Пророчество: Пророчество. Враг моего врага. Понять пророка. Аз воздам. - Горъ Василий - Страница 266

Уйдя в джуше , я рванулась с места, и в несколько прыжков оказалась у входа. Внутри было темно.

– Подвинься! – Ольгерд, сдвинув меня в сторону, с фонарем в левой руке сделал осторожный шаг вперед и удивленно остановился: – Не чувствую ничего крупного… Да и мелкого – тоже… О, черт… Посвети мне!!!

Поймав брошенный мне фонарик, я повела им по сторонам и выхватила из тьмы бьющееся в конвульсиях тело, когда–то бывшее Чистяковым. Сейчас его с ног до головы покрывал мерзкий, копошащийся ковер из крошечных скользких тварей, смахивающих на обычных слизней. Видны оставались только правая кисть, половина лица и ботинки…

– Черная плесень… – хватая беднягу за ремень и выволакивая из пещеры, злобно выругался Ольгерд. – Впрыскивает обезболивающее и потом съедает заживо… Выделяет какую–то кислоту, нейтрализовать которую можно большим количеством воды…

– Брось его в реку!!! – еле сдерживая тошноту, заорал Кормухин.

– Охренел? Он весь в крови… Через пару секунд его обглодают до костей! Это не Земля, блин… Фляги!

…Увы, спасти Чистякова не удалось. Несмотря на то, что автомед работал на износ, удерживать жизнь в растворенном до костей теле не было смысла. Никакая медицина не смогла бы вернуть его в человеческий вид. Поэтому Кузьма, ногой перевернув подчиненного, брезгливо сорвал с его спины еле слышно щелкающий приборчик и отбросил его в сторону…

– Блин, а если бы Рома не прилег там сейчас, то ночью нам бы настала жопа… Всем сразу… – вдруг сообразил Кормухин и, обведя нас всех безумным взглядом, достал из внутреннего кармана куртки флягу. Запахло коньяком. Сделав пару глотков, он справился с нервной дрожью и зло посмотрел на брата:

– Блин, не мог сказать раньше?

Ольгерд спокойно выдержал его взгляд и поинтересовался:

– Ты что, глухой? Я сказал, что ночевать НАДО снаружи. А то, что там оказалась плесень, – не моя вина. Я в пещеру даже не заглядывал… Кстати, когда мы его вытаскивали, я заметил там пару небольших ответвлений. Не удивлюсь, если в пещере есть живность… Впрочем, думаю, желание ночевать в ней уже не появится ни у кого?

– Сука… – переводя взгляд с Ольгерда на понуро стоящего Кузьму и обратно, оскалился генерал. – Что за чертова планета? За пять дней потеряли пятерых… И все – мои… Почему?

– Да просто нежные вы очень… И ленивые… – палатки, видите ли, ставить не хочется… А мои – шуршат, как проклятые. И не ноют… Вот и вся разница, Иваныч… Будете продолжать в том же духе – вообще хрен кто дойдет…

– Открой портал обратно, бля!!! – вдруг истерически заорал все еще мучающийся с раной бедра Кошелев и, выхватив пистолет, приставил его к голове Маши.

– Слышь, мудило, у тебя три секунды, чтобы убрать ствол… – медленно процедил Олег.

– А если не уберу? – срывающимся голосом поинтересовался тот и перевел взгляд на стоящего неподалеку от него Угги.

Даже в джуше я не успела увидеть движение размазавшегося от скорости брата. Просто Машку вдруг кинуло в Угги, правая рука Кошелева на мгновение зависла в воздухе отдельно от разваленного от плеча и до паха тела, а потом медленно полетела к земле…

– Для справок… – оглядев не успевших понять, что, собственно, произошло, кормухинцев, Ольгерд стряхнул кровь с обоих клинков и забросил их обратно в ножны. – Портал открывается только в определенных точках. «Пробойник» у меня был одноразовый. Так что если вам – на Землю, то не надо меня злить. Тем более угрожать моей жене…

– У, с–скотина… – присев над телом подчиненного, выругался Кузьма. – Легкий броник одел, падла…

– Был бы тяжелый – голову бы снес… – буркнул Ольгерд. – В чем проблема–то?

– Мясник херов… – еле сдерживая тошноту, пробормотал Кормухин. – Отморозок…

– Полегче, Иваныч… А то я могу пересмотреть наше соглашение. В одностороннем порядке…

– Да, в общем, я бы тебе не советовал… – выдержав тяжелый взгляд брата, нагло заявил Кормухин. – Ты думаешь, что я, отправившись сюда, не перестраховался? Ошибаешься… У меня есть еще один козырь в рукаве… И, кстати, не менее весомый, чем твоя жена… Так что давай без всяких там… – Он грязно выругался и злобно посмотрел на Ольгерда. – Тебе все понятно или разжевать? Название Сан–Лоренцо–аль–маре тебе о чем–нибудь говорит? Или фамилия Брилев? Мальчик, не надо воображать себя самым умным! Ты решил переть против Системы… Она тебя переедет и не заметит… Так что хватит строить планы – шевели жопой и поторопись – иначе сына твоего… ну, скажем, продадут куда–нибудь типа публичного дома… Мало ли в арабских странах любителей маленьких мальчиков?

– Что ж, Иваныч, потом не говори, что я тебя не предупреждал… – прикрыв глаза и глубоко вздохнув, прошептал озверевший Ольгерд. – Если с головы моего сына упадет хоть один волосок, то я тебе устрою такое прощание с жизнью, что смерть Чистякова покажется тебе сладкой… А сейчас отбой…

Глава 49

Кириллов

– К вам можно, шеф? – Гордеев заглянул в кабинет и, увидев приглашающий жест Кириллова, быстрым шагом подошел к его столу.

– Минуту, допишу пару строчек… – не отрывая взгляда от компьютера, буркнуло начальство. – Тэк–с… Все… Что у тебя там? Я слушаю…

– Обнаружено наружное наблюдение… Минимум четыре человека… Судя по подходу – спецы… Работают комплексно…

– Давно?

– Начали в половине третьего утра. Я тут же связался с «COFUSCO»… Шарль подключил ребят из местной контрразведки и флотского спецназа. В общем, есть два варианта – брать их сейчас или проследить, откуда растут ноги…

– Откуда они растут, я думаю, что знаю… Так что давать им работать не надо… Пусть люди Луиджи отработают свои деньги… Не зря же я им плачу!

– Спецназ уже выехал из Тулона. Что делать нам?

– Ничего… Мы – законопослушные граждане, и нас не касаются мероприятия, проводимые Командованием специальных операций вооруженных сил Франции. Кстати, на телефонной линии тоже сидят?

– Угу… – кивнул Гордеев и поморщился. – Говорю же, спецы… Хорошо, вовремя срисовали…

– Ладно, молодец… Пятерка тебе… Возьми с полки пирожок… Премия будет в конце месяца… Впрочем, если надо сейчас…

– Да нет, шеф, что мы тут тратим–то? Живем на всем готовом… Хоть в конце года… Ладно, я побег… Займусь делом…

…Время тянулось как резиновое. Чтобы его хоть как–то подстегнуть, Кириллов заставил себя часа полтора попотеть в спортзале, потом час плавал в бассейне, совершил ежевечернюю прогулку по пляжу, поужинал на веранде и устроился там же с бокалом дижестива. Однако нарастающее напряжение не отпускало – мысль о том, что люди Кормухина могли выйти через него на дачу Брилевых, где он спрятал сына Коренева, все больше действовала на нервы. Наконец, в половине второго ночи, когда желание позвонить Коле стало совершенно запредельным, позади его кресла–качалки раздался тихий голос Шарля:

– Добрый вечер, товарищ Кириллов… Вот мы и снова встретились…

– Рад вас видеть в добром здравии, друг мой! – вскочив на ноги, Кириллов обрадованно пожал протянутую руку и оглядел такого долгожданного гостя с головы до ног.

Шарль выглядел великолепно. Естественно, для своего возраста. Хороший светлый костюм. Неизменная трость. Алая гвоздика в петлице пиджака. Коротко стриженные седые волосы. Щегольские усики А–ля Шарль де Голль. Хороший одеколон. Единственное, что слегка выпадало из образа – это холодный, цепкий взгляд профессионального разведчика.

– Вы выглядите настоящим плейбоем, Шарль… – пододвинув к гостю второе кресло, улыбнулся Кириллов. – Вас просто не узнать…

– А вы бы хотели, чтобы в тихие, пропахшие запахом больших денег, Антибы я приехал на основном боевом танке AMX–30B2 Brenus? – хохотнул этот давно разменявший четвертый десяток офицер. – Зачем?

– Ну, нет, просто встреть вас в таком виде, скажем, в Ницце или в Париже, я бы вас не узнал…

– Спасибо… Весьма учтивый комплимент… – Взяв протянутый бокал, он принюхался к напитку и уважительно посмотрел на хозяина поместья: – О, коньяк пахнет просто восхитительно… Что–нибудь французское?

– Увы, вынужден вас расстроить, дорогой Шарль, но это грузинский… Попробуйте… Скажете свое мнение…