Пророчество: Пророчество. Враг моего врага. Понять пророка. Аз воздам. - Горъ Василий - Страница 193

– Я не собираюсь никуда лететь… – буркнул Эол, в сердцах отшвырнув в сторону наполовину собранную дорожную сумку. – Хотел добраться до Академии пешком…

– Ух ты, какой ты шустрый… Сколько до нее идти, помнишь? Толку от тебя твоим друзьям, если ты припрешься к ним через две недели? Да никакого! Тут у тебя хоть есть возможность держать руку на пульсе событий, собирая информацию с тех средств визуальной разведки, которые не пеленгуются ни локкрами, ни «академиками». А случись что серьезное, кто должен бежать и искать тебя на дорогах Мейнорра, чтобы у тебя появился какой–то шанс помочь тем, из–за кого ты сейчас так дергаешься? Я? Так я тебя не найду! Я просто не смогу пройти такое расстояние, даже точно зная, где именно тебя носит… Хватит дергаться! Займись лучше делом!

– Ну не могу я спокойно смотреть на то, что происходит на планете… – сев на пол, мрачно буркнул Эол. – Эти уроды просто так сожгли уже одиннадцать городов! Зачем?

– Как их называет твое Пророчество? Черным Роем? Весьма точно! А что, это первый случай ксеноцида, который ты видишь за свою жизнь? А ты вспомни сектор Омары! Четыре мира за одиннадцать лет! И ты не дергался! Ах да, друзья… Так в твоем же Пророчестве говорится, что они закроют грудью Ронтар…

– Увы, если бы в Пророчестве говорилось об их победе… «Волки встанут грудью…» «Чтоб Горе Силой превозмочь…» Ни слова о том, что им это удастся… Ни одного, понимаешь?!

– Да, понимаю… Но толку тогда от таких предсказаний и такой «Игры»! Если бы твой «избранный» Ольгерд должен был погибнуть от рук представителей этой цивилизации, то не было бы смысла в его появлении на Элионе, закалке на Земле, анабазисе в мире Тварей. Ты же сам мне все уши прожужжал, что тебе кажется, что Путь, который ему суждено пройти, пролегает через несколько миров Веера?

– А если мне только кажется?

– Я тебя не пойму… Твои Пророчества сбываются? Все?

– Ну почти… – хрустнул костяшками пальцев Хранитель.

– Так верь себе… Что ты ведешь себя, как ребенок?

– Я перестал понимать то, что пишу… – признался Эол после секундного раздумья. – Вот прочти то, что пришло мне в голову сегодня ночью…

Звезда, упавшая под вечер,

в огне утопит мир, и вот

взовьется в небо Серый Кречет,

но грудь о звезды разобьет…

…Клинка из мрака росчерк жуткий

прервет незримой Смерти шаг,

начав отсчет Последних суток…

…но в небо вновь взовьется враг…

– Мда… – Пробежав глазами строчки, Маныш с интересом посмотрел на хмурого подчиненного и улыбнулся: – Ну радует уже то, что все скоро закончится. И потом, что–то я не очень понимаю, что именно тебя тут так зацепило?

– Не тут… – Эол, не глядя в глаза начальству, достал из кармана сложенный вчетверо лист и, не разворачивая, протянул его Манышу…

Не будет серой колесницы,

той, что пронизывала тьму…

И в жутких сполохах зарницы

решать приходится Ему…

В огне рассыпанное Семя

не выполоть, не проредить…

…Неумолимо мчится Время…

Уйти? Остаться? Погодить?

Несколько раз прочитав оба пророчества, Маныш расстроенно опустился на пол около Эола и, почесав затылок, спросил:

– Что–то случится со шлюпкой «академиков»?

– Как мне кажется, да… Скорее всего, ее взорвут локкры в воздушном бою…

– Значит, забрать Ольгерда с Глаза Ночи они не смогут… И мы тоже. По крайней мере, до тех пор, пока этот истребитель не исчерпает ресурс хода. Но если он долетел до Ронтара, то, как минимум, способен вернуться обратно на корвет. А значит, ждать, что он истратит все топливо, мотаясь над планетой, – конченый идиотизм…

– Угу… – глядя в пол, подтвердил Эол.

– Сколько времени смогут находиться в джунглях Глаза Ночи Ольгерд и его команда, мы не знаем. Доставить им хоть что–то – не сможем… Уничтожить локкров на Ронтаре – тоже… Смотреть, как эти уроды найдут и сожгут «академиков», – мне что–то не улыбается… Что делать?

– А хрен его знает… – Заметив, что употребляет выражения Глаза, Эол помрачнел еще сильнее. – Я не спал всю ночь, и пока – ни единой мыслишки…

– А мысли по поводу клинка из мрака есть? – еще раз пробежав глазами строчки предсказания, поинтересовался Маныш.

– Ну с этим как раз просто. Я просмотрел логи Контура – Мерион зачем–то поволок с собой два черных клинка. Те, которые принесли на Элион твари… Значит, кого–то из локкров Длинные Руки достанет… Но вот что за «последние сутки», я пока не понял… И, если честно, боюсь об этом размышлять…

Глава 43

Седой

Трое суток, отведенных на адаптацию к скафандрам тяжелой пехоты, пролетели как одно мгновение: за исключением двух–трех часов, выделяемых нам на сон и усвоение информации, получаемой на ежевечерних сеансах у Джо, и коротких перерывов на обед, все время было забито тренировками. К моему удивлению, дикие, неуправляемые унги, которых за стенами Академии считали чем–то вроде лесного пожара, не только не уступали мне и другим выпускникам прошлых лет, собранным по тревоге, в скорости усвоения информации, но и частенько ставили в тупик новыми, нестандартными решениями. Несмотря на их обычаи, всей этой безумной компанией командовала молодая девушка. Вернее, не совсем так. Командовал молодой парень по имени Эрик, но в спорных ситуациях, как ни странно, определяющим мнением было мнение его жены Оливии. Она не отличалась какими–то сверхъестественными способностями – на фоне «старичков» она была твердым середнячком, – но горцы слушались ее и ее мужа беспрекословно. За все время, проведенное с ними бок о бок, я не слышал ни споров, ни сомнений в их правоте – соплеменники тренировались так, будто бы это было единственным делом их жизни. Хотя, судя по рассказам Джо, их выдернули чуть ли не из боя и приволокли в Академию в бессознательном состоянии. И адаптировались они ко всему тому, что тут давалось, чудовищно быстро – вспоминая себя, увидевшего смеситель или в первый раз одевшего спецкостюм, я не мог понять, как эти дикари так спокойно пользуются всеми благами высокотехнологической цивилизации буквально на третий день после знакомства со всеми этими чудесами. Иногда, глядя на Оливию, я ловил себя на мысли, что она со всем этим уже давно и хорошо знакома. Хотя где найти в горах джакузи, я лично не представлял…

Еще меня здорово удивила координация движений этого самого Эрика – несмотря на то что он не особенно продвинулся в освоении джуше, работать с ним в паре на нормальной скорости было чудовищно трудно. Гибкое тело, способное двигаться в самых неожиданных плоскостях и атаковать с невозможных направлений, было крайне трудно достать мечом. Впрочем, узнав, что он вырос в семье бродячего артиста, я слегка успокоился – то, что вытворяют многие из них, я навидался еще при дворе Ригведа Справедливого. Правда, циркачи, выступавшие там, не оставляли ощущений опасных бойцов, но пластикой и гибкостью они мало чем отличались от этого унга. Кстати, из всех горцев он лучше всех освоил скафандр и уже на третий день довольно неплохо управлялся с ранцевым двигателем, летая по большому тренировочному залу и уродуя еще два дня назад белые стены черными выхлопами двигателя…

Единственным человеком, который так и не ужился с горцами, стал Серсор, выпустившийся из стен Академии за два года до меня. И то только потому, что с самого начала решил приударить за Мотт, тоже, как я понял, замужней женщиной. Унгга раза два осадила героя–любовника, а потом пожаловалась Оливии. Результат меня удивил – великолепный боец, когда–то, как и все мы, выигравший Турнир Меча Террена, – Серсор по кличке Молотобоец сначала получил устное предупреждение. А не вняв ему, нарвался на жестокий удар пальцами в трахею… Если бы не возможности медицины и не своевременное появление Деборы, то спасти его бы не удалось… Выйдя из камеры регенерации, Молотобоец замкнулся в себе и старался обходить стороной любого встречного унга. Горцы платили ему той же монетой – не работали с ним в парах, не реагировали на попытки Джо их помирить и вообще относились к нему как к отверженному… Хотя, будучи в курсе их обычаев, я считал, что Серсору повезло – при желании убить его мог бы любой унг, считающий себя родственником или другом мужа Мотт или ее самой…