Майская Гроза - Чекоданов Сергей Иванович - Страница 72

Паулюс удовлетворeнно кивнул. Именно это он и предполагал, когда предлагал Гитлеру нанести удар в Африке. Надо признать, что Роммель оказался на высоте, прекрасно проведя всю операцию. Искусно обходя англичан, нанося им удары со всех, даже самых неожиданных сторон, он создал у английских генералов иллюзию превосходства, в которую они свято верили эти два месяца, да и верят до сих пор. Чем же объяснить, что, имея более чем трeхкратное превосходство, они решаются только на то, чтобы иногда проводить разведку боем.

- Самым моим опасным противником является отсутствие горючего. - Продолжил развивать тему командующий Африканским корпусом. - Если бы у меня были хоть две заправки на танк, я бы уже вкатился в Каир. И никакие Уэйвеллы и Окинлеки меня бы не остановили. Хотя надо признать, что мои "ролики" уже отработали ресурс, моторы надо заменять новыми. Мы ещe можем передвигать их вдоль линии соприкосновения с британцами, но серьeзного броска вперeд мои панцеры не выдержат.

- Боюсь Эрвин, что о моторах придeтся забыть, да и обо всeм остальном тоже. - Паулюс окинул взглядом придорожные пески и продолжил. - Нам пора думать, как выбираться из этого никому не нужного места.

- Почему не нужного? - Усмехнулся Роммель. - Черчиллю эта проклятая пустыня очень нужна. Да и наш союзник дуче тоже от неe не откажется, хотя без нас он уже давно бы сидел на Сицилии.

Роммель понимал, что время серьeзного разговора ещe не пришло. Срочный прилeт Паулюса мог обозначать только одно, что дела в Европе пошли скверно и его, не такой уж сильный, корпус понадобился там. А то, что дела у вермахта неважные, ясно было уже на пятый день вторжения в Россию. Вдруг заткнулся Ганс Фриче, все первые дни, пропевший об стремительных ударах "танковых богов" Германии, как гнилую мешковину рвущих сопротивление русских войск. Зато выступил Геббельс со странной речью о величии германского духа, который остаeтся твeрдым даже в дни тяжких испытаний. Через неделю небо над его позициями очистилось от немецких самолeтов, которые по словам лeтчиков срочно перебрасывали в Румынию. Заткнулись в эфире вечно говорливые итальянцы. Офицеры итальянских частей пытались выяснить у немцев положение на востоке и, не получив вразумительно ответа, теряли доверие к союзникам.

Первые исчерпывающие ответы были получены от пленных британских офицеров. Не скрывая сарказма, они рассказывали, что дивизии "непобедимого вермахта" разгромлены русскими уже на границе. Как все "танковые боги" въехали на своих "роликах" прямо в заботливо приготовленные для них котлы, где их танковые группы и перемалываются русскими. Как лучшая в мире германская авиация добивается в небе и на аэродромах русскими истребителями. Что Красная Армия захватила столько пленных, что русские потеряли им счeт.

- Мне непонятно, как вы умудряетесь держаться против наших войск, если какие-то русские колотят вас как хотят? - Закончил свой рассказ пленный британский майор, со сквозящим в голосе презрением к противнику. Сам он совершенно случайно въехал на своeм джипе в расположение передовых частей вермахта. А, судя по внешнему виду, и на фронте оказался так же случайно. Холeная морда истинного прожигателя жизни дополнялась идеально отглаженным кителем и членским билетом аристократического клуба Каира.

Роммель критически окинул взглядом свои мятые шорты в масляных разводах, разбитые африканскими дорогами ботинки, свои руки в ссадинах и заусеницах. Его вдруг одолела злость. Выслушивать замечания от этого напыщенного ничтожества было просто унизительно.

- Пока что майор, это вы "умудряетесь держаться против" меня, а не я против вас. - Со злой усмешкой поставил он британца на место. - А что касается "каких-то русских", то я уверен, что и вам скоро придeтся проверить на своей шкуре силу их ударов.

- Но Британия не собирается воевать с ними. - Заявил майор.

- Вы, как всегда, собираетесь отсидеться за чужой спиной? - Поинтересовался Роммель. - Не надейтесь. Если всe, что вы тут мне рассказали, является правдой, то и вашей Англии придeтся вступить в войну с нашим общим врагом. И чем быстрее вы это поймeте, тем больше шансов у вашей Британии уцелеть. - Видя, что майор пытается ещe что-то сказать, Роммель махнул рукой. - Уведите этого болвана.

Был этот разговор вчера днeм. А вечером его предупредили, что в расположение Африканского корпуса вылетает его давний друг Паулюс, который не так давно и устроил ему командование им. И вот тогда Роммель понял, что всe рассказанное британцем - правда. Только большая беда могла в самый разгар компании отвлечь одного из высших офицеров генерального штаба на второстепенный участок фронта. Роммель был умным человеком и прекрасно понимал значение Африканской компании в общих задачах вермахта.

Даже когда его танки только ворвались в Бенгази, он уже понял, что удар его корпуса всего лишь отвлекающий манeвр, главное предназначение которого испугать английское командование. Но Роммель не стал бы "лисом пустыни" если бы не использовал до конца самый завалящий шанс. Стремительно обтекая укрепления англичан, которые они пока не собирались сдавать, он устремился на восток.

Жара, пыль, скрипящий на зубах песок, взметаемый сотнями гусениц танков и бронемашин, пытающихся обойти друг друга в этой необозримой дали. Кипящее масло на раскалeнных двигателях. Мгновенно исчезающий бензин из повреждeнных емкостей. Кипящая вода в радиаторах. Раскалeнные пушки на только что захваченных английских позициях. Жаркое пламя сгорающих танков. Растрескавшиеся губы и жуткая постоянная жажда. Далeкие миражи оазисов и дворцов, исчезающие стоило только подойти поближе. И невозмутимые верблюды, наблюдающие за его бронированными колоннами. Душные дни сменялись холодными ночами, когда без шинели можно было замeрзнуть. А на смену холоду ночи опять приходила удушающая жара полдня. И так день за днeм, пока его войска рвались на восток, через эти проклятые пески.

Через неделю, обойдя блокированный Тобрук, Африканский корпус выполнил поставленную перед ним первоначальную задачу. На этом его возможности и заканчивались. Но тут на Роммеля пролились дары фюрера. К новой, полностью укомплектованной, панцер-дивизии фюрер добавил поддержку ещe одного воздушного корпуса, затем были переброшены ещe две пехотные дивизии, а самое главное, итальянцы всe-таки притащили танкеры с горючим. Всe это свалилось на его голову настолько вовремя, что впору было поверить в свою счастливую звезду.

И он ударил! Ударил так, что британцы, бросая танки и пушки, выбрасывая из перегруженных автомобилей оружие и боеприпасы, побежали во всю мощь моторов. Сталкивая с шоссе брошенные англичанами автомобили, его танки рвались к Каиру. Панические вопли эфира сопровождали каждый оазис занятый его войсками, каждый бархан, оставленный позади его мотопехотой. Почти не встречая сопротивления он к середине мая вышел на рубеж Эль-Аламейна и... остановился.

Не потому, что британцы сумели организовать оборону. И не потому, что Черчилль перебросил в Египет всe, что сумел найти в пределах пары тысяч километров.

Просто у его танков закончилось горючее!

И взять его было негде!

Фюреру было уже не до африканских чудес. Роммель выполнил свою задачу, оттянув на себя все английские войска Средиземноморья. Да, его действия позволили сократить сроки югославской и греческой операции. Стремительно убегающие англичане не способствовали поднятию боевого духа союзников. Греческие генералы предпочли быстрый мир позорной капитуляции. Через неделю после начала операции вермахт парадным строем прошeл через Афины.

Столь же быстро была разгромлена и Югославия. И хотя войска ещe могли сражаться, генералы предпочли сдаться на милость победителя. Просидев в министерских креслах всего две недели, поспешили удрать вслед за убегающими англичанами и их ставленники.

Победоносный вермахт растекался по Балканам.

А Роммель остановился в шести десятках миль от желанной, но пока недосягаемой, Александрии.