Единственная - Мэримонт Лесли - Страница 13

Джейн резко выпрямилась за прилавком, чувствуя, как екнуло сердце. Прошла почти целая неделя… Не было звонков. Не было телеграмм. Ничего.

Сначала она убеждала себя, что и не хотела, чтобы Рекс с ней связывался, несмотря на его страстное заверение относительно того, что она ему небезразлична. Но дни тянулись с мучительной медлительностью, от него не было никаких вестей, а она хотела его видеть, невзирая на то, что их отношения совершенно бесперспективны!

— Я же сказала: междугородный! — повторила Кристин, сердясь на свою продолжавшую сидеть начальницу. Потом она положила трубку рядом с аппаратом и вышла к покупателям.

Джейн чуть не опрокинула стул, так стремительно она встала. Она говорила себе, что по междугородке может звонить и не Рекс. Но в глубине души она знала, что это он. Ну и что, мудро подсказал ей внутренний голос, спокойнее, не будь дурочкой!

У телефона она помедлила и взяла трубку с видимым хладнокровием.

— Джейн Мартон слушает.

Она так старалась не выдать своего волнения, что голос ее прозвучал почти сердито.

Из трубки донесся явственный вздох.

— Это Джон Моррисон говорит, мисс Мартон. Сегодня утром мне позвонил Рекс и попросил связаться с вами. Всю эту неделю он был на съемках. Вчера вечером он пытался вам дозвониться домой, но никто не брал трубку.

Джейн чуть не застонала. Впервые за много месяцев она провела вечер не дома — и надо же, чтобы именно тогда и позвонил он!

— Я играла в теннис у друзей и вернулась поздно, — к собственному изумлению вдруг начала оправдываться она, и только потом опомнилась. Она вовсе не обязана что-то кому-то объяснять. Ни этому человеку, ни даже Рексу.

— А как насчет сегодняшнего вечера? — сказал Джон своим отвратительно невозмутимым голосом. — Вы будете дома?

Девушка никоим образом не собиралась показывать, будто готова сидеть все вечера дома и ждать, не соизволит ли ей позвонить сам Рекс Стюарт.

— Сегодня я тоже ухожу, — решительно проговорила она.

В этот момент Кристин обернулась и сурово на нее посмотрела.

К счастью, единственный покупатель уже вышел из аптеки, так что больше никто разговора не слышал. Слухи по городку разлетаются со страшной скоростью и обычно искажаются до неузнаваемости. Если бы этот разговор слышала одна из старых теток городка, то Джейн Мартон обязательно назвали бы вертихвосткой.

— Когда вы собираетесь уйти? — настойчиво выяснял Джон.

— В восьмом часу.

— Я передам Рексу. До свидания, мисс Мартон.

Джейн застыла: разговор прервался, прежде чем она успела попросить телефон Рекса.

Но зачем ей на самом деле знать номер его телефона? Что она будет с ним делать? Позвонит ему? И скажет — что? «Почему ты мне не звонил, негодяй? Я снова во вторник смотрела твой чертов сериал, и все время мечтала о тебе, а потом легла спать, и видела такие волнующе эротические сны, каких еще никогда не видела?»

— Что с вами, Джейн?

Опомнившись, Джейн увидела перед собой Кристин, которая с тревогой смотрела на нее. Заметив, что по-прежнему держит трубку и что-то бормочет себе под нос, она ужасно смутилась и, невесело улыбнувшись, повесила трубку.

— Да так, глупости всякие! — проговорила она досадливо, надеясь тем самым предотвратить множество вопросов, которые, похоже, были готовы посыпаться на нее.

Двадцатитрехлетняя Кристин была замужем за весьма неудачливым фермером. Она была единственной помощницей Джейн в аптеке. Сердце у нее было золотое, но ее снедала провинциальная страсть к сплетням. Джейн рада была, что в разговоре она ни разу не произнесла имени Рекса. Если бы она это сделала, неизвестно, как бы все обернулось. Кристин, наверняка, поняла бы все по-своему.

По правде говоря, Джейн целую неделю боялась, что кто-нибудь скажет, будто видел, как Рекс Стюарт входил или уходил от нее посредине ночи. Но этого не случилось, может быть, потому, что соседние с ней квартиры были заняты под склады, а проезд за домами был огорожен высоким забором. Поэтому Джейн не обязательно должна была попасться на острый язычок любопытствующих соседей. Но Джейн никогда не переставала изумляться тому, насколько быстро в Ларинратте узнавали все подробности личной жизни ее обитателей. И как быстро их осуждали. Утверждение ее матери относительно того, что их городок высокоморален, было справедливо, но высокая нравственность горожан объяснялась скорее страхом разоблачения, чем искренним стремлением к добродетели, считала Джейн. Те, кто бил жен, позволял себе измены или воровал, встречали всеобщее осуждение, так же, как лентяи и распутные женщины.

Джейн не хотела быть причисленной к этому последнему классу только из-за того, что ею на минуту заинтересовался великий Рекс Стюарт.

— Какие глупости? — У Кристин возбужденно загорелись глаза, что еще раз напомнило Джейн о необходимости соблюдать осторожность.

— Старый знакомый по Сиднею, — мгновенно придумала она. — Я его уже много лет не видела, но вчера ему вдруг вздумалось позвонить мне и узнать, как я поживаю, а потом обидеться из-за того, что меня не оказалось дома. Ну, не нахальство? Честно, Кристин, я не хочу, чтобы он мне досаждал, поэтому и сказала, что сегодня меня опять не будет. Надеюсь, он понял намек.

У Кристин прояснилось лицо:

— О, так на самом деле вы сегодня вовсе никуда и не собираетесь! На секунду я подумала, будто у вас тайный воздыхатель, о котором я и не слышала.

Джейн рассмеялась:

— Это у меня-то?!

— Ну, на вечере вы выглядели изумительно. Уж наверняка кто-то потерял из-за вас голову. Джек с вас глаз не сводил, между прочим.

— А я считала, все провели вечер, глазея на нашего почетного гостя.

— Женщины — да. Мужчины же пялили глаза только на вас! Хорошо хоть, что вы не каждый день так выглядите, Джейн, иначе кругом все женщины с ума бы посходили от ревности.

— Им достаточно только прийти сюда и бросить на меня взгляд сегодня — всю ревность как рукой снимет. У меня под глазами такие мешки, что хоть картошку в них грузи!

— У вас действительно усталый вид. Вы плохо спали?

— Неважно.

Она вообще почти не спит — и все из-за этого Рекса Стюарта. Или это доктор Морис не давал ей заснуть? Проклятье, но кто именно ее привлекает: герой телесериала или реальный мужчина, таящийся за этой маской? Они так же перепутались у нее в голове, как и у миссис Борн.

— А почему вы не пьете снотворное? — спросила Кристин.

— Я в эту лекарственную круговерть включаться не собираюсь, спасибо большое.

Или в любую другую круговерть, безрадостно подумала она. Ответить на домогательства Рекса Стюарта — значило попасть в круговерть. Это ни к чему не приведет, лишь голова закружится. И к тому же можно опять разбить себе сердце, если она вдруг потеряет осторожность. Прошлая их встреча продемонстрировала ей, что даже умудренность опытом не всегда помогает. Очень мало разницы между сильным влечением и влюбленностью. Расстояние между этими двумя чувствами очень невелико, и она ни за что не пройдет его!

Джейн снова принялась за работу, решив, что больше не попадется на удочку Рекса, когда он позвонит ей. Если он вообще позвонит, подумала она.

Ее телефон зазвонил незадолго до семи. Девушка поднялась к себе уже час назад, закрыв аптеку, но не в состоянии была чем-либо заняться. С каждой минутой ее беспокойство все возрастало, так что, когда раздался звонок, вся ее мудрая решимость держаться холодно и отчужденно куда-то испарилась, сменившись волной радостного облегчения. Забыв обо всем, она кинулась к аппарату, жадно желая снова услышать его голос.

Стремительно схватив трубку, она взволнованно проговорила:

— Да?

— Джейн! Это ты?

Звонил действительно мужчина. И очень любимый. Но это был не Рекс.

С острым чувством разочарования она опустилась в кресло.

— Да, па. Это я.

— Слушай, киска, я собирался позвонить тебе сегодня днем, но забыл. Вчера мне в банк позвонил Рекс Стюарт, чтобы узнать номер твоего телефона — он же зарегистрирован не под твоим именем. Я подумал, что ты не будешь возражать, если я его дам, ну я и дал. Он звонил?