Единственная - Мэримонт Лесли - Страница 19

Но все равно, она вдруг обнаружила, что лучше понимает окружающих и более к ним снисходительна. Она поняла, что ничто не бывает только черным или белым: в каждой ситуации хватает серого цвета.

И это понимание еще сильнее ее растревожило. Что же тогда она делает, каждый вечер все сильнее волнуясь, ожидая звонок Рекса, она даже не может заснуть, пока с ним не поговорит! Разве она не научилась на горьком опыте, что ждет женщину, если она влюбляется в такого эгоистичного и честолюбивого человека? Нет, ей надо прекратить получать от него эти эмоциональные подачки.

И вот однажды Рекс осмелился позвонить ей почти в полночь (у него были ночные съемки). Джейн не могла унять свой гнев:

— Рекс, ты хоть понимаешь, что сейчас уже очень поздно? — набросилась она на него.

— Ну да… Но я считал, что ты против этого не возражаешь.

— А я возражаю. Завтра мне надо работать, пятница всегда бывает очень напряженной. Мне надо выспаться.

— Извини, дорогая. Я поступил нехорошо, но мне так необходимо поговорить с тобой в конце дня. Кажется, мне не удается, как следует заснуть, если я не услышу твой голос.

Его слова доставили ей одновременно радость и испуг. Ну, зачем только он такое говорит?!

— По-моему, я просила, чтобы ты не называл меня «дорогая», — резко сказала она. — А если тебе надо с кем-то общаться посреди ночи, заведи себе плюшевого мишку!

— Я лучше завел бы жену.

Джейн потрясенно вздохнула.

— Ты… Мы говорили, что актерам не следует жениться. И политикам тоже.

— Совершенно верно.

— Что за игру ты затеял, Рекс? Не пытайся меня обмануть. У тебя нет ни малейшего намерения жениться, тем более на мне.

— Конечно нет, пока я снимаюсь в этом сериале. Но обстоятельства могут измениться.

— Каким образом?

— Допустим, доктора Мориса Беккера могут и убить…

— Как же! Не ври мне, Рекс! К чему ты все это? Еще одна уловка, чтобы заманить меня к себе в постель?

Он вдруг заговорил совершенно серьезно и пугающе неуверенно.

— Нет… Не думаю. Но если бы это случилось, я смог бы рассуждать более четко. Так можно будет устранить секс. Секс имеет тенденцию сильно влиять на то, что мужчина принимает за истину.

— А именно?

Он вздохнул:

— А вот это — очень трудный вопрос. Его трудно сформулировать… И найти на него ответ еще труднее… Я не хочу забегать вперед. И не хочу сказать что-то такое, что заставит тебя броситься от меня так быстро, что я смогу поймать тебя только со следящим устройством.

— Рекс, я совершенно не понимаю, о чем ты говоришь! У меня просто голова кругом идет!

Он хохотнул:

— Ты на меня тоже так действуешь, милая. Я погиб с той минуты, как увидел, как ты идешь ко мне в своем ослепительном платье.

У нее сжалось сердце. Что Кристиан говорила о ней и ее платье в тот вечер? Значит, Рекс страдает только от затянувшегося приступа похоти? Он чуть ли не прямо сказал, что, возможно, его влечение к ней имеет чисто сексуальный характер, и что если он с ней переспит, то опомнится. И если уж быть честной, то именно это она и подозревала. Он ее хочет — этим все и ограничивается. А все остальное — просто финтифлюшки, чтобы добиться своего.

Она вдруг почувствовала острую боль. И разозлилась сама на себя: она ведь сама просила говорить ей правду, разве не так?

— Рекс…

— Да?

— Я думаю, тебе больше не следует мне звонить.

— Почему это вдруг?

— Ты мне всю жизнь ломаешь!

— Каким это образом?

— Я… не могу заснуть, пока ты не позвонишь. Я не могу думать ни о чем, кроме тебя… и постели.

— Знакомые симптомы, — сухо отозвался он. — И что ты намерена в связи с этим предпринять?

— Что я намерена предпринять?

— Да, да. Я же пообещал предоставить власть тебе. И сколько, по-твоему, ты будешь лезть на стенку?

— Не… недолго.

— Да? Так ты со мной где-нибудь встретишься в конце этой недели?

— В конце недели? — растерянно повторила она.

— Да, после тридцатого. Ты можешь найти кого-то, кто поработал бы за тебя в субботу?

— Наверное, смогу.

— Хорошо.

— Что… что ты планируешь?

— У меня есть идея, но я сначала должен буду переговорить с теми, от кого все зависит. Я дам тебе знать завтра вечером.

У нее вырвался дрожащий вздох, в котором соединились облегчение и тревога.

— Хорошо, — прошептала она.

— Боже, Джейн, как мне не терпится!

— Мне тоже.

Казалось, в его вздохе слышалась мука. Этот звук заставил сердце ее больно сжаться.

— Лучше я повешу трубку, — неловко сказал он. — Так не забудь. Ничего не планируй на конец этой недели. Что бы ни случилось, мы проведем его вместе!

Глава 7

Джейн гнала машину слишком быстро. Она говорила себе, что это — просто нервы, но продолжала жать на газ. Часы на щитке управления показывали половину седьмого. Она выехала в половине шестого и не останавливалась, по ее расчетам она должна быть на месте после половины седьмого. К счастью, сейчас лето и еще светло — солнце, только что, спускалось позади нее за горизонт.

— Их усадьба как раз на полпути между Сиднеем и Ларинраттой. Если ты выедешь сразу же, как закроешь аптеку в половине шестого, мы приедем почти одновременно. Просто идеально, — сказал ей Рекс.

Джейн изумилась. Она ожидала, что он найдет гостиницу или пансионат, но не частный дом.

— Но, Рекс, кто эти люди? Разве они не будут возражать против того, что ты привезешь к ним в дом незнакомого человека? Что мне надеть и как… как нас устроят на ночь? Я думала… то есть…

В его ответах на ее расспросы чувствовалась улыбка.

— Кит Миллер — старый друг нашей семьи. Он адвокат. Кроме того, помешан на скачках и сам разводит лошадей. Несколько лет назад купил эту ферму, и все свои деньги вколачивает в чистокровных кобыл. Он почти все уик-энды проводит там. Энн, его жена, — просто милочка. Намного моложе Кита, но не пустышка. Она тебе понравится.

Да неужели? — с горьковатой иронией подумала Джейн.

Они уже очень давно зовут меня к себе на уик-энд. И не будут возражать, если я привезу свою девушку. Даже будут в восторге. А надевай что хочешь. Кит и Энн терпеть не могут официоза. Что касается ночи — то у нас будут соседние комнаты. Ни к чему сообщать обо всем во всеуслышание, да?

Джейн с трудом сглотнула, думая о том, что ее ждет. И пугала ее вовсе не долгая дорога.

Гоня машину по прямому участку шоссе, Джейн чуть не проехала первый поворот. Хорошо еще, что солнце светило ей в спину, иначе она бы точно не заметила его.

После поворота местность немного изменилась. Стало больше холмов, покрытых сочной травой, и только кое-где виднелись скалы. Здешняя местность идеально подходила для разведения овец и лошадей, и многие богатые бизнесмены Сиднея покупали в этом районе фермы. Когда-то их прозвали «фермерами с Питт-стрит».

Час спустя Джейн, наконец, увидела дорогу, которую ей велел искать Рекс. Она свернула на нее и принялась считать почтовые ящики. Он сказал ей — третий справа. Вскоре она его увидела, а рядом — широкие ворота с надписью «Три холма». За ними начиналась внушительная подъездная дорога, огороженная белым забором. Джейн знала, что его строительство и ремонт обходятся в целое состояние. Ухоженные лошади мирно паслись за забором. Судя по их виду, каждая тоже стоит целое состояние.

Джейн вздохнула, открыла ворота, завела машину на дорогу, а потом снова закрыла створки. В сельской местности ворота открытыми не оставляют.

Вскоре стало понятно, почему ферму назвали «Три холма». Дорога обогнула один невысокий холм, потом второй, побольше, и, наконец, извиваясь, поползла на третий, где на вершине расположился громадный дом.

Белый, двухэтажный, несколько в испанском духе, он должен был стоить тоже невероятно дорого.

Джейн попыталась хоть немного взять себя в руки, тормозя у ступенек парадного входа. Она испытывала одновременно возбуждение и страх. Хотя ей безумно хотелось снова увидеть Рекса, ее не слишком привлекала перспектива провести уик-энд в незнакомом доме с незнакомыми людьми.