Отпусти - это всего лишь слово (СИ) - "Сан Тери" - Страница 84

- Хочу сказку! - голосом малолетнего дебила выдал я. 

Изумрудный город Санька выбрал сам и не рассказывай он так пиздато, я бы сжалился и отпустил. Но Сан обладал феноменальной памятью, а то, что не помнил, отлично вербализировал по собственному усмотрению. И вот я неожиданно увлёкся прослушиванием моей личной аудиокниги, а учитывая что аудиокнига обладала ещё кучей других талантов... 

И очевидно Сан в своё время не наигрался, как мне в своё время никто не читал сказок. А может быть просто Саньку пропёрло компенсировать мне всё недополученное. Как и мне ему. И мы сидели как два дебила и нежились друг в друге, борясь за право поиграть в папу -маму. Я бы конечно поиграл в эту игру другим способом, ну да бог с ним, потерплю.  Кому я вру? Я млел и таял как блядский кусочек мыла, смывался струйками шампуня, и перевернувшись от счастья, радостно утопил Саньку. 

Нет, ну нельзя быть похожими в некоторых вещах.

Мы передрались за право трепетно вытереть друг друга полотенцем. Я сопротивлялся, Санька упирался, превуалируя лидерством габаритов. Хотел даже понести на руках, в итоге мы принялись пиздиться мокрыми полотенцами и мне пришлось удирать, потому что свёрнутым жгутом по голой жопе на самом деле больно.

   -  И потом появился лев. 

Я сосредоточенно тёр морковку, пока Сан изящно и не спеша двигаясь по кухне, варганил нам ужин. 

- И съел эту девочку?

- Да. Ник, он её съел и сказка закончилась! - Сан ухватившись за возможность прекратить пытку маньячно просветлел лицом и ринулся целоваться, очевидно сочтя карточный долг отработанным. 

- Нифига, в мультике были башмачки и обезьянки. Я помню.

   Я безжалостно взмахнул морковкой.

- Пощади меня, чудовище. - Сан бесстрашно откусил и состроил такого уморительного лапу, что всё что мне оставалось, это стиснуть его и не отпускать.

- Саша, я тебя ...

   Я уткнулся лицом ему в предплечье прошептав это туда. 

- Что Ники? - Сашка смотрел так ласково, что хочется плакать. Блядь. Просто хочется сдохнуть. Рельно взять и сдохнуть. От счастья, от эмоций. Всё что могу это обхватить его ногами за бёдра.  Хочу кричать о своей любви, хочу кричать на весь мир. Зачем ты спрашиваешь меня Саша, о том что так очевидно?

- Ник, мясо сгорит, - Сашка смеётся, нехотя освобождаясь из плена моих рук, ног, зубов, ухватившихся за воротник рубашки и не желающих разжиматься. 

Пусть горит! - хочется ответить мне. Но я отпускаю, 

- Разлука глаз пяти секунд с тобой, мучительна как вечность. - бормочу грустно рассматривая, как он суетиться над сковородой, высыпая морковку, помешивая.

    Пиздец приплыли. Не хватало только стихи начать сочинять. Смотрю на свои измазанные оранжевым ладони. Вскидываю глаза. Сан стоит застыв с ножом в руке, смотрит внимательно. А затем выключает сковородку и воткнув нож в доску идёт ко мне, на ходу вытирая руки о штаны. 

- Нахуй мясо! - твёрдо произносит Санька и загребает меня в себя. - Буду кормить тебя собой, - выдыхает он счастливо и кажется я не против. 

- Я тебя сейчас съем, Сашка! - Я повисаю на нём как влюблённый тузик на тряпке. 

Остановись мгновение, ты прекрасно.

Но мой прекрасный Мефистофель никогда не позволит этому произойти. И шмотки плавно усеивают дорогу от кухни до спальни, длинной в два этажа. Последним препятствием стал носок, который Сан умудрился стащить с меня в полёте, попутно выскользнув из собственных штанов, и дальше мы растянулись на полу, так и не сумев доползти до конечного пункта назначения. 

Ощущаю себя ходячим банком спермы, в который регулярно делают вливания помимо опустошения так сказать естественных активов. 

Но вот только мне хочется получить эти активы естественным путём, а Сан как собака на себе, ни сам ни ест, ни мне ни даёт.

   Я стоял посреди кухни с глубокомысленным видом поедая печенюшку, и щёлкал пультом от телика, переключая каналы в поисках интересного. Сан смотылял по магазинам, сообщив что поедет в центр, а памятуя, чем закончились все предыдущие наши с ним походы, я предпочёл остаться дома. 

Нездоровая мания Сашки тратить на меня деньги, начала находить тихий протест. Из него бы получился хороший отец, просто уверен в этом. Заведи Сан семью, его чадо бы не знало отказа на в чём, и несомненно было бы счастливо, что касается меня я тихо стервенел. А вот Саньку пёрло и злиться на играющегося ребёнка было совершенно невозможно. Оставалось принять со вздохом обречённой покорности судьбе, тем более что судьба весьма так нехило баловала. Услышав поворачивающийся в замке ключ, я разулыбался. Непроизвольно от уха до уха.

Саньку хотелось не просто встречать, Саньке хотелось нестись навстречу, повиснуть на нём обхватив ногами...Но как обычно, я остался стоять с независимым видом, чавкая печенюшку в два раза интенсивнее, потому что начинал волноваться. Ну в общем Сан действовал на меня так... Волшебно действовал блядь. Как доза хорошего кайфа.

- Я дома! - Голос был абсолютно не Сашкин. Более того, голос принадлежал девчонке, послышался лёгкий грохот перетаскиваемой через порог тележки. Я растерялся, не зная, как реагировать. В одну секунду состояние привычной расслабленности покинуло меня, я напрягся, ощущая себя чужеродным элементом, испытывая неловкость, как будто меня застигли за непотребным занятием. Я ведь был лишним здесь, чужим, а голос судя по проскользнувшем в нём безмятежным интонациям принадлежал хозяйке квартиры или кому - то имеющему к ней отношение. 

- Привет! - Не дожидаясь реакции на возможность оказаться обнаруженным, я вышел первым и увидел высокую девчонку ловко скидывающую ботинки, курточку. Рядом стояла тележка, на стенде валялась спортивная сумка. Увидев меня она вскинула голову. Волосы чёрные, подстриженные каре, знакомые серые глаза, не отстранённые как у Сашки, а очень тёплые любопытные, живые. Изящный носик, серёжки в виде золотых рыбок. И потрясающая фигура, почти как у Ники, но от Ники не исходила эта особая Сашкина энергетика, неуловимая элегантность, серьёзность и сдержанный юмор.

- Ты кто? - спросили мы одновременно, а затем кажется одновременно сообразили

- Юля, - пробормотал я, ткнув в неё пальцем и начиная лыбиться как идиот, потому что сеструха Сани оказалась такой потрясной девчонкой.

- Никита? - Юлька поднялась как кошка, на секунду до жути напоминая Саньку, спросила словно не веря глазам.

Я кивнул, продолжая улыбаться.  От смущения на самом деле. Потому что куда себя деть не знал. Понимал, что Юлька в курсе наших отношений скорее всего и испытывал убийственную неловкость и желание взять куртку и выдать так сиротливо.

   - Ну я пойду, наверное.

Честное слово занимать чужое пространство я не хотел, и сейчас старательно пытаясь скрыть собственное смущение, сканировал Юльку на предмет пренебрежения, отвращения, негатива. Не хотел я быть помехой здесь. Быть неприятным для кого - то на самом деле стрёмно, и если я ощущаю, что вызываю у человека негатив, то либо постараюсь это исправить, либо не общаться, или уйти.  Зачем раздражать людей собой? Ситуация тем более была не просто щекотливая, явно такая двусмысленная. На месте Сашкиной семьи, ну не знаю, я бы себя может и принял с натяжкой такой большой, "типо ради Сашки можно и не на такие жертвы пойти". И вот мысленно сейчас я уже запаковал вещички, потому что не хотел быть ни для кого неудобным. Не хотел я, что бы со мной мирились или терпели. Ведь каждому человеку, даже самому не заслуживающему этого, хочется что бы его приняли. 

Я силился увидеть неприязнь, а Юлька вдруг радостно завизжала и кинулась на меня. Первым порывом было заорать и удрать. 

Когда на тебя летит высоченная девица, инстинктивно хочется, что бы затормозила оно обо всё, что угодно кроме тебя. А ещё лучше пронеслась мимо. Но Юлька очевидно думала иначе, потому что визжа