Недалеко от Земли - Караваев Роман - Страница 33

– Не как-нибудь, – Тернер развернул плечи и гордо вскинул голову, – а с блеском! Не зря ведь я побеждал в конкурсах!

– Потому, потому что мы – пилоты, – почти безмолвно пропел Седых, но, тем не менее, был услышан.

– Вот именно! – сказал Дорин. – База – наш родимый дом.

– Ау, стратеги! – окликнул их Хромов, бесцеремонно встревая в разговор. – А если они не выйдут на связь? Ну, мало ли… Как группа Ли, например?

– Нет, – жестко произнес Кобыш. – Это вряд ли. Редфорд, наверняка, останется на Базе, чтобы контролировать операцию, а его ударные силы без команды и шагу не ступят. Так что их контакт будет постоянным и стопроцентным.

– Тогда – ой! – подвел черту Дорин, и на пластике стола перед Тернером возникло завораживающее дизайном чудо технической мысли – ноутбук, используемый исключительно спецслужбами и не выпускаемый серийно по той же причине. На крышке его нежно отсвечивала высокомерная надпись «Супер».

Брюс откинул дисплей, нажал кнопку «Пуск» и сходу зашелестел клавиатурой, потом привалился плечом к спинке стула и восхищенно поцокал языком.

– Годится! – только и сказал он, но глаза его при этом ликующе заблестели. – Теперь давай линию.

– Как? – спросил Раф. – Подскажи.

– Стоп! – Седых щелкнул пальцами. – У вас, ребята, и впрямь мозги набекрень! Зачем все эти технические навороты? Подскажите мне, темному, откуда, по-вашему, Редфорд станет наблюдать за своими отмороженными соколами и где устроит командный пункт?

– В директорском кабинете. Где же еще? – Кобыш недоуменно посмотрел на Женю. – Вряд ли он выберет центр управления. Там операторы, они его будут стеснять. А у Штейнберга в самый раз. У него же прямой доступ к аппаратуре диспетчерской. Сам Бог велел! А в чем дело?

– Не догадываешься, командир? Я же могу демонстрировать вам панораму всего генрихового гнезда хоть до второго пришествия!

– Ну, конечно! – Кобыш хлопнул себя рукой по лбу. – А я-то никак не мог сообразить, что же мы упустили. Вот что значит свежий взгляд на проблему! Молодец Женя!

– Да ладно! – скромно потупился Седых. – Не переживайте сильно, ребята. Обычная упертость мысли, свойственная детям машинной цивилизации. А у меня восточный взгляд на вещи и он основан исключительно на уверенности в собственных силах, не предполагающих внешней помощи…

– Не надо пользоваться моментом, – прервал его Дорин. – Ты лучше картинку давай.

Русский капитан жестом бывалого фокусника произвел несколько пассов, и перед замершими пилотами на месте дверного проема образовалось отчетливое изображение штейнбергова кабинета. Иллюзия была настолько полной, будто они находились внутри и могли легко коснуться развалившегося в кресле Редфорда или самого шефа, сгорбившегося за директорским столом. Еще они успели захватить самый конец разговора.

– Вот так, – проговорил Седых, убирая окно в мир высокого начальства. – Кино окончено. Вторая серия через три часа.

– Будем ждать, – вздохнул Кобыш и вытянул ноги. – Если появятся еще идеи, прошу не стесняться.

Минуты две стояла полная тишина, потом разговоры между испытателями вяло возобновились, перескакивая с одной детали на другую, но твердо придерживаясь основной темы.

– Интересно, – глядя в потолок, размышлял Хромов, – а приборы наведения они тоже привезли с собой? И как они их собираются монтировать?

– А зачем им наведение? – отвечал ему Клеменс. – Развернут модуль носом к Сфере и пальнут. По такой цели и сослепу не промахнешься.

– Как по-твоему, командир, – Седых теперь сидел рядом с Кобышем, – Мрачный и сослуживцы Джека пойдут к Сфере одни или прихватят с собой физика для страховки?

– Они пойдут полной обоймой, – голос Дмитрия выражал непоколебимую уверенность, потому что есть опыт группы Ли. И он, если не ошибаюсь, принес самые плодотворные результаты.

– Откуда это известно?

– Интуиция подсказывает, – желчно усмехнулся полковник. – Иначе здесь не появилась бы инспекционная группа. Так быстро и в таком составе.

– Слушайте, – Дорину, видимо, надоело подпирать стену, – может, разойдемся пока по каютам. Тесно же и дискомфорт полный. А к началу редфордовского штурма опять соберемся. А?

– Да, – сказал Кобыш, – Раф абсолютно прав. Давайте-ка, действительно, по домам. Надоесть друг другу мы всегда успеем. Как только у конкурентов будет все готово, Женя нам свистнет.

Когда Хоскинс удалился, едва выдавив из себя пару фраз, Джерри Слоун неторопливо осмотрел свое новое обиталище, распаковал и разложил вещи, попробовал на упругость матрац верхней кровати (он всегда любил второй ярус) и, наконец, присел к столу, аккуратно водрузив на него объемистый пакет из желтого пластика. «Послал же Бог соседа, – подумал он. – И поговорить-то толком не с кем. Тони, конечно, лучший специалист Комитета по нештатным ситуациям, и выбор этот оправдан на двести процентов, но делить с ним каюту не очень приятно. Может, кому-то и понравился бы такой напарник, а мне нет. Я – существо общительное и люблю компанию, из этого же слова не вытянешь. Не человек – призрак, вечно остывающий след только что бывшего здесь, но мгновенно испарившегося партнера. Впрочем, на мое счастье, времени для разговоров просто так почти не будет».

Джерри вздохнул, отстегнул клапан пакета и извлек наружу свой персональный компьютер, более похожий на обычную тонкую папку для бумаг. Огладив пальцами серебристую поверхность, он откинул крышку и вывел на дисплей полученную аналитиками Комитета информацию об изменении психодинамических характеристик испытателей. Еще раз медленно перечитал уже хорошо знакомые ему блоки сведений. Помотал головой, словно отгоняя наваждение. «Ну и что? – Джерри недоуменно скривился. – Такие показатели ровным счетом ни о чем не говорят. В смысле, не говорят о том, что на астронавтов было оказано направленное воздействие. Кем-то и с какой-то целью… С таким же успехом можно считать, что все изменения вызваны экстремальными для человеческой психики условиями внепространственного перехода. А внешняя моторика… что ж, за время сотрудничества с НАСА я еще и не такого навидался. Надо будет, конечно, проверить их на полиграфе. По тридцати двум параметрам… Все-таки приказ есть приказ. А что? Даже интересно, как поведет себя их организм при тестировании. После таких-то совершенно нечеловеческих способов передвижения. Сначала задавать стандартные вопросы… расслабляющие, так сказать… о доме, о детстве, о родителях… в общем, о знакомых вещах, вызывающих положительные реакции… А потом вставить пару неожиданных вопросов, касающихся их недавних упражнений в космосе… Больше не надо, потому что будут ждать подвоха, будут готовиться дать правильный ответ… А они парни тренированные… даже слишком тренированные… Такая методика, конечно, не панацея, но может сработать, и что-нибудь да всплывет на поверхность. Больше, пожалуй, ничего и не придумаешь, кроме обычного наблюдения за объектом в его привычных условиях и нечувствительных попыток выудить информацию при обычных разговорах на отвлеченные темы. Лучше бы такие беседы проводить индивидуально, но это вряд ли получится. Они будут стараться держаться вместе, подстраховывая друг друга, а в группе работать сложнее. К тому же, если допустить, что воздействие все-таки было… ну, вдруг… чем черт не шутит… тогда все мои старания вообще приведут к нулевому результату… Не хотелось бы. Поэтому оставим сомнения и приступим к созидательной деятельности. Где у меня тут тестовые таблицы? – Джерри начал просматривать файлы. – Сейчас я их несколько видоизменю и приспособлю для успешного завершения миссии. Миссия должна быть завершена успешно! Профи я или нет? Кстати, скоро у них тут обеденное время. Неплохой вариант для завязывания отношений…»

6

Прошло три часа по бортовому времени, и полковник Редфорд вновь оказался в кабинете Штейнберга. За это время он успел поприсутствовать на модернизации модуля, поделившись с Хоскинсом некоторыми своими мыслями, переговорить с Мартином и Эшем о предстоящей экспедиции к Сфере, проверить готовность к выполнению задания Тейлора и Лемана, обсудить со Слоуном тонкости грядущих психологических этюдов, а также привести в соответствие со своим мнение русского наблюдателя Докучаева. Проделанной работой он остался вполне доволен, если об этом вообще можно было говорить в подобной ситуации. Теперь же, снова оказавшись в уютном гостевом кресле директорской резиденции, он позволил себе маленькую вольность – опять закурил сигару.