Erratum (Ошибка) (СИ) - Доминга Дылда - Страница 72

   - Спасибо, - сказала она, вновь глядя куда-то в даль моря, - но если я вернусь, я предам его. Поэтому я откажусь.

   - Как хочешь, - он поднялся и бросил на Грерию прощальный взгляд. - Мне пора. Удачи тебе, Грерия.

   И едва он успел произнести свои последние слова, как их обоих залило белоснежным светом, и Ник ощутил себя абсолютно скованным и неспособным пошевелиться в этой уникальной световой ловушке. Должно быть, над нею потрудился не один десяток ангелов и херувимов. Он пытался собрать всю свою силу, но ее было недостаточно в той человеческой форме, в которой он явился на поверхность, чтобы быть незаметным и не привлекать к себе избыточного внимания. Лицо и фигура Грерии растворились в свету, и он понятия не имел, ни где она, ни что с ней. Но злость, подымающаяся изнутри, говорила, что его обвели вокруг пальца, и подлая старая ведьма не оставила своих старых замашек, и стала всего лишь приманкой в идеально спланированной игре. И Нитра - еще одно звено мозаики, Ник застонал от злости и разочарования, ему непозволительно было так глупо попасться, пусть даже они и воспользовались для этого одним из его самых уязвимых мест - его приближенным.

   - Прости, - услышал он невдалеке голос Грерии, - но Самаэля больше нет, и виной тому ты, ты причинил мне и многим другим столько горя и бед. Я до последнего не верила в то, что ты придешь. Я говорила Нитре, что тебе плевать на Самаэля, и насчет этого мне действительно жаль, я не думала, что ты способен хоть кого-то любить.

   - Достаточно, вы свободны, - произнес бесстрастный голос, и Ник не сомневался, что он принадлежит кому-то из судей. Но он уже едва ли вслушивался в суть сказанного, так как сосредоточился на обдумывании того, каким образом ему освободиться.

   Грерия пошла прочь, предоставив светлым дальше разбираться с Абой. Она не очень хотела участвовать в предприятии Нитры, когда та впервые предложила ей устроить Нику западню. Но когда ведьма рассказала ей о том, кто был автором случившейся катастрофы, она согласилась без малейших колебаний. Это были не просто демоны, решившие подкормиться человеческими смертями, нет, это была его воля, его приказ, следуя которому они устроили аварию и тем самым уничтожили единственного, кого она любила.

   Лили рассматривала обложки книг, стоящих на полках в кабинете Ника. Калеб пропускал ее без проблем даже в его отсутствие. Если бы хозяин и возражал, с этой проблемой он разбирался бы лично. Лили не видела его уже некоторое время, а это означало, что ей самой пришлось искать ответы на вопросы, зародившиеся в ее голове после визита херувима. Лили вытащила одну книгу с полки, но та оказалась куда более увесистой, чем она могла предположить, и книга едва не рухнула на пол. Она подхватила ее обеими руками и с трудом водрузила на место. Что она искала здесь? Она едва ли могла бы ответить. Очередная книга замерла у нее в руках, когда она присела за его стол, но глаза не вникали в раскрытый перед ними текст. Лили думала о словах херувима, о жерновах судьбы и о том, кем же она была на самом деле. Почему не прыгнула тогда вовремя, что ей помешало: может, чрезмерная трусость? Лили с раздражением захлопнула книгу и чихнула от поднявшейся в воздух пыли.

   Что она делала в слоях, почему они говорили, что она создала брешь? Она помнила лица, месиво тел, иногда отдельные личности, чем-то запомнившиеся ей, а в основном, демонов и массы людей: руки, ноги, туловища. Но она никогда не презирала их и не ненавидела скорее оттого, что ей всегда казалось, что она не лучше их, и так или иначе могла бы оказаться на их месте. Она никогда не лезла по головам, чтобы за счет жизней других выбраться, нет, она добровольно шла на дно. Она словно говорила миру: ты хочешь, чтобы я убивала, чтобы выжить? Я не стану, я предпочту погибнуть. Тем она отличалась ото всех остальных, она словно не участвовала в их игре, не подчинялась правилам, и летела, летела дальше вниз, пока глубже лететь стало некуда. Именно так она добралась до дна, очень быстро, даже слишком. Но то недоумение, что она вызывала в слоях своим поведением, та аномалия, которую она рождала вокруг себя, позволяла свету проникнуть в толщи ада. Лили тяжело вздохнула, потому что она вдруг задумалась о том, не стала ли бы она такой же аномалией для света, взойди она на небеса.

   Дверь в кабинет открылась, и к своему удивлению она увидела на пороге не Ника, а одну из ведьм, что так часто насмехались над ней.

   - Вот и наша принцесса, - язвительно произнесла рыжеволосая, появившаяся в проеме следом за подругой. - Ну что, закончилось твое время, - засмеялась она.

   - Что вам нужно? - спросила Лили, подымаясь.

   - Сядь, - тяжелым, как могильная плита, голосом велела ей первая ведьма. - Можешь забыть о своей власти здесь. Больше тебе никто не поможет.

   - О чем вы? - Лили и не собиралась садиться, и лишь осторожно обошла стол справа.

   - Давай просто развеем ее по ветру, - предложила рыжеволосая и снова залилась нездоровым смехом. - Пусть сдохнет.

   - Она нам может еще пригодиться, - бросила ей через плечо темная ведьма.

   И тут в окне, рядом с которым она оказалась, Лили заметила промелькнувшее черное крыло с багровым отливом, и знакомый голос прокричал ей: - прыгай! Не успел погаснуть в воздухе последний слог, как Лили в мгновение ока оказалась за окном, и сильная спина с мерно машущими по бокам крыльями подхватила ее и понесла прочь.

   Ведьмы так и остались стоять с раскрытыми ртами, не в силах поверить в произошедшее. Все случилось настолько быстро, что когда они пришли в себя, Лили и след простыл.

   - Ты же говорила, что у нее не осталось приверженцев, после того, как Рамуэль перешел на нашу сторону? - Закричала рыжая.

   - Мы недооценили ее, - мрачно произнесла темная, и направилась вон из покоев Абы. - Нужно доложить об этом Нитре, пока не поздно.

   В чем-то его крылья напоминали крылья Рамуэля, только они были теплее, словно в них было больше жизни. Лететь над землей с очагами лавы и черными мостами было уже почти привычно для Лили.

   - Спасибо, Петра, - произнесла она, - но как ты узнал и так вовремя?

   - Я едва не опоздал, - отозвался он, - ты знаешь: я теперь веду кое-какие дела с обитателями этого мира, не без того. И как только я понял, что замышляют ведьмы, я помчался к дому, и молил всевышнего, чтобы найти тебя вовремя.

   - У тебя вышло, - пробормотала Лили, вспоминая ненавидящие взгляды ведьм. - Что я им сделала? - Спросила она каменное небо у себя над головой.

   - Дело не только в ведьмах, - произнес Петра, заворачивая круг и опускаясь на камни у входа в колодец душ. - Это переворот.

   - Какой переворот, зачем? И где же Ник? - Лили глядела на него недоуменно.

   - Ты такое дитя, Лили, - усмехнулся он. - Это не первый, и не последний переворот в аду. Всегда находился кто-то или целые виды, которые решались бросить вызов Абе. Его власть зиждется на тоннах костей и крови. Ему постоянно приходится доказывать свое право на престол - таковы уж его подчиненные.

   - Но что с ним, где он? - Теперь она уже не на шутку волновалась.

   - Понятия не имею, - честно ответил Петра. - Все, что я узнал - это то, что ведьмы решили захватить власть, и увы, я знаю, что Рамуэль на их стороне.

   - Но зачем ему это? Он никогда не был особо близок с ведьмами.

   - Он будет их новым королем, если они возьмут верх. - Ответил Петра.

   - Рамуэль? - Лили не могла поверить.

   - Да, мне самому верится с трудом.

   - Что мы здесь делаем? - Лили посмотрела вверх на отверстие колодца. - Ты предлагаешь бежать?

   - Это самое умное, что можно сейчас сделать. - Ответил Петра, пробегая взглядом по стенам колодца. - Правда, я не знаю, как скрыть тебя от демонов.

   - Меня незачем скрывать, - произнесла Лили и опустила взгляд, потому что это было равносильно тому, как ему в свое время признаться в том, что у него отросли черные крылья.