В погоне за мечтой - Связина Ольга - Страница 82

Озадаченно нахмурившись, Володя переглянулся с отцом Михаилом и решительно кивнул:

– Помилование получено! А насчет пострига – это дело уже не светской власти.

– Батюшка?..

– Я попытаюсь испросить разрешение, – кивнул королевский духовник.

– Большое спасибо. – За такое и поклониться не грех.

– Быть по сему!

Привычка пузатого глашатая-шоумена со свитком громко комментировать каждое королевское слово в очередной раз заставила меня вздрогнуть. Уставившись в бумажку, дядька старательно прочитал восхваления моей скромности, ибо я ничего не попросила для себя (интересно, кто ж это заранее предугадал? или там два варианта речи, на все случаи?), и закончил объявлением о присвоении мне очередного звания… пардон, должности. То есть дворянского титула… Я настолько опешила, что на какое-то время полностью потеряла дар речи, а когда опомнилась, возражать было уже поздно.

– Эльф! – крикнул распорядитель.

Иан, испуганно озираясь по сторонам, неуверенно шагнул вперед. Перечисление его личных заслуг заняло минут пятнадцать и закончилось предложением просить, что пожелает. Мальчишка распахнул рот, мечтательно закатив глаза. Перед его внутренним взором сейчас наверняка дружными рядами маршировали столы, груженные сладостями, и скакали деревянные лошадки в человеческий рост. Он, конечно, не догадается попросить какую-нибудь непыльную придворную должность: вымахала верста коломенская, а по уму – чистый ребенок!

Внезапно в титаническую умственную работу гиганта мысли самым коварным образом вмешались высшие обстоятельства. Появление в дверях босоногого богатыря (что-то Лаврентий провозился с сапогами дольше, чем я думала), на плечах которого, точно две собаки на быке, висели стражники, помогло юному эльфу определиться со своими желаниями.

– Пусть он уйдет! Хочу, чтобы он ушел!! – Темно-зеленым кузнечиком Иан заметался перед троном в тщетных поисках потаенного местечка для пряток.

По мановению монаршего пальца к дверным стражникам присоединились еще трое, и их объединенными усилиями Каменного гостя удалось выпихать из зала. Придворные зашушукались: ворваться к королю во время приема, как в портовый кабак, да еще босиком – такого себе никто не позволял… Ну, разве что один раз… И то это был исключительный случай!

– Прошу извинения у высоких гостей за этот досадный инцидент. – Король наклонил голову, после чего повернулся к испуганному эльфу: – Ты боишься этого мужчину? Почему?

– Он… Хочет меня съесть! – Эльфенок заломил руки с пластичностью трагического актера в древнегреческом театре. – Он меня укусил! Вот!

Он вытянул перед собой поцелованную руку.

– Это недоразумение, – поспешила вмешаться я. Сейчас сделают из графа Старожилова какого-то маньяка! – Лаврентий Пал… Петрович ошибочно принимает Иана за девушку. Очевидно, он слышал об Орлетте, предпочитающей носить мужское платье, и обознался… Тем более что тот ночевал в моей комнате.

Уточнять, что сама коротала ночь в другом месте, я не стала: ни к чему шокировать придворных еще больше. А тот, кому надо, лучше всех знает, где и с кем я спала. Ух, щеки так и пылают!

– Хорошо, я решу этот вопрос. – Лицо оставалось каменным, но глаза монарха лучились смешинками. – Как менестрелю труппы придворного королевского театра эльфу Иану будет предоставлена отдельная комната во дворце. Графа Старожилова я урезоню – думаю, личной беседы будет достаточно.

– Благодарю, ваше величество! – Эльфа пришлось ткнуть в бок, самостоятельно эта орясина и поблагодарить не догадается.

– Поздравляю, ты теперь самый настоящий рыцарь! – тихонько шепнула я на ухо Орлетте.

– Правда. – Девушка как будто сама себе не верила, не понимая, происходит все это наяву или во сне.

– Ме-мек! – Белая козочка требовательно боднула ее под колени рогатой башкой.

– А это кто? – усмехнулся в усы король.

– Заколдованная принцесса, – без тени улыбки пояснила вот уже полчаса как самая настоящая рыцарша. – Расколдовать ее может только поцелуй благородного рыцаря!

У воина слово с делом не расходится – не отходя от кассы, прямо у подножия трона Орлетта опустилась на одно колено и звучно чмокнула подставленную морду в кокетливо покосившемся венке…

Кого как, а меня взрывной волной отбросило метра на полтора и ощутимо приложило спиной об пол. В кино превращения показывают обычно по-другому… Но факт остается фактом – стоящих ближе всех к трону аристократов повалило, точно кегли в боулинге, а в центре «воронки» вместо козочки теперь стояла девушка. Настоящая принцесса! Точеная фигурка, милое, будто фарфоровое личико, обрамленное блондинистыми кудряшками, белоснежное платье с кружевами – ну, просто торт со взбитыми сливками! Вот глаза, вопреки ожиданиям, не голубые, а серо-зеленые, оливкового цвета, красиво осененные рыжими ресницами. Чтобы в благородном происхождении незнакомки уж совсем никто не усомнился, на ее макушке бриллиантовым блеском сверкала небольшая корона.

– Принцесса Радослава? – удивился король.

Я поежилась: вот она, ядовитая змея ревности! Наверняка он всех незамужних девиц в королевских домах соседних государств знает по портретикам, и почему меня это так удивляет?

– Ваше величество. – Красотка сделала до того изящный книксен, что Волочковой впору удавиться от зависти. К счастью для нее, балерина этого не видела.

Обхватив за талию, Орлетта рывком поставила меня на ноги. Хорошо ей, в удобной одежде. А в корсете – ни вздохнуть, ни выдохнуть, ни согнуться, ни разогнуться… В общем, лучше не падать. Другим заложницам стройности пришлось еще хуже: скованные правилами этикета, кавалеры озадаченно чесали в затылках, не зная, прилично ли наклоняться при короле, и осознавая, что оставить женщин лежать на полу – тоже как будто неправильно. Тех, кто первыми решился протянуть своей даме руку помощи, я зауважала еще больше – кое с кем мы уже встречались в подвальных застенках.

С высоты полного роста преображенная принцесса выглядела еще очаровательней. Интересно, как тут относятся к сказочному правилу, согласно которому герою-освободителю от страшных чар непременно должна достаться рука спасенной красотки? Орлетта, понятно, отпадает – но ведь это король ее в рыцари посвятил, стало быть, к расколдовыванию руку приложил. Кто их, монархов, знает: может, тут в порядке вещей заводить одну жену официально, а другую – для души?

– Ах, это было просто ужасно!

Убедившись, что произвела впечатление, принцесса картинно заломила руки – ее бы тоже в театральную труппу, на пару с Ианом комедию ломать… Они, кстати, и внешне чем-то похожи.

– Как же с вами приключилось такое… несчастье? – сбежав по ступенькам, король помог Радославе подняться к трону и усадил рядом с собой, на мягкую скамеечку, точно по мановению ока появившуюся рядом с золоченым креслом.

А я-то думала, что чудеса здесь по моей части… Видимо, королевство ее папочки не меньше нашего. Или это важный экономический партнер. Или… миленькая принцесска просто задела его за живое. Это тебе не бездушный портрет!

– Когда вы расторгли нашу помолвку…

Каждый невинный взмах ресничек словно вбивал мне в сердце ледяную шпильку. Значит, у них есть общее прошлое… Как свидетельствует мировой синематограф, такие встречи могут заканчиваться самым неожиданным образом: «А почему мы тогда расстались?» – «Да я уже и не помню…» – «Так, может…» – и пошло-поехало…

– …Папуля очень осерчал, – меж тем продолжала щебетать «разлучница». – Он так рассчитывал на этот брак! Они с вашим батюшкой так твердо обо всем договорились… Папуля к тому времени уже успел отказать всем остальным претендентам на мою руку.

Удачно пристроить красу-девицу благородного происхождения с богатым приданым и перспективами на трон почему-то оказалось не так просто, как могло показаться. Один раз в резкой безапелляционной форме получившие от ворот поворот королевичи не торопились форсировать бурную реку – да и сама прелестница, подрастая в окружении мамок-нянек и прочей подобострастной угодливой челяди, из всех прирожденных талантов развивала прежде всего капризный нрав и острый язычок.