Путь Знахаря - Хожина Татьяна - Страница 177

— Правительство, Мировой Совет. А на местах есть свои Советы локальных сообществ. Но теперь вся эта правящая элита стала совсем другой. Человечной, что ли. Привилегий у них теперь не особо, а работы много. И чтобы туда попасть, надо несколько лет отработать на общественной работе. В госпиталях, полиции, социальных службах. Чтобы быть ближе к народу и чувствовать его нужды. Приведу пример — после того глобального финансового кризиса всех чиновников переселили в среднестатистическое жилье по реальным среднестатистическим квадратным метрам на человека. И не на бумаге средним, а реально. И жилищная политика сразу улучшилась! То же произошло с общественным транспортом и созданием новых дорог после того, как у слуг народа отобрали их машины с водителями!

Ну а помимо создания и внедрения всеобщей идеологии, для злостных нарушителей закона существует система ЗАО. Закрытых комплексов, где обучают, воспитывают, создают все условия для саморазвития. Как ни удивительно, многие просто не понимают, зачем нужно соблюдать закон. А бывает, и уровень осознанности у них низкий. Сделал такой индивидуум что — нибудь и когда его потом спрашивают: «Зачем?», отвечает: «Не знаю, захотелось». То есть вроде как тело взрослое, а мозги детские. Таких в ЗАО воспитывают, учат получать удовлетворение и удовольствие от какой — нибудь полезной работы. Многие потом прекрасными специалистами становятся.

— Мне кажется, все же главное воспитывать душу. Ведь любое действие идет из сердца через мысли.

— Да, это проблема. Но помимо всего прочего у нас есть новейшие методы психокоррекции. Иногда после курса человека совсем не узнать.

Знахарь покачал головой — все же на его взгляд это было насилием. Изменения здесь насаждались принудительно, а значит, человек-то оставался таким же, просто его впихивали в удобные для большинства рамки, и он вел себя правильно. Но уровень осознанности-то оставался прежним! Все это было не более чем благопристойным фасадом, поскольку если сам человек не будет сознательно растить свою душу, она так и останется маленькой.

Кроме того, действия земных властей основывались все — таки на парадигме манипулирования, а не влияния. Последняя использовалась на том же Ирее, воспоминания о котором были еще свежи. И разница подходов была очевидна. В парадигме манипулирования исход спорной ситуации, как правило, выражается в форме конфликта и чаще всего оказывается нежелательным для объекта влияния. При этом неугодная субъекту влияния информация утаивается и объекту влияния не предоставляется возможности свободного выбора. При подходе же влияния, а не манипулирования, при возникновении спорной ситуации учитывается согласие или его отсутствие на те или иные действия у объекта влияния, ему предоставляется полная информация и дается свобода выбора.

А Трофимов, не заметив ни движения Дмитрия, ни его задумчивости, увлекшись, продолжал развивать тему:

— В ЗАО весьма неплохие условия, люди получают образование, трудятся, развиваются. Ограничиваются лишь их передвижения и некоторые права. Они не могут покидать ЗАО и участвовать в выборах. Нет и такого понятия, как амнистия. Теперь досрочно никто выйти не может. Это тоже включено в систему воспитания — за свои поступки надо отвечать в полной мере. Нанес обществу урон — отвечай по закону и без всяких поблажек. Это дисциплинирует. Многие, зная, что за несколько минут сомнительного удовольствия они могут заплатить несколькими годами жизни, задумываются, а стоит ли оно этого. Сейчас с Глобальной Системой Слежения (ГСС) и новейшими методами криминалистики раскрываемость почти 100%, так что сомневаться в том, что заплатить придется, не приходиться. И срока давности на многие преступления нет. А вообще, преступность проблема двухсторонняя. С одной стороны недочеты государства, с другой стороны отдельные люди — преступники. Государство активно исправляет свои огрехи. А то раньше бывало, что закон использовался исключительно как инструмент давления. На бизнес, например. Даже хочешь сделать все по — честному, но чиновники и инстанции тебя так заедят, что проще закон обойти. Теперь этого нет.

— Но люди то, склонные нарушать устои общества, никуда же не делись.

— Ну а вот людей воспитываем и, если надо, изолируем. Большинство, выходя потом на свободу, становятся полноценными членами общества и к старому уже не возвращаются.

— А общество их принимает?

— Ну, хм,.. — замялся Трофимов. — В общем, да, хотя некое предубеждение все же есть. Но если человек делами доказывает свое намерение быть нормальным, со временем подозрения пропадают. Мы, увы, в большинстве своем не эмпаты и не можем почувствовать, что у него на уме. Вот ты, например, будь Катя не паранорм и специально обученный сотрудник FIB, позволил бы ей остаться наедине с бывшим убийцей — маньяком?! Вот видишь, сложный вопрос. Ну а с другой стороны, нарушая закон, человек должен знать, что его ждет. Это как пятно, смыть которое довольно трудно. И одно дело по глупости и неосознанности закон нарушить, и совсем другое, когда по холодному расчету. Ну а если человек упорно продолжает делать зло, его изолируют навсегда. И запрещают иметь детей, чтобы это не вылезло где — нибудь в будущих поколениях его потомков.

— Но хитрых и расчетливых поймать трудно.

— У нас последнее время стало довольно много паронормов. И с ноосферой они тоже работать умеют. Может не так хорошо, как ты, но умеют. Да и технические средства ГСС впечатляют. Кроме того, как говорил один древний деятель, «можно постоянно обманывать одного или один раз обмануть многих, но нельзя обманывать многих постоянно».

И вообще — что мы все о разных отщепенцах беседуем. Они сами выбрали свою жизнь. Ты лучше вон на что посмотри, — прогрессор снизил высоту полета и сбросил скорость. Из — за облаков показались острова и материковая часть. — Раньше это был очень сейсмоопасный район. Землетрясения, цунами, тайфуны, а с ними сильнейшие разрушения, человеческие жертвы и последующие эпидемии. Теперь же тут жить абсолютно безопасно, все напряжения в коре разряжаются заранее. И часто для этого используются ГеоЭнергетические Станции — ГеоЭС сокращенно.

— Это похоже на методики Ирея.

— Да, ты прав, об этом наши спецы задумались сразу после того, как смогли хоть немного разобраться с тем, какие технологии используют ирейцы. Но в сопоставимых периодах развития они додумались до этого раньше нас. Причем намного. Да уж, в этом смысле сотрудничество со своими планетарными Сверхразумами очень выгодно.

— Дело не только в этом, — ответил знахарь. — Я же уже говорил, что на всех посещенных нами планетах у их жителей не было гордыни и порождаемых ею зависти, жадности, стремления возвыситься и паразитировать на других. Поэтому у них не было, как у вас на Земле, нефтяных, энергетических и строительных компаний — монстров, которые зажимали и клали под сукно любые изобретения, которые позволили бы добывать дешевую энергию, причем делая это на компактных установках, доступных каждой семье, создавать более эффективные и при этом также менее дорогие виды топлив и двигателей или реализовать технологии строительства, которые позволяют возводить дома гораздо менее затратно. Так что, конечно, осознанный доступ каждого жителя планеты к ноосфере — это существенное преимущество, но не только это дало возможность тем же ирейцам совершить такой прорыв. Эмпатия и отсутствие конкуренции, а также бессознательных и потому плохо контролируемых мотивов поведения дает преимущества не меньшие, если не большие. Хотя, впрочем, все эти вещи весьма тесно связаны с возможностью осознанного контакта с глубинными слоями Бытия. Так что все цепляется одно за другое и все есть одно!

— Ну ты как обычно — завернешь, так завернешь, — пробурчал Трофимов, несколько обиженный тем, что сказал Дмитрий. Хотя внутри он и осознавал, что друг прав, но признаваться даже самому себе в том, что земляне выглядят существами гораздо более агрессивными и жадными, чем жители целого ряда других планет, было неприятно.