Майская Гроза - Чекоданов Сергей Иванович - Страница 53

"А ведь в самом деле, убийство!" - Подумалось Павлу. - "С расстояния больше километра, теоретически недосягаемые для ответного огня из большей части оружия. Как на стрельбище, только успевай мишени выбирать! Прадед бы не одобрил. Он и на медведя всегда лицо к лицу, вернее к морде, выходил". Но вторая, холодная, часть сознания, которая осуществляла жeсткий расчет, властно отбросила эти глупые сомнения. "Война есть война, и дуэльные правила здесь неприменимы". - Как любил говорить его первый инструктор. - "Есть возможность "подло" выстрелить в спину, стреляй и не думай. Благородные враги только в дурацких романах встречаются".

Павел с неудовольствием скосил взгляд на Панкратова. Ну вот стоит только попасться интеллигенту и сразу глупые сомнения возникают. Но холодный рассудок, который окончательно оформился отдельной частью сознания, подсказывал, что второй номер ничего не говорил, и все сомнения и возражения его собственные.

К позиции искусно прикрываясь редким кустарником подбежал один из раненых бойцов, бывших в охранении.

- Командир, там наши лeтчиков привели.

Павел, соскользнул со своего места, уступая его Панкратову. Конечно, как стрелку Андрею до него далеко, но за километр и он без труда попадал в ростовую мишень. Вместе с бойцом он заспешил в тыл. На небольшой полянке отдыхали четверо бойцов, бывшие в поиске. Рядом с ними сидело трое незнакомых ему людей.

Сержант командовавший поиском неторопливо доложил:

- Товарищ старшина, группа из поиска вернулась в полном составе, раненых и убитых нет. Найдено живыми трое наших лeтчиков. Одного обнаружили убитого, в воздухе немцы из пулемeтов расстреляли. Оттащили в кусты, потом вернeмся, похороним.

- Я им, сволочам, теперь покажу приeмы цивилизованной войны. - Сорвался вдруг ближайший к Павлу лeтчик с петлицами капитана. - У меня к этим тварям длинный счeт ещe с Испании. За Серeгу я им сегодня отомстил, а за Ивана, которого они над Мадридом вот так же, висящего на парашюте, кончили, и за Сeмку, точно так же расстрелянного сегодня, расплата ещe впереди.

Другие два пилота, лейтенант и старшина, угрюмо молчали.

- Винтовку дашь, старшина? - Спросил капитан.

- Не дам, товарищ капитан. - Ответил ему Павел, сам удивляясь своему жeсткому тону. - Согласно приказу, который мы получили, лeтному составу, если позволяют условия, запрещено участвовать в наземных боях. Вы там нужны. - Павел показал пальцем на небо. - А здесь и без вас бойцов хватает.

- У тебя горстка бойцов, а ты от помощи отказываешься. - Попытался качать права капитан. - Может у тебя оружия для нас нет, так и скажи? Сам то вон с пистолетом бегаешь. - Капитан кивнул на кобуру, в которой расчeт "Гюрзы" таскал штатные ТТ.

- Неужто вам сверху не видно было, что эта горстка тут натворила? - Усмехнулся Павел и, немного подумав, добавил. - А моей винтовкой вы всe равно воспользоваться не сможете. - Повернулся к сержанту и приказал. - Лeтчиков покормить. Потом, Левашов, со своей группой займeшь позицию на опушке. Усманова и Сидоренко отправишь сюда.

Отдав приказ, Павел поспешил на свою позицию, предчувствие приближающейся опасности его не покидало.

Сержант удовлетворeнно кивнул, глядя вслед Павлу, он сам бы поступил точно так же, как приказал командир. Абсолютно правильно, что раненым, фамилии которых назвал старшина, место в тылу, даже если ранение лeгкое. Вот если прижмeт, тогда их помощь понадобится. И от огневой поддержки лeтчиков никто не откажется. И оружие он для них найдeт. Есть у него вынесенные с аэродрома несколько немецких карабинов.

- Что это он, Левашов, на меня так? - Спросил у сержанта обиженный капитан. - У меня между прочим значок Ворошиловского стрелка. Я и с нагана, и с винтовки из любых положений не меньше восьмидесяти выбиваю.

- Не обижайтесь, товарищ капитан, из его винтовки, действительно, никто кроме него с напарником стрелять не сможет.

- Что ж там за чудо такое? - С недоверием протянул капитан.

- Вот начнeтся бой, тогда увидите. - Ответил ему сержант. - Словами это не описать.

Выполняя приказ старшины, Левашов выделил из своего скудного пайка, большую половину груза их группы составляли боеприпасы, часть спасeнным пилотам. Те вяло отказались, не прошло ещe напряжение боя, только капитан сделал пару глотков из бутылки коньяка, прихваченной бойцами на аэродроме. Оживились они только, когда по приказу сержанта, им притащили винтовки немецких солдат, взятые его группой в бою. Капитан осмотрел незнакомое оружие, довольно быстро разобрался в нeм, и принялся учить своих однополчан, объясняя отличия карабина Маузера от Мосинской трeхлинейки. Со стрелковым оружием он действительно был хорошо знаком.

Сержант вывел свою группу на позицию, подозвал раненых бойцов, собираясь передать им приказание командира, но в этот момент из-за поворота лесной дороги медленно выполз бронетранспортeр, с натугой гудя двигателем. Передние колeса елозили по мокрой, в этом месте, после недавнего дождя дороге, но гусеницы уверенно вели его вперeд. За бронетранспортeром показались грузовики, заметили лужу, подались в сторону, обходя трудный участок.

- К бою! - Крикнул сержант и метнулся к ближайшему бугорку, вскидывая на ходу ППШ.

Хлопнула мина под колесами головного БТРа. Молодец Усманов, всe-таки успел заминировать дорогу. Ударил пулемeт боевого охранения. Взметнулись в воздух гранаты, сразу две из них попали в открытый сверху бронетранспортeр, огненная вспышка выбросила наружу изломанное тело пулемeтчика, раздался из корпуса жуткий вой посечeнных осколками солдат. Сержант постарался отключить слух, перенося огонь своего автомата на следующий грузовик, но тот уже стоял, являя на месте водителя громадную дыру в переднем стекле. Сержант запоздало уловил хлопок крупнокалиберной винтовки, молодец командир, включился сразу. Высыпавшие из кузова солдаты попали под фланговый огонь пулемeта и метнулись на другую сторону дороги. Но там тоже оказались мины. Первые двое взлетели на воздух, после чего оставшиеся в живых кинулись под колeса машины. Раздались первые ответные выстрелы со стороны немцев. Включился в работу снайпер Осназа и немецкий пулемeтчик, сумевший установить в промежутке между колeсами свой MG, отлетел назад с простреленной головой. Не ожидавшие нападения солдаты вермахта кинулись назад по дороге, теряя людей от огня противника.

За спиной сержанта, громко матерясь, пристроился капитан-лeтчик, грохнул выстрел и один из немецких солдат уронил голову от прицела винтовки. Капитан действительно умел стрелять.

Захлопали другие карабины, застрочили автоматы осназовцев, бой перешeл в шаткое равновесие, когда только секунды решают, кто останется победителем.

Павел успел занять своe место за несколько секунд до появления немцев из-за поворота. Рука дернулась поменять обычный патрон на бронебойный, когда в прицеле показалась морда бронетранспортeра, но вовремя остановилась. Осназовцы должны были заминировать дорогу, да и сам Павел отдавал такую команду. Потекли медленные секунды ожидания, но вот под передними колeсами БТРа рванула мина, тот остановился и Павел немедленно перенeс огонь на следующий за бронетранспортeром грузовик. Брызнуло осколками стекло и водитель упал на руль всем телом, первый грузовик упeрся в корму бронетранспортeра, мешая солдатам покинуть его. В БТР влетели, хорошо видимые в прицел, гранаты и огненная вспышка выключила его экипаж из дальнейшего боя.

Павел немедленно перенeс огонь на второй грузовик. Руки действовали как на тренировках, не требуя никакого участия мозга. Торопливо отыскивали очередную мишень, нажимали на спуск, перезаряжали винтовку и вновь искали следующую жертву. Когда стрелять уже было не в кого, Павел дернул прицел дальше по дороге и обнаружил офицерский Опель и водителя, судорожно пытающегося отвернуть в сторону. Одного выстрела хватило чтобы шофeр откинулся назад, демонстрируя пассажирам громадную дыру в груди. Те дружно кинулись наружу, не осознавая того, что осназовцы наметили их в качестве целей для задержания, едва они показались из-за поворота. Выскочившие из легковушки офицеры немедленно были сбиты с ног, связаны и утащены в кусты. Павел, сам пару раз бывший в роли объекта захвата на тренировках, даже сморщился, вспоминая ощущения, полученные им при этом.