Бегство Джейн - Филдинг Джой - Страница 47

— Но я не хочу спать. — Глаза Джейн закрылись, и она уже не была уверена, что ей действительно удалось что-то произнести.

Она проснулась от звона разбившейся тарелки.

— Боже, прошу прощения, доктор Уиттекер. Я заменю тарелку.

— Да не волнуйтесь вы так. Ведь это же всего-навсего тарелка. Вы не поранились?

— Нет, нет, все нормально. Подождите, я сейчас все приберу.

Джейн усилием воли заставила себя встать с постели и подойти к выходу на лестницу. Она испытывала ставшую уже привычной тошноту. Джейн с усилием прислушалась, чтобы уловить содержание разговора и понять, о чем идет речь.

— Не знаю, что со мной сегодня происходит, все сыплется у меня из рук. Наверное, я просто устала.

— Я думаю, что нелегко ухаживать за такой больной, как моя жена.

— Да нет, дело совсем не в миссис Уиттекер.

Джейн представила себе, как Майкл в знак заинтересованности и сочувствия приподнял брови.

— Меня замучили ночные кошмары моей дочери и вечные придирки матери. Из-за них мне почти не приходится отдыхать.

— Если хотите, давайте поговорим об этом.

— Думаю, что у вас своих проблем хватает, чтобы заниматься еще и моими неприятностями.

— Так вот и расскажите мне о них. Тарелки можете на несколько минут отложить в сторону.

Джейн представила, как он подвигает Пауле стул.

Джейн подавила в себе желание лечь на ковер и уснуть. Но она не могла позволить себе прилечь даже на минутку. Она бы уснула мгновенно. Ей нужен был телефон. Ей нужно позвонить брату в Сан-Диего. Ей надо сделать это сейчас, пока Майкл разбирается в проблемах Паулы. Ей надо успеть, пока они не пришли делать ей следующий укол.

Держась за перила лестницы, она потащилась в кабинет Майкла. В дверях она задержалась, решая, что менее рискованно — закрыть дверь или оставить ее открытой. Если она закроет дверь, то ее не смогут подслушать, но тогда она не услышит, как они будут подниматься по лестнице. Она решила оставить дверь открытой.

Джейн села за стол Майкла и протянула руку к телефону. Ей казалось, что каждый шорох тысячекратно усиливается и звучит, как раскат грома. Она изо всех сил прижала трубку к уху. Гудок оглушил ее. Она была уверена, что такой громкий гудок непременно слышен на кухне. Она прижала трубку к груди и с замиранием сердца ждала, что на лестнице вот-вот раздадутся шаги. Но она ничего не услышала. Пальцы плохо слушались ее, она с трудом понимала, зачем звонит, но все-таки набрала 411.

— Какой город вам нужен? — Женский голос на другом конце линии показался ей неимоверно громким. Джейн покрепче прижала трубку к уху. Ни один звук не должен выскользнуть наружу.

Сама она говорила почти шепотом.

— Мне нужен номер Томми Лоуренса в Сан-Диего.

— Простите, я не слышу вас. Говорите громче!

Джейн, словно в молитве, склонила голову к груди и проговорила в самую трубку:

— Мне нужен номер Томми Лоуренса в Сан-Диего.

— Сан-Диего? Вы сказали, Сан-Диего?

— Да. — «Да, черт бы вас побрал!»

— Вам надо набрать номер оператора междугородной связи.

— Как это сделать? — Она почти беззвучно выдохнула эти слова.

— Один-два-один-три-пять-пять-пять-один-два-один-два, — сказала телефонистка и отключилась.

Джейн нажала на рычаг, вновь зазвучал длинный гудок. Она набрала нужный номер.

— Оператор. Какой город вам нужен?

— Сан-Диего. — Джейн казалось, что ее слова гулко разносятся по кабинету.

— Да?

— Мне нужен номер Томми Лоуренса.

— Адрес?

— Я не знаю.

— Пожалуйста, подождите минуту.

«Быстрее. Пожалуйста, быстрее», — молча молила Джейн.

— Вот список: Томас Лоуренс — Саут-Кантри-роуд, сто семьдесят пять, и Том Лоуренс — Монтгомери-стрит, тысяча восемьсот. Какой из них вам нужен?

— Не знаю.

Боже мой, я же действительно не знаю! «Думай, — произнес внутренний голос. — Попробуй вспомнить адрес, ведь он записан в твоей записной книжке. Попытайся представить себе это имя на ее странице».

Она закрыла глаза, затаила дыхание и стала вспоминать, мысленно переворачивая страницу за страницей. Вот она увидела имя брата, прямо под ним записан адрес. «Нет, не вижу».

— Не слышу вас.

— Монтгомери-стрит, тысяча восемьсот! — Крик вырвался у нее невольно. — Думаю, что Монтгомери-стрит, тысяча восемьсот.

Но оператор уже отключился. Равнодушный автоматический голос магнитофона проговорил номер телефона. Джейн торопливо, чтобы не забыть, записала его, напряженно оглядываясь на дверь. Снизу доносился громкий смех. «Смейтесь, — подумала она. — Смейтесь громче, чтобы я могла вас слышать».

Джейн набрала номер, потом вспомнила, что забыла про код города, и начала сначала. Ей отчаянно хотелось уронить голову на стол. Она чувствовала, что ей надо хотя бы несколько секунд поспать. Голова ее начала медленно клониться к столу, но тут она увидела свое отражение в экране компьютера.

Женщина, которая смотрела на нее сквозь полуприкрытые веки, была лишь отдаленно похожа на человека. Черты серого лица до неузнаваемости искажены. Неужели это та самая женщина, которая когда-то взглянула на нее из зеркала в туалете мелочной лавки на Чарльз-стрит? Та самая женщина с игривым хвостиком, которую хозяин назвал «смазливой мордашкой»? «Боже, что они со мной сделали?» — Она попыталась выпрямиться.

Гудки оборвались и женский голос сказал:

— Хэлло!

— Хэлло! — ответила Джейн, прикрыв рот рукой. — Хэлло, кто это?

— Коль уж вы звоните, то не мешало бы вам представиться первой, — ответила женщина.

— Это Джейн.

— Кто? Я вас почти не слышу.

— Джейн, — повторила она громче.

— Джейн? Сестра Томми?

— Да. — Она заплакала.

— Мой Бог! Я тебя не узнала! Ты не простудилась?

— Да, я не очень хорошо себя чувствую, — начала Джейн. Должно быть, это жена Томми, Элеонор.

— Голос у тебя просто ужасный. У тебя грипп?

— Нет, какой-то таинственный вирус. — Джейн чувствовала, что ее душа уходит в пятки. — Как твои мальчики?

— Да как всегда. Джереми только что поправился от простуды, у Лэнса постоянно течет из носа, твой братец жалуется, что у него болит спина, а я схожу с ума, не зная, что нам взять с собой…

— Вы собираетесь уезжать?

— А ты разве не помнишь? Мы едем в Испанию. Все-таки это свершилось. Мы собираемся туда уже десять лет и вот наконец собрались.

— Элеонор, мне надо поговорить с Томми! — «Интересно, не слишком ли громко я кричу?»

— Элеонор? Ты же знаешь, я предпочитаю, чтобы меня называли Элли. А твой брат на работе. Он будет только через несколько часов.

Джейн посмотрела на настольные часы Майкла — уже почти семь.

— Он всегда работает допоздна?

— Так еще только четыре часа. Джейн, ты забыла о разнице во времени.

Джейн подавила позыв на рвоту. Она заговорила, отчетливо произнося каждое слово.

— Элеонор… Элли, ты должна сказать мне правду.

— Почему ты думаешь, что я вру? Томми действительно на работе.

— Скажи, вы в последнее время разговаривали с Майклом?

— С Майклом? Точно не знаю, но, во всяком случае, я — нет.

— А Томми?

— Не думаю. По крайней мере, он ничего не говорил.

— Он не говорил, что звонил Майкл и спрашивал, не была ли я у вас?

— А зачем ему было об этом спрашивать?

— Он заявил в полиции, что звонил вам.

— Кто заявил в полиции? О чем? Джейн, что ты говоришь?

Сердце Джейн так бешено колотилось, что она с трудом могла говорить. Ей показалось, что она слышит приближающиеся голоса и шаги на лестнице, но когда она посмотрела на дверь, то никого не увидела. Пока не увидела.

— Выслушай меня, Элеонор… Элли. Элли, ты должна меня выслушать.

— Да, я слушаю.

Голова ее кружилась, мысли путались. Она вновь услышала приближающиеся голоса. Потом все стихло. Она снова посмотрела на дверь. Пока никого. Как много надо ей успеть сказать, и как мало времени ей для этого отведено.

— Со мной случилось несчастье.