Роковой поцелуй - Голд Кристи - Страница 15

— Я всегда знал, что у моего брата не хватает здравого смысла, но никогда не думал, что он такой дурак.

— Хочешь еще что-нибудь узнать?

— Это все.

— О Кевине мы могли бы поговорить и по телефону.

— Конечно, но тогда бы я не смог сделать этого.

Он прижал ее к себе и поцеловал так, что у нее закружилась голова.

— Может быть, войдешь?

— Хочу, но не войду. Судя по тому, что я сейчас чувствую, я всю ночь не дам тебе спать, и тогда мы точно опоздаем на рождественский обед.

Что касается ее, то она вовсе не против.

— Давай подождем до завтрашней ночи. И поверь мне, Корри, я устрою тебе такой праздник, которого ты никогда не забудешь.

Всю дорогу, пока они ехали в дом родителей Эйдена, он не терял контакта с Корри ни на секунду: то нежно поглаживал ее, то проводил рукой по подбородку, то шептал что-то на ушко. А Корри все время повторяла, что, если он не прекратит, она будет не в состоянии нормально общаться с его семьей.

Данный факт, казалось, совсем не беспокоил его, и это стало совсем очевидным, когда он остановился на углу квартала и страстно поцеловал ее.

— Прелюдия к сегодняшней ночи.

Эйден поставил машину за древним грузовичком Дермота.

Они вынули из багажника подарки. Корри пошла к дому первой, Эйден держался несколько поодаль.

Когда Корри вошла в гостиную, то сразу окунулась в уютную рождественскую атмосферу. В углу стояла наряженная елка, из кухни доносились умопомрачительные ароматы сдобы и пекущихся пирогов. Всего этого она была лишена в детстве.

Мэлори О'Брайен обняла Корри.

— Я так рада, что ты приехала, — сказала Мэлори. — И сожалею о поступке Кевина.

Корри протянула пакет с подарками Эйдену, продолжая держать в руках пластмассовый контейнер с приготовленным ею десертом.

— Не извиняйся, Мэлори. Все уже позади.

Корри обменялась приветствиями с двумя младшими братьями Эйдена: Логаном и Кэйреном.

— Девин опять дежурит в больнице. А Стейси повезла Шона к своим родителям. Вчера они были здесь. Тебе тоже надо было приехать, — сказал Логан.

— Честно говоря, вчера весь вечер я занималась упаковкой подарков. У меня привычка откладывать все на последнюю минуту.

В комнату ворвался Дермот. Он крепко обнял Корри и хлопнул по спине Эйдена.

— Хорошо, что вы оба пришли. — Он посмотрел на контейнер. — Что за вкуснятина там у тебя, девочка?

— Мои фирменные пирожные с орехами пекан и карамелью. Я знаю, как их любит Люси. Она на кухне?

— Где же ей еще быть, — подтвердил Дермот. — Хочешь, чтобы я их отнес?

Корри покачала головой.

— Я сама отнесу и спрошу, не надо ли помочь. Рано или поздно ей придется встретиться с женщиной, которая одно время была ее потенциальной свекровью. Женщиной, которая души не чает в бывшем женихе Корри.

— Если понадобится помощь, зови меня. Корри посмотрела на Эйдена и поняла, что он

имеет в виду совсем не помощь по кухне.

— Уверена, что сама прекрасно справлюсь, — с улыбкой сообщила она и направилась на кухню, где уважаемая мать семейства О'Брайен готовила бесчисленные обеды в течение почти сорока лет.

Люси стояла возле раковины, очищая батат и разделывая его для тушения. Свои черные с проседью волосы она уложила в низкий пучок. На ней был красный праздничный свитер с изумрудным орнаментом и черные слаксы. Она все еще была красивой женщиной, и, очевидно, свою красоту дети унаследовали от нее.

Корри поставила контейнер с десертом на стол и сказала:

— Как чудно пахнет!

Люси мельком взглянула на нее и тут же вернулась к работе.

— Здравствуй, Коррина.

Люси никогда раньше не называла Корри ее полным именем, и это было плохим знаком.

— Я могу чем-нибудь помочь?

Люси на секунду замерла.

— Я отлично справлюсь сама.

Люси никогда раньше не отказывалась от ее помощи. Ни разу. И Корри почувствовала, как падает ее настроение.

— Люси, нам надо поговорить.

— О чем?

— О моем разрыве с Кевином.

— Нечего говорить, Коррина. Что сделано, то сделано.

Корри сделала шаг навстречу Люси и виновато улыбнулась.

— Мне очень жаль, что у нас с Кевином ничего не получилось.

Люси вздохнула.

— В наши дни молодежь не любит обязательства.

Это прозвучало как обвинение.

— Полагаю, иногда именно так и бывает. Но все же лучше обнаружить несовместимость прежде, чем будет произнесена клятва.

Поскольку Люси не ответила, Корри положила руку ей на плечо.

— Но я хочу, чтобы вы знали, что независимо от того, что случилось между мною и Кевином, к вам я всегда буду относиться с большим уважением. Я ценю все, что вы сделали для меня. Вы приняли меня в свою семью, и это значит для меня гораздо больше, чем выдумаете.

Глаза Люси наполнились слезами. Она бросила нож в раковину, вытерла руки посудным полотенцем и выбежала из кухни.

Корри не пыталась остановить ее. Она поняла: ей не следовало сегодня приходить, а теперь придется уйти.

Когда Корри с каменным лицом пересекла гостиную, направляясь в коридор, Эйден понял, что разговор на кухне прошел не совсем гладко. Когда он двинулся ей наперерез, Мэлори вскочила и преградила ему дорогу.

— Давай дадим ей немного побыть одной.

Эйден потер рукой затылок.

— Это моя ошибка. Я должен был предположить, что разговор с мамой окажется непростым.

— Давай сделаем вот что. Я поговорю с Корри, а ты с мамой. Мама прислушивается к тебе.

— Только не тогда, когда дело касается Кевина.

— Но ты должен попытаться. Иначе праздник будет испорчен для них обеих.

— А ты не оттягивай разговор с Корри.

Мэлори отдала честь.

— Есть, сэр, капитан О'Брайен. А ты не хочешь признать тот факт, что заботишься о Корри больше, чем просто о друге?

Эйден промолчал. Сейчас он должен уладить конфликт Корри с его матерью. Если из этого ничего не выйдет, они с Корри проведут праздник у него дома.

В кухне Люси не было. Пройдя через холл в спальню, он увидел отца, сидящего на краю кровати и обнимающего мать за плечи. Эйден понял, что она плакала.

— Дай нам несколько минут, папа, — попросил Эйден, привлекая их внимание.

Дермот нахмурился.

— Что бы ты ни хотел сказать моей жене, сын, я тоже имею право это услышать.

— Прекрасно.

Эйден встал спиной к туалетному столику с зеркалом.

Туалетный столик с зеркалом.

Воспоминания о том, что произошло на туалетном столике в отеле, теперь, когда он собирается серьезно поговорить с родителями, были очень некстати. Поэтому, отогнав приятные воспоминания, он постарался взять себя в руки.

— Мама, я знаю, ты надеялась, что Корри и Кевин будут вместе, но этого не случилось. Хочется тебе или нет, но все последние девять месяцев Кевин обращался с Корри как последний мерзавец.

Покрасневшие карие глаза Люси налились гневом.

— Я не желаю слушать те гадости, которые ты будешь говоришь о своем брате, Эйден.

— На этот раз, мама, тебе придется. — Когда Дермот попытался что-то возразить, Эйден поднял руку. — Корри прекрасная женщина, а Кевин слишком поглощен собой, чтобы заметить это. Он бросил ее, и сегодня она здесь со мной, потому что мы с ней хорошие друзья. Всем в этой семье она была другом, включая вас с папой.

Люси опустила голову и начала перебирать край передника.

— Да, но...

— Никаких «но». Я хочу, чтобы ты признала данный факт. А если нет, мы с Корри сейчас же уедем.

Родители обменялись недоуменными взглядами, и Люси спросила:

— Значит, это правда, Эйден? Ты действительно поцеловал ее тогда в марте?

Значит, отец уже все рассказал ей.

— При чем здесь тот поцелуй?

— Наверно, именно поэтому ты так защищаешь ее. Я хочу знать, нет ли в ваших отношениях чего-то большего, нежели простая дружба. Не из-за тебя ли Корри и Кевин разорвали помолвку?

Эйден с трудом сдерживал гнев, хотя был уже на пределе.

— Могу заверить тебя, что я не имею к этому абсолютно никакого отношения. А теперь ответь, будешь ли ты по-прежнему хорошо относиться к Корри? Если «да», мы остаемся, если «нет», уезжаем.