Майская Гроза - Чекоданов Сергей Иванович - Страница 47

- Хорошо, Иван Михайлович, передам. - Ответил Герман и продолжил. - У меня подготовленные позиции для одного дивизиона пушек есть, а второй я думаю перебросить за правый холм, танковую роту усилить. Немцы про неe уже знают, могут попытаться там прорываться. Остальные танки первого батальона в бой пока не вводились, я их передвинул на пару километров западнее, там можно скрытно к дороге выйти и в тыл немцам ударить, если они нас очень сильно прижмут.

- Пожалуй, Александр Викторович, так и сделаем. А второй батальон тридцатьчетвeрок перебросим к дороге и пройдемся по ней, когда немцы в бой втянутся. Наша с тобой задача не просто удержаться на позиции, а оставить здесь всю танковую дивизию немцев.

- Да мы же, товарищ комбриг, осторожничали, чтобы раньше времени их не спугнуть.

Вскоре немцы подтянули свои батареи, развернули их под прикрытием придорожного кустарника и открыли огонь. Первые снаряды попали с недолeтом, но следующий залп лeг вблизи траншей. Обнаружившие себя во время первой атаки, батареи противотанкового полка открыли ответный огонь, вскоре сведя все усилия немцев к контрбатарейной борьбе.

С запада донeсся гул. "Воздух", - закричали наблюдатели. На позиции бригады заходила девятка немецких пикирующих бомбардировщиков. Навстречу "лаптeжникам", прозванным так за неубирающееся шасси с обтекателями, взметнулись огненные трассы зенитных пушек и крупнокалиберных ДШК, приданных бригаде. Немецкие пикировщики устремились к земле, достигли точки сброса, от них отделились бомбы и накрыли траншеи стрелковых рот. Но и немцы не все сумели выйти из атаки, один из них задымил двигателем и, теряя высоту, ушел на север. Из него выбросился лeтчик, раскрылся парашют и его стало сносить ветром в сторону немецких позиций. Фашистские самолeты начали второй заход, когда с востока на них выскочила тройка краснозвeздных истребителей. Два пикировщика были сбиты сразу, остальные, сбившись тесной группой, полетели на запад, отстреливаясь от заходящих в атаку истребителей из кормовых пулемeтов. Вот вспыхнул ещe один "лаптeжник", но и один из истребителей задымил и вышел из боя, повернув на восток. Отогнав немцев, уцелевшие в бою истребители развернулись и пошли в сопровождении своего поврежденного товарища.

В это время немецкая пехота пошла в атаку по всему фронту обороны бригады. Густой цепью под прикрытием бронетранспортеров и уцелевших броневиков, не менее полка, в несколько линий двигались вперeд. Скромничать против такой силищи не стоило и комбриг, принявший руководство боем, отдал приказ о начале огня из всех орудий. Ударили все пушки, теперь полного, артиллерийского полка, заработали орудия закопанных в землю лeгких танков. В немецких цепях появились громадные фонтаны земли, это заработали новые 120-миллимитровые миномeты и тяжелые самоходки батареи СУ-152. Цепи фашистской пехоты увеличили скорость, пытаясь выйти из под огня пушек, но попали под огонь обычных миномeтов. Заработали пулемeты, отсекая пехоту от вырвавшихся вперeд бронетранспортeров. Открыли огонь все противотанковые ружья батальона, и вскоре, сумевшие прорваться через огонь батарей, транспортеры один за другим стали останавливаться, не дойдя до траншей несколько десятков метров. Подошедшая на пару сотен метров пехота была встречена кинжальным огнeм пулемeтов и автоматов и залегла. Все попытки унтер-офицеров поднять солдат в атаку заканчивались ничем. Атака захлебнулась, но оказалось, что отойти от русских позиций также трудно, как и подойти к ним. Были подбиты почти все транспортeры и броневики. В передовых цепях не осталось офицеров, на которых целенаправленно охотились русские снайперы. Солдаты перебежками отходили, прикрываясь горящими бронированными машинами, но каждый рывок стоил им убитых и раненых, выкашиваемых русскими пулемeтами. От передовых цепей, когда они сумели отойти на расстояние, на котором огонь пулеметов потерял свою эффективность, осталось не более трети первоначального состава. Потери следующих линий были меньше, но всe равно ужасали. Таких потерь немецкая пехота не несла никогда и нигде!

Но это было только началом конца. Не успели уцелевшие в атаке солдаты отойти на первоначальные позиции, как опять ударили русские пушки и со всех сторон стали выезжать танки. Много танков. Немецкие солдаты побежали к дороге, к оставленным на ней машинам, ещe не зная о том, что на неe уже выскочили с двух сторон русские танки. Выбежавшим к ней открылась ужасная картина. По дороге, сминая машины, двигались тяжелые русские танки. Сидящая на них пехота вела огонь из автоматов по всем, кто пытался оказать сопротивление. Солдаты бросились обратно в поле, но и там волной катились русские БТ. В чистом поле даже легкий танк неодолимый противник, единственный исход схватки с которым, чаще всего, смерть храброго дурака, осмелившегося на это. Когда же и с запада выкатились русские танки, немецкие солдаты стали бросать оружие и сдаваться. Бой закончился.

20 мая 1941 года Восточнее Люблина

Стук колeс вагона стал реже. Павел перевалился на другое плечо, поменял положение рук. Вслед за ним зашевелился второй номер Панкратов. Двинулись и дальше по вагону. Капитан, посветив фонариком, дал команду приготовиться. Павел подтянул вещмешок, пробежал пальцами по корпусу винтовки, ствол был у напарника, проверил футляры с биноклем и прицелом. Всe было под рукой. Приставленный в качестве третьего номера боец придвинул ближе цинк с патронами.

Кажется, томительное ожидание подходило к концу. Поезд двигался всe медленнее. По знаку капитана поднялись бойцы группы десантирования, открыли окна, скользнули на крышу вагона. Движение поезда всe больше замедлялось, встал капитан, стали подниматься остальные бойцы взвода, разбирать оружие и снаряжение. Павел надел лямки вещмешка, пристроил поудобнее бинокль и прицел, перехватил винтовку и подошел к левой двери. В затылок ему пристроился Панкратов, за ним третий номер. Рядом выстраивались другие группы.

Наконец, вагон остановился. Значит, всe идет по плану. Распахнулись двери, дохнуло прохладой весенней ночи, стало ясным насколько спeртым стал воздух в вагоне за время движения. Всe это промелькнуло в голове в то время, когда тело уже перекидывало себя через открытый проeм двери, сказывались тренировки, отрабатывавшие эту часть задания до полного автоматизма. Подошвы сапог ударились об насыпь, Павел отбежал влево, освобождая место второму номеру, притянув винтовку к груди, заскользил вниз под насыпь. Оказавшись внизу, заспешил к недалeкому лесу, краем глаза фиксируя движение других бойцов отряда. В затылок ему дышали второй и третий номера расчeта. Десять минут торопливого шага вслепую, а часто и просто на ощупь, несмотря на начинающее светлеть небо, закончились на небольшой поляне. Бойцы быстро нашли остальные номера своих групп, выровняли в темноте некоторое подобие строя. Павел занял своe место на левом фланге, за ним пристроились Панкратов и Долгих, вспомнилась фамилия, прикреплeнного к ним бойца.

Вдоль строя, подсвечивая фонариком, прошeл капитан, проверил наличие бойцов. Убедившись, что все на месте, махнул рукой. Передавая команду по цепочке, строй развернулся и заспешил вглубь леса на запад. Павел быстро поймал темп, задышал в соответствии с намертво вбитыми в голову инструкциями, прислушался к дыханию других бойцов группы. Всe шло как на тренировке. Мягко скользил за ним второй номер Панкратов, на бесшумное движение которого по лесу, да и в других местах тоже, Павел потратил не одну неделю. Поначалу таeжному охотнику Павлу каждое движение, данных ему на обучение бойцов, напоминало стадо ломящихся через подлесок медведей, приходилось ему слышать и такое, когда по молодости нарвался на медведицу с медвежатами второго года. Но со временем движение становилось всe более бесшумным, так что на выпуске вся группа умудрилась проскользнуть незамеченной в метре за спиной проверяющего. А Панкратов был не самым худшим в группе по бесшумности движения, но зато самым лучшим по определению параметров прицеливания. В паре с ним Павел всегда выдавал наилучшие результаты, даже если цель была скрыта туманом или дымом. Третий номер группы ефрейтор Долгих, приданный им на время для переноски дополнительного боекомплекта, тоже сибиряк, как и Павел, двигался настолько тихо, что даже для него было проблемой определять, где в данный момент тот находится. Капитана же, следовавшего в арьергарде колонны отряда, он вообще не слышал.