Чужие игры - Долинго Борис - Страница 104

Как раз, когда Шорин и Кината добрались до Храма, на горизонте началось настоящее светопреставление. Видимо, тем, кого осаждали с воздуха, эта возня надоела, и они предприняли более серьезные меры.

Земля задрожала, загудела. Один за другим гравилёты вспыхивали, как бенгальские огни, и это напоминало праздничный салют – красивый, веселый, захватывающий… Многие машины отлетели на приличное расстояние и рассредоточились, зависнув в воздухе. Однако некоторые бежали – они улетали, пропав из поля зрения, и больше не возвращались. Впрочем, их пилоты, возможно, получили новое задание.

С другой стороны, гравилёты не оставались в долгу – при использовании трансфокатора шлема УЗК было видно, что они тоже стреляют, но оставалось непонятно, достигали выстрелы цели или нет.

– Нам крупно повезло, что Храм не в эпицентре боя, – сказал Шорин.

– Фантастическое везение, – без тени иронии кивнул Валентин. – Двигаем к роще!

Капитан сбежал вниз с холма, укрылся за первыми деревьями, и тут же услышал окрик.

– Не двигаться, падла, руки вверх!

Капитан замер, пытаясь понять, откуда шёл голос.

– Я что сказал, козёл, брось пукалки, а не то грохну!

Теперь капитан узнал голос Сохатого.

– Стой, это же я, Валентин! – Валентин поднял вверх свободную руку. – Ты не узнаешь меня, Серёга?

– Какой ты Валентин, мать твою… – не вполне уверенно произнёс Сохатый. – А ну-ка повернись, но медленно! Открой шлём!

Капитан, наблюдая краем глаза, как с холма спускается Кин, медленно повернулся и поднял щиток. Сохатый прятался за соседним деревом, целясь в него из деструктора. Шлема на нём самом почему-то не было.

– Теперь ты веришь? – спросил Валентин.

Сохатый обрадованно ухмыльнулся:

– Да, кажись, ты… Ага, вот и твоя девчонка, и Kолян. Ну, привет, что ли?

Валентин сдержанно кивнул.

Сохатый, опустив оружие, вышел из-за дерева.

– Ну, Валентин, и натерпелся же я! Слава Богу, вас встретил… – сказал он с облегчением. – Я уж решил, всё, кранты. Блин, вот уроды, полная жопа, скажу я вам, никогда ещё такого не видел! В Чечне было намного проще, блин.

Остапенко внимательно посмотрел на него – интересно бы узнать, а что делал в Чечне Сохатый?..

– А Михаил где? – в свою очередь спросил он. – С ним что-то случилось?

Сохатый поджал губы и развёл руками.

– Его эти захватили, ну которые за нами пришли…

– Гвардейцы? – уточнил Валентин.

Сохатый кивнул, и Остапенко выругался.

– Ах ты, чёрт! Как же это случилось?

– Я ничего не мог поделать, – виновато покачал головой Сохатый и насупился. – Видишь ли… Ну, когда вы отступили, эти суки за вами бросились, а мы засели за лавками, хотели задержать тех, кто ещё ломанётся с улицы. Они и сунулись. Мы стреляли, но их много было, человек семь-восемь. В Князя попали из этой толстой штуки, он свалился. Я хотел вытащить его, но по мне тоже начали стрелять, пришлось убегать, а то бы и меня замочили.

– Так его убили или взяли в плен? – уточнил Валентин.

– Я видел только, как он упал, но потом его подняли и куда-то утащили – я это точно видел. Потом здание начало рушиться, я убежал и засел тут. Потом началась бомбежка, а потом и вы пришли. Вот и всё.

Где-то опять грохнуло, землю тряхнуло, и даже с деревьев посыпалась листва. Сохатый нервно покосился в сторону грохота и судорожно втянул носом воздух.

– М-да… – Валентин покачал головой. – Сложный случай… А шлем где твой?

– Наверно, там внутри потерялся. Думаете, мне до шлема было?..

Почва задрожала, и в воздухе возник дребезжащий свист.

– Ложись! – заорал старшина.

Прозвучал удар, и несколько деревьев рядом просто-напросто исчезли.

Над их головами что-то загудело. Капитан повернулся и увидел, что метрах в десяти над ними парит гравилёт.

– Эй, недоноски! – услышал он голос Юстанны.

– Стой! – закричал Валентин. – Это же мы!

– Вы меня уже особо не интересуете. Отдайте Кин, эту чертову стерву!

– Давай поговорим, Юстанна, – предложил капитан. – Так дела не делаются, ты же понимаешь!

– Валентин, – засмеялась женщина, – кого ты хочешь надуть? Отдай девчонку, и тогда я, возможно, ещё подумаю над вашей никчёмной судьбой.

– Зачем тебе Кин?

– Не твоё дело, за ней кое-какой должок.

– Валентин, прошу тебя, не выдавай меня! – прошептала Кин.

– Успокойся, никто тебя выдавать не собирается, – ответил Валентин.

– Я всё слышу, – сообщила Юстанна. – Что ж, я могла догадаться. Тогда подохните все!

Шорин, продолжая лежать на земле за небольшой складкой, сделал неуловимое движение руками, и прогрохотал взрыв. Гравилёт мотнуло в воздухе, от его корпуса полетели куски. Уже не таясь, Николай вскинул индуктор и выстрелил ещё дважды.

Гравилёт резко повело в сторону, и он камнем рухнул вниз, подмяв под себя дерево, похожее на развесистую елку, но с листьями вместо иголок.

– Вставайте! – закричал Валентин и, вскочив, потащил Кин за собой. – Сохатый, мать твою, подъём, уходим!

Сохатый побежал сквозь кусты вслед за ними. Старшина засел за деревом, изготавливаясь на всякий случай для следующего выстрела.

«Рванёт, не рванёт?» – лихорадочно размышлял Валентин: он слишком хорошо помнил взрыв гравилёта Акмолла.

Прошла секунда, другая, третья, но ничего не происходило.

– Валентин! – позвал капитана Шорин. – Пошли отсюда скорее, это опасно.

– Ты думаешь, она умерла? – спросила Кин.

– Кто знает? Сейчас проверим!

Капитан осмотрел оружие – ему вовсе не хотелось неожиданностей – и стал осторожно подбираться к упавшему гравилёту.

Он перелез через часть отвалившейся обшивки и заглянул в пробоину, из которой вырывались плотные клубы белёсого дыма – разобрать, что творится внутри, не представлялось возможным. Тогда Валентин решил обойти машину вокруг.

С противоположной стороны он сразу заметил Юстанну – женщина выбралась из гравилёта и сейчас лежала на земле. Ее бронекостюм был серьёзно повреждён, бок окровавлен. Тарланка хрипела и скребла почву рукой. Оружия при ней Валентин не заметил, да и вряд ли женщина могла бы им воспользоваться в таком состоянии.

Он подошёл и попробовал перевернуть её на спину – Юстанна громко застонала и начала что-то говорить.

Капитан наклонился к ней, вслушиваясь в несвязную речь.

– Стим… стимулятор… костюм не работает… вколи… пожалуйста… я всё равно умру…

Валентин достал из внутреннего кармана Юстанны патрон стимулятора и приложил к руке женщины. Прозвучал тихий щелчок – лекарство было введено в вену. Прерывистое дыхание тарланки постепенно успокоилось, и она расслабилась. Мертвенная бледность лица чуть отступила.

Капитан осторожно снял с Юстанны шлем – роскошные тёмные волосы рассыпались по плечам.

– Ну как ты? – спросил он.

– Идиотский вопрос. – Юстанна, тем не менее, попыталась улыбнуться. – Эх, не ожидала, что у вас индуктор окажется…

Её чёрные глаза, не мигая, смотрели на Валентина, и в них не было ничего, кроме страдания – ни злобы, ни страха, ни ненависти. «Когда приходит боль, спектакли заканчиваются, – подумал Валентин. – Все снимают маски и становятся сами собой».

– Ты можешь говорить?

– Немного могу, – прошептала женщина.

Подошёл Николай.

– Ух ты, жива! – удивился он.

Валентин сделал знак, чтобы старшина помолчал.

– Зачем ты хотела убить нас, Юстанна? – спросил он.

– Вы сделали своё дело и стали лишними. Вы мешали…

– Ну да, стандартная ситуация. Значит, вы с самого начала вели нечестную игру?

– Ах, Валентин, оставь! Рассуждаешь, как ребёнок: честно-нечестно… – Юстанна сдавленно закашлялась. – Я и сама стала лишняя, и нисколько на Коулла не обижаюсь – это было бы глупо с моей стороны. Кто обижается на стихийное бедствие? С ним только борются…

– Коулл?!

– Ну не за ублюдка же Янжа я голову подставляла! – Женщина закрыла глаза и немного помолчала. – Всё сложнее, чем ты думаешь, Валентин. Да, поначалу я была заодно с Янжем и осуществляла связь с Тореллом, даже ублажала его, слабосильного. Но в системе Артефакта этот парень шарит! Если бы он не был таким идиотом, то давно мог бы, наверное, скинуть и Тигурда, и Коулла к чёртовой матери!