джон. Мэдлин отпила глоток шампанского, посматривая на окружающих. Они были ей незнакомы, хотя с некоторыми из них скоро предстояло работать, и так как большинство ее не знало, можно было незаметно улизнуть: она почти не спала в «Альпийской фантазии» и очень плохо сегодня ночью — ей снились ужасы, причиной которых был Льюис Гуд…

— Скучаете, мисс Холланд?

Льюис Гуд спокойно опустился на пустой соседний стул, чем вызвал у нее тихую панику. Мэдлин сосредоточилась на том, чтобы не расплескать шампанское, ставя бокал на стол.

— Ничуть, — сказала она, скосив глаза в сторону Кей, но ее подруга была всецело поглощена разговором с мужем. — В любом случае мне пора.

— Еще нет десяти часов, да и десерт вы еще не пробовали. Что подумают о вас ваши новые коллеги?

— Я не собиралась задерживаться здесь надолго. — Мэдлин заставила себя посмотреть ему в глаза.

— Уйти, хотя бы раз не выйдя в таком платье на танцевальную площадку, — преступление. — Льюис встал и протянул ей руку.

Мэдлин от страха зажмурилась. Одно его только присутствие напоминало о ее досаднейшем промахе. Танец с ним, на виду у будущих коллег, неминуемо должен был превратиться в пытку.

Льюис продолжал стоять, с улыбкой глядя на нее сверху вниз, словно зная, что ей некуда деваться, а сцену устраивать она не будет.

Не скрывая раздраженного вздоха, который был слышен только ему, Мэдлин встала, взяла его под локоть и на деревянных ногах зашагала к танцплощадке.

Когда Льюис положил руки ей на талию и повернул лицом к себе, Мэдлин постаралась подавить прошедшую по ее телу дрожь, которая могла вызвать на его лице понимающую ухмылку.

— Почему вы это делаете? — тихо спросила она, глядя куда-то поверх его плеча.

Льюис наклонился к ней, и Мэдлин стоило больших усилий не откинуть голову назад, когда она вдохнула его знакомый чувственный и… запретный запах.

— Танцую с исполнительным директором? — беспечно сказал он. — Мы новые люди в этом коллективе. Лучше нам держаться вместе.

Мэдлин внимательно вслушивалась в его голос, но не услышала в нем насмешки и не уловила какого-либо скрытого смысла в его словах.

— Вы пользуетесь определенной репутацией в городе, — продолжал он, щекоча своим дыханием ее ухо.

Сердце у нее ухнуло куда-то вниз. Значит, ему уже известна наделавшая шуму давняя история, из-за которой ей пришлось уехать. Может, поэтому он и разыграл тот спектакль в «Альпийской фантазии»? Женщина с репутацией распутницы, которая формально еще не работает в его компании?..

— Куда бы я ни пошел, отовсюду слышу: «Разве не удивительно, что малышка Холланд многого добилась?»

«…если вспомнить, что…» — продолжила про себя Мэдлин. Ее не было дома долгих двенадцать лет, в течение которых она все гадала, забудут ли здесь о той истории к моменту, когда она вернется? Ведь все рано или поздно забывается. Продолжить карьеру в* Сиднее показалось ей удачным решением: так она могла легко приезжать в родной город и навещать свою мать, а при необходимости, если ее состояние ухудшится, вернуться в Куинстаун насовсем.

Льюис откинулся назад, глядя на нее сверху вниз.

— По-моему, вы немного напряжены. Может, пустая болтовня поможет расслабиться? Какие хорошие фильмы вы смотрели в последнее время?

Это было подло. Льюис явно намекал об их первой встрече, состоявшейся в кинозале «Альпийской фантазии».

Крохотная надежда, что он, как и она, поскорее постарается забыть ту ночь, разбилась вдребезги. Определенно Льюис Гуд джентльменом не был.

— Когда вы меня соблазняли, вы знали, кто я? — прямо спросила Мэдлин.

В глазах Льюиса зажглись непонятные искорки.

— Я соблазнял?Странно, мне казалось, что соблазнение было обоюдным.

— Так вы знали? — яростным шепотом повторила она.

— Я просмотрел файлы топ-менеджеров, — кивнул он. — Из вас вышла очаровательная шпионка.

— Шпионка? Что вы хотите этим сказать?

Его глаза приобрели стальной блеск.

— Ну же, мисс Холланд… Жак поселил вас туда, чтобы вы за мной шпионили.

Мэдлин продолжала танцевать, хотя делала это через силу. Ей очень не хотелось, чтобы новые коллеги стали подозревать, что ее и нового президента связывает что-то кроме деловых отношений, но то, что Льюис посчитал ее проституткой, подосланной Жаком де Рисом, обожгло как удар хлыста.

— К вашему сведению, мистер Гуд, я никогда не встречалась с Жаком де Рисом лично. Дом отдыха был подарком ко дню моего возвращения домой от моей подруги Кей. Если мне не верите, можете спросить у нее.