Хроники Дебила. Свиток 2. Непобедимый - Чекрыгин Егор - Страница 81

С одной стороны, вроде хочется разрешить, чтобы у них в мозгах сразу что-то связанное с метанием предметов отложилось и в будущем запрет на поражение цели с дистанции легче обойти было. А с другой – как взрослые посмотрят на подобные игры?

Нет, понятно, конечно, что придут за разъяснением к Шаману. Но если я не обосную грамотно и убедительно, почему это можно, – проблемы возникнут уже у меня. Пусть не сразу, но ведь, случись какая беда, причинно-следственная связь между разрешением Шамана на «неправильные» игры и нашествием, допустим, саранчи, выявится мгновенно. А мне это надо?

Вот опять забота. Как бы их так похвалить, чтобы думали, что отругал и даже наказал? Вот даже не знаю, как правильнее поступить.

– Вы что, гаденыши малолетние, такое делаете! – начал орать я на них. – Большую беду на племя навести хотите, неумехи бестолковые. Вот я вам ужо!

Малышня вздрогнула, но, судя по рожам, не очень-то испугалась. Видать, чувствуют, что я не серьезно. Дальше в голову вообще ничего полезного не лезет. Ну не умею я «страшно» ругаться, если только действительно не разозлюсь. А злиться на эти юные и забавные мордашки ну никак не получается. Ладно, попробуем подойти с другой стороны.

– Вы, мерзавцы, когда песок в кучу сгребали, внутрь чего-нибудь закапывали? – вопросил я подозрительным тоном.

– Нет. А что закопать-то надо было? – деловито осведомился Дрис’тун, уже заранее прикидывая, где бы можно было это «что» достать.

– Твое счастье, бестолочь, что ты этого не знаешь, – «успокоился» я. А потом, будто бы заметив новый непорядок, снова рявкнул: – А почему к дротику веревка не привязана? Ты сам подумай, дуралей, если ты веревкой себя с оружием своим не соединишь, что будет?

– Что? – Наивный взгляд, полный адского коварства, чей хозяин явно надеется выманить из меня подобными нехитрыми приемами информацию про жуткие тайны загробного мира и прочие шаманские дела. Да и ладно! Хорошо хоть, что Дрис’тун и его подельники всерьез заинтересовались моими словами и, каким-то своим гадским чутьем поняв, что бить их не будут, придвинулись поближе ко мне. (Ну никакого страха перед грозным Шаманом!)

– А вот что! – Ехидно ухмыляясь, я бросил в Дрис’туна шариком репейника, который оторвал от собственных штанов (видать, набрал, когда продирался через кусты). – А теперь беги давай. Видите? – спросил я у мелкоты, вместе со мной глядящей на убегающего Дрис’туна.

– Чего??? – До ребят явно не дошло мое тонкое иносказание с наглядным примером.

– А того, что он бежит, быстро бежит и репейник с собой уносит, – довольно бодро начал я, заодно махнув рукой беглецу, чтобы возвращался. – А если бы он был «коровкой» или даже тюленем, уплыл бы под водой. И больше бы мы его не увидели! Надо связь между собой и добычей держать! – пояснил я для тех, кто все-таки не понял (боюсь, парочка таких имелась).

– А потом, – продолжил я, впадая в нравоучительный тон. – Если бы рана серьезная была, подохла бы коровка где-нибудь, и ее мясо досталось бы акулам и морским чудищам, а не нам. А вот если бы к нему веревка была привязана, то и добыча бы к нам попала, и мана мимо не ушла. А вы ведь понимаете, что такое мана? (Если бы я еще и сам понимал, ведь лезу зачем-то на скользкий путь.) Вот-вот. Без нее воин, словно сгнившее древко: с виду вроде и похоже на настоящее, а только ткни – и сразу сломается.

Блин. Лопочу что-то бессвязанное и занудное, как всегда бывает, когда профан-начальник берется рассуждать о том, чего не знает. Глаза у детишек мгновенно затуманились и начали глядеть мимо меня. Они-то, вишь, небывалых чудес жаждали узнать, а я им про какие-то гнилые палки рассказываю. А тут еще, как назло, Тишка из-за кустов выбралась и смотрит, как я, дурак-дураком, несу всякую ахинею.

Под этим взглядом и ввиду внезапно возникшего равнодушия аудитории, а еще больше из-за собственного бессилья я уже взбесился по-настоящему.

– Так вы понимаете теперь, неслухи, какое гадство сотворили?! – рявкнул я так, что начавшие клевать носами от моих нравоучений малолетние бандиты вздрогнули и мгновенно отскочили на несколько шагов назад. Что ни говори, а рефлексы тут у них у всех поставлены хорошо.

– А ну стоять, сучьи потрохи! Я за вами по кустам бегать не собираюсь! Я вместо себя за вами пошлю демонов Макаренко и Песталоцци, они вам прочитают педагогическую поэму!

Вот, совсем другое дело. Кажется, кто-то даже обделался. Наконец-то я прежний, ужасный и кошмарный Шаман Дебил, а не добрый дядюшко Дебилушко.

– Вы, дурни, такое сотворили, что и сами понять не можете, – орал я, наслаждаясь звуками собственного голоса. – И теперь мне вас либо всех убить придется. (Э-э-э, чего бы такого полезного придумать? Заставить год дрова для моего костра таскать? Котлы мыть? Или обязать кроликами и рыбой снабжать – они ребята шустрые, уж по кролику-то в день для меня добыть смогут. Нет, как-то это мелко для Великого Шамана, который знает, как действительно надо мучить детей. А то кролики – это для них игра и не более. Вот, так и сделаю!) Либо должны будете, дуралеи мелкопузые, алфавит выучить и арифметику. (Вы хочите страшных тайн? Их есть у меня!)

Те, кто до следующего полнолуния все буквы и цифры не выучат, будут разорваны тиграми и сожраны ктулху. (Боженька, только сделай так, чтобы они ссаться не начали, а то опять ко мне ведь притащат на лечение.) Дрис’тун, ты цифры ведь знаешь? Знаешь. Вот обучишь их цифрам. А как там у тебя с буквами? За Осакат с Витьком во время уроков небось подсматривал-подслушивал? Ага! Значит, знаешь?! Ладно. Я сегодня вечером проверю. Вот и будешь своих друзей учить. Раз сами напортачили, сами и исправлять будете. Впрочем, я Витьку с Осакат скажу, они, если что, помогут. Только тогда вам придется им богатые дары поднести. Скоро ягоды пойдут, красненькие такие, в траве. Земляника называется на демонском языке. А как на нашем – не знаю. Вот будете их каждый день собирать по туеску каждому из учеников, и мне еще по два, и к моему костру приносить. Понятно?

Испуганные страшными словами «арифметика» и «грамматика», детишки облегченно закивали. Что такое азбука и арифметика, им пока не ведомо. А вот про ягодки и вообще все, что в округе можно безопасно сожрать, они точно знают все.

Вот какой я молодец. Давно ведь думал, как бы молодняк к ученью привлечь. И чтобы они, наподобие Витька, над буквами не засыпали. А то ведь парень искренне рвался науки постичь, но при виде буковок первое время носом клевал, пока более-менее читать не научился. А теперь, сволочь такая, зачитал до дыр «Ведомость на зарплату» и еще у меня какого-нибудь чтива выпрашивает. (Где и брать, не знаю.)

А тут уже носом не поклюешь, страх – лучший учитель. Чтобы до следующей полной луны дожить (она как раз, кстати, через месяц будет), детишкам придется сильно напрячься. Опять же, авторитет Дрис’туну подниму. Коли он и впрямь парнишка разумный, то и сам в ученье сможет продвинуться, и пацанье свое за собой протащит. Ах да, что-то я забыл. А ведь собирался же.

– А в игру эту больше не играйте! – строго сказал я молодняку. (Типа, наказал.) – Я вас лучше другой научу. (Типа, поощрил.) Ну-ка показывайте «хворост», что набрали.

Но то, что они мне показывают, выглядит слишком несолидно. Достал топорик и срубил пару наиболее ровных стволиков кустарника, порубил их на равные куски и обрезал неровности своим фест’кийцем (все-таки надо в этот Фест’кий съездить и узнать, как они такую бронзу делают). Потом сложил полученные рюхи в несколько городошных фигур на очерченной площадке (видел в детстве, как соседи по даче играли, ну и сам тоже играл). Потом отобрал у Дрис’туна дротик и, отойдя на десяток шагов, кинул его на манер городошной биты.

– Вот, поняли? – грозно спросил я у заинтересованно смотрящих мелких. – Вот так и играйте. Так можно. Кто быстрее все чурки с площадки вышибет, тот садится верхом на того, кто дольше всех возился, и едет на нем до тех палок и обратно. Считать-то все умеют? Никто не умеет, кроме Дрис’туна? Ну вот и будет вам дополнительный стимул. А стимул – это такая палка, которой овцебыков подгоняли или ослов в Древней Греции. Это, блин, такое далекое место, что и преисподняя по сравнению с ним близко. Короче, вот так и играйте! Только помните: кто буквы и цифры не выучит, тому уже не до игр будет. Его самого демоны навроде тех рюх, из которых «город» сложен, будут использовать.