Полночная страсть - Кэмпбелл Анна - Страница 61

Его ожидала долгая прогулка. Как сказала его мудрая возлюбленная, ему представилась возможность поразмыслить над своими бесчисленными прегрешениями.

Но что потом?

Глава 29

— Лорд Рейнло поступил низко, — тихо произнесла Касси, прервав долгое молчание.

Кабриолет успел проехать немалую часть пути. Антония ожидала увидеть свою воспитанницу заплаканной, но когда та повернулась, глаза ее были сухими. Кассандра казалась бледной, но спокойной.

Антония крепче сжала поводья. С тех пор как она отправилась на поиски племянницы, ей придавали сил ярость и глухая решимость. Все ее мысли были заняты спасением Касси. Теперь же ее сковало холодное оцепенение. Предательство Рейнло оглушило ее, сознание случившегося страшной тяжестью навалилось на плечи. Это ледяное бесчувствие не могло длиться вечно, но Антония была благодарна судьбе за омертвение чувств, хотя бы и краткое.

Разум подсказывал ей: жизнь не остановится. Антония знала, что вернется к своему однообразному существованию, продолжит управлять поместьем Демареста, по крайней мере, пока Касси не выйдет замуж. Тогда компаньонке придется искать себе другого нанимателя. Слава Богу, отныне Кассандре можно было не опасаться преследований Рейнло. Теперь маркиз не посмеет подступиться к ней. Гореть ему в аду, он сам обрек себя на вечные муки в геенне огненной.

«Мир не кончается на этой пыльной дороге», — твердила себе Антония.

Она поняла, что так и не ответила Кассандре, и с трудом заставила себя разомкнуть губы.

— Да, он совершил подлость.

Вновь повисла гнетущая тишина.

Касси смущенно расправила складки на юбке.

— Маркиз вез меня домой.

Антония так сильно вздрогнула, что двуколка едва не скатилась на обочину. Пришлось подстегнуть лошадей, чтобы выровнять их бег.

— Что?

— Мы возвращались в Лондон, когда ты нас настигла.

Антония припомнила, что Рейнло действительно направлялся не в Гемпшир.

— Это еще не значит, что он не собирался на тебя напасть.

— Он не прикоснулся бы ко мне.

— Это он так утверждал.

— Я ему верю.

Касси вздернула подбородок. Лицо ее приняло знакомое упрямое выражение.

Антония недоверчиво изогнула брови.

— Этот человек мог тебя погубить.

— У него были на то причины.

— Вместо того чтобы оправдывать мерзавца, лучше поблагодари Всевышнего, что я вовремя тебя нашла, — гневно выпалила Антония.

— Ты слишком сердита, чтобы прислушаться к доводам рассудка, — невозмутимо возразила Касси.

Антония так яростно стиснула зубы, что послышался скрежет.

— Да, я с трудом сдерживаюсь. Мне хочется развернуть экипаж и всадить пулю в красавца маркиза.

— Он тебя любит.

У Антонии вырвался горький смешок. Ее руки с силой впились в вожжи.

— Не болтай глупости.

— Я думала… я думала, что лорд Рейнло — тот, кто тебе нужен.

Касси смешалась и отвела взгляд, словно призналась в чем-то постыдном.

Антония резко остановила кабриолет, натянув поводья.

— Что ты сказала?

Касси казалась смущенной и расстроенной.

— Он такой сильный, красивый и умный. Я не сомневаюсь, что между вами что-то есть. Я подумала, он сделает тебя счастливой.

Антония в замешательстве нахмурилась.

— Но он увивался за тобой. И ты его поощряла.

— Только потому, что, если бы я его осадила, у тебя не было бы повода разговаривать с ним.

Антония прерывисто вздохнула. Она сердилась на племянницу и осыпала проклятиями Рейнло за то, что тот обманул и предал ее, но больше всего гневалась на себя из-за того, что лишь от одного имени маркиза она приходила в трепет.

— Не знаю даже, с чего и начинать, Касси. Рейнло — гнусный распутник. Человек, как сегодня выяснилось, лишенный порядочности. Он…

— Он любит тебя.

Несмотря на душившую ее боль, Антония не смогла удержаться от смеха.

— О, как романтично.

Касси пожала плечами:

— И еще — Рейнло восхитительный мужчина.

— Он мерзавец.

— Возможно, поэтому он так притягателен. Но у тебя достаточно женственности, чтобы держать его в узде.

Касси не подозревала, что каждое ее слово ранит Антонию словно острый нож. Ведь девушка понятия не имела, какую глупость совершила ее компаньонка.

— Что за нелепость. Я жалкая старая дева, и ухаживания мне давно не по возрасту.

На этот раз рассмеялась Касси:

— Рейнло назвал тебя «любовь моя».

Будь проклят Рейнло и его несдержанный язык. Антония почувствовала, что краснеет, и понадеялась, что Касси примет ее смущение за гнев.

— Маркиз обращается так ко всем женщинам.

— Ко мне он так ни разу не обращался.

Антония прищелкнула языком, давая знак лошадям трогаться.

— Значит, ждал удобного случая.

Голос Касси упал до вкрадчивого шепота:

— Антония, я знаю, ты не хочешь рассказывать мне все. Да и зачем? Мне очень жаль, что лорд Рейнло разочаровал тебя.

«Разочаровал». Горькая ирония, заключенная в этом слове, наполнила сердце Антонии болью и сожалением. Что ж, можно было назвать и так мучительную агонию, сводившую ее с ума. Сердце неохотно отсчитывало удары, грозя затихнуть навсегда. Антония словно брела по бесконечному темному туннелю. Будущее казалось ей беспросветным. Вероломство Рейнло навсегда лишило ее радости жизни.

Уже сгустились сумерки, когда Антония подъехала к конюшне позади дома Демарестов. Она тотчас отправила слугу за Томасом и Беллой и приказала лакею вернуть Рейнло двуколку. Ее одолевало желание спалить дотла дорогой кабриолет, но Антония сдержала минутный порыв.

Касси заставила компаньонку выслушать все, что Рейнло рассказал о своей сестре. Охваченная смущением и гневом, племянница остро переживала подлый поступок отца.

Антония не желала верить словам Касси. Годфри Демарест пришел ей на помощь, когда она находилась в отчаянном положении. Этот человек приютил ее, дал ей убежище. Однако Антония слишком хорошо знала кузена, чтобы обманывать себя. Рейнло верно описал Демареста. Годфри был беспечным повесой, проводившим жизнь в погоне за удовольствиями. Он всегда с радостью предоставлял другим расхлебывать неприятные последствия своих безрассудных выходок. За десять лет Антония успела неплохо изучить характер Демареста. Она как никто другой знала все его недостатки.

Годфри мог быть добрым и великодушным, если это не отнимало у него времени и не требовало усилий. Но он вечно старался избежать ответственности, перекладывая ее на других. Антония не заблуждалась на его счет. Она знала, что Демарест ловелас, охочий до плотских утех. Его частые отлучки из Сомерсета объяснялись неуемной жаждой развлечений.

Он делал слабые попытки скрыть свою разгульную жизнь от дочери, но даже Касси понимала, что, уезжая из дома, отец пускается во все тяжкие.

Демарест соблазнил и бросил Элоизу двадцать лет назад. Если в зрелые годы, успев жениться и произвести на свет ребенка, Годфри не мог похвастать солидностью и благоразумием, то в юности он, должно быть, отличался бесшабашным и необузданным нравом.

Антонии не хотелось признавать, что Демарест сделал своей игрушкой Элоизу Чаллонер, а затем безжалостно погубил, однако в душе она не сомневалась: Рейнло не солгал. Ненависть к отцу Касси толкнула его на месть.

Страдания невинной Элоизы тронули сердце Антонии. Стоило ли удивляться, ведь она сама оказалась жертвой лжи молодого человека. Но, как она сказала на пыльной дороге в Гемпшир, низость Годфри Демареста не могла служить оправданием похитителю его дочери.

Теперь он для нее умер.

Умрет, как только она вырвет из сердца тоску по нему.

А что, если она носит в себе его ребенка?

Антония отмахнулась от тревожного вкрадчивого шепотка. Это просто невозможно. Она не забеременела, проведя месяц с Джонни Бентоном. Едва ли одна ночь в объятиях лорда Рейнло могла оказаться роковой.

Антония с Касси вошли в дом через сад.

— Мы с Брайдсонами собирались ехать в оперу, — безучастно произнесла Касси, шагая рядом с компаньонкой по темному холлу к главной лестнице.