Не пожелай зла - Лазарев Дмитрий Владимирович - Страница 91

Вероника улыбнулась.

Глава 54

СМЕРТЬ ПОДКРАЛАСЬ НЕЗАМЕТНО

Там же, 5 февраля 2009 г.

Жила поднес к глазам бинокль и выругался.

— Что там? — дернулся Крот.

— К нему прицепилась какая-то баба!

— Что они делают?

— Разговаривают. Кажется, это его знакомая. Ну как не вовремя, блин! Скоро Степанцов заявится.

Они следили за Игорем Логиновым с того самого момента, как он покинул убежище, и этот процесс успел им уже изрядно надоесть. Жила и Крот были людьми действия и терпеть не могли вести слежку. Тем более что уже полтора часа не происходило ничего интересного. Чертов колдун ходил кругами, ничего толком не предпринимая. Ладно, хоть наконец его принесло в окрестности предвыборного штаба Салькова. Хороший знак — похоже, он решил не выкобениваться, а сделать работу. И тут, как назло, эта блондинка, чтоб ей провалиться! Если она отвлечет колдуна…

— Что будем делать? — спросил Жила.

Крот хмыкнул:

— Подождем немного. Может, отвалит. Этот козел сам должен понимать, что жизнь его дружка висит на волоске. Ему сейчас не до амуров.

— А если она все-таки не отвалит? Может, пойти туда и…

— И что? Хочешь подставиться колдуну? У него и так плохое настроение.

— Он не посмеет атаковать нас!

— Уверен? — скривился Крот. — Для босса он очень ценен, так что, если этот тип выполнит задание, думаю, ему простят даже наши трупы. Доходчиво объясняю?

Жила нервно сглотнул:

— Но надо же что-то делать!

— Если через десять минут она не отстанет от него, звякнем колдуну на сотовый и намекнем, чтоб не борзел. Все лучше, чем лично на рожон лезть. Авось через мобилу он нас не достанет.

Крот вытер пот со лба. Самочувствие у него было довольно-таки поганое — тошнило, болела голова, регулярно выступала испарина. Странно как-то: с утра все было нормально. Все эти гадости начались несколько минут назад. С чего бы?

— Твою мать! — Яростный возглас Жилы оторвал его напарника от размышлений о собственном здоровье.

— Что еще? — раздраженно спросил Крот.

— Они выходят! Вместе! Эта сучка его куда-то потащила!

Теперь Крот мог наблюдать эту картину и невооруженным глазом. Похоже, благоразумие Логинову все-таки отказало.

— Звони этому ублюдку, Крот! Так дело не пойдет! — надрывался Жила.

Тот хотел было огрызнуться и предложить нервному напарнику звонить самому, но осекся. Ситуация действительно складывалась неожиданно и неприятно, а старшим в их паре был именно он. Так что, как ни крути, звонить придется ему. Вполголоса выругавшись, он потянул из кармана сотовый.

Но в этот момент на него накатил такой приступ слабости и дурноты, что аж в глазах потемнело. Мобильник выскользнул из разжавшихся пальцев и упал на пол. Крот хотел наклониться за ним, но тут ему стало совсем плохо, и он откинулся на спинку сиденья, отчаянно борясь с беспамятством, но проигрывая борьбу.

— Э, Крот, ты чего?! — перепугался Жила, обалдело глядя на бледного как полотно напарника.

Но через секунду накрыло и его. Два человека полулежали на переднем сиденье стоявшего в переулке сиреневого «ауди», и жизнь медленно утекала из их тел. Даже если бы кто-то из прохожих обратил внимание на сам этот факт, он никоим образом не связал бы его с высоким молодым человеком, который, стоя на углу у светофора, пристально наблюдал за машиной и ее пассажирами. И уж подавно никто не заметил того, что несколько минут назад цвет глаз молодого человека сменился с карего на серебристо-серый.

Ислам Корбаев был профессионалом слежки, а потому испытывал к тем двум «быкам», которые ездили за Логиновым на машине, глубочайшее презрение. Они принадлежали к низшему, уголовному слою организации Шести, а следовательно, были просто расходным материалом. Ислам был глубоко убежден, что блатным нельзя поручать ни одного мало-мальски серьезного дела, требующего работы головой. Их профиль — примитивные и грубые силовые акции. Для этого, собственно, они тут и были: с их топорной слежкой даже такой дилетант, как Логинов, наверняка уже их заметил. «Быки» были средством показать ему: «Ты под колпаком, так что не рыпайся, а занимайся порученным делом!» — и заодно отвлечь от других, истинных наблюдателей.

Их было двое: Ислам и Оксана Тищенко. Они вели объект попеременно, чтобы не примелькаться ему. Корбаев подозревал, что имелся еще и «чистильщик» — страховочный вариант на тот случай, если что-то пойдет не так. Но его в такие детали не посвящали. Оно и верно: солдат, конечно, должен знать свой маневр, но прочая информация об операции лишь засоряет ему мозги и в случае попадания в плен увеличивает риск раскрытия всего плана.

Смена Ислама началась лишь полчаса назад, незадолго до того как Логинов зашел в супермаркет. Его метод наблюдения за предвыборным штабом был достаточно примитивным, но что возьмешь с любителя? Конечно, окажись в охране Салькова настоящие профессионалы, его бы раскрыли в два счета, но, к счастью, таковых там не имелось, так что не было и видимых препятствий к исполнению колдуном своей миссии. По крайней мере, до появления там этой молодой женщины.

Она отвлекала объект и могла создать проблему, но предпринимать что-либо по этому поводу не входило в полномочия Ислама. Для этого были «быки» и, на крайний случай, «чистильщик». Увидев ее, Ислам немедленно сообщил об этом координатору операции и вошел в супермаркет. Он двинулся между рядами бакалеи и кондитерских изделий, время от времени бросая рассеянные взгляды по сторонам и как бы случайно натыкаясь ими на разговаривающую парочку.

В этот час в магазине было не слишком много посетителей, так что в своем ряду Ислам оказался практически в одиночестве. Это было не слишком хорошо — так легко засветиться, и он решил через пару минут сменить дислокацию. Естественно, появление в том же ряду женщины лет тридцати пяти не осталось для него незамеченным. Окинув ее взглядом, Ислам успокоился: типичная деловито-целеустремленная домохозяйка, решившая пополнить свой запас круп. Она находилась в противоположном конце ряда и к Исламу не проявляла абсолютно никакого интереса.

Накативший приступ слабости застал Корбаева врасплох. Колени внезапно подогнулись, а перед глазами поплыли цветные круги. Пока он терялся в догадках по поводу причин этого странного недомогания и боролся с дурнотой, Логинов и говорившая с ним блондинка направились к выходу. Об этом следовало сообщить, так как на профессионализм «быков» особенно рассчитывать не приходилось, но Ислам вдруг обнаружил, что не может поднять руку. Обе они налились тяжестью и висели как плети. Жуткая навалившаяся усталость пригибала к земле. В ней было что-то ненормальное. Корбаев бросил взгляд на женщину в дальнем конце ряда и обнаружил, что ее серые глаза буквально впиваются в него пристальным взглядом. И в этот самый момент Ислам почему-то абсолютно твердо уверился в том, что она и является причиной его плохого самочувствия. Если есть один колдун, почему бы не быть и второму? И эта вторая пришла на помощь своему собрату. Но тут нахлынувшая темнота затопила сознание Ислама, и он уже не почувствовал, как упал на пол.

«Чистильщик» выбрал себе место на противоположной от супермаркета стороне улицы. Эта точка — чердак четырехэтажного дома — была выбрана им заблаговременно, как только ему сообщили, что «работать» Степанцова колдун будет, скорее всего, в предвыборном штабе. Место для наблюдения за исполнителем было идеальным: отсюда открывался превосходный обзор противоположной от штаба Салькова стороны улицы. Вскрыть замок двери на чердак для него, профессионала, не составило ни малейшего труда. Здесь он и расположился со своей любимой СВД, [3]через оптический прицел которой наблюдал сейчас за колдуном. У «чистильщика» был приказ убить Логинова, если что-то пойдет вразрез с планами босса.

Впрочем, принятие решения о выстреле находилось за пределами его компетенции. Босс постоянно получал информацию от группы наружного наблюдения, и команду действовать «чистильщику» мог дать только он.