Сирены озера Молчания - Черненькая Яна - Страница 99

   - Наконец-то! - с облегчением в голосе сказал Ильтамир и посторонился, пропуская вперед своего спутника. Или, вернее, спутницу.

   Мэй ахнула, увидев перед собой Илику вместо ожидаемых Ранзая и Геласа.

   - Привет! - поздоровалась с ней сирена.

   - Здравствуй... - ошарашено ответила Мэй, совершенно ничего не понимая.

   - Это у тебя настроения нет, или свечи закончились? - спросил Ильтамир, отметив царящую в доме темноту.

   - Я спать собиралась, - огрызнулась Мэй, прекрасно понимая, что никого этим не обманет.

   - И как я сам-то не понял, - фыркнул Ильтамир, отстраняя растерявшуюся подругу и пропуская в дом Илику.

   - А можно зажечь свет? - робко попросила девушка, остановившись на пороге. - В отличие от вас, я не вижу ровным счетом ничего.

   - Да, да, конечно, - засуетилась Мэй.

   Зажженные свечи шипели и трещали, похоже, воск, из которого они были сделаны, не отличался хорошим качеством. Илика задумчиво оглядела убогое жилище асуры: неровные стены, крошечная комната, старый диван в самом центре, небольшая тумбочка рядом с ним, ветхий шкаф, грубо сколоченный стол около небольшой закопченной печурки, несколько стульев расставленных как придется - вот и вся обстановка.

   - Ильтамир, ты можешь на некоторое время выйти и подождать с остальными? - попросила сирена.

   - С остальными? - удивилась Мэй. - А с вами еще кто-то пришел?

   - Да, - небрежно взмахнула рукой гостья. - Но об этом позже!

   Когда дверь за Ильтамиром закрылась, она обернулась к Мэй и озорно улыбнулась.

   - Итак, как тебе известно, завтра у нас будет бал, - заявила она. - И, как известно мне, несмотря на близость этого события, ты абсолютно к нему не готова, - Илика провела пальцем по столу и поморщилась, обнаружив на нем толстый слой пыли. - Придется Таю намекнуть на то, что его будущая супруга не очень дружит с уборкой. Впрочем, вряд ли это его сильно расстроит.

   Мэй не сразу поняла, о чем она говорит, но когда поняла...

   - Илика, при всем моем уважении, ты говоришь вздор! - возмутилась она. - Я не собиралась на бал и вообще являюсь последней кандидатурой, которую Тай рассмотрит в качестве своей будущей супруги.

   - Не собиралась, так уже собираешься! Нехорошо отказывать владыке старшего клана, - Илика извлекла из кармана сложенный вчетверо конверт и помахала им перед лицом Мэй. - Так что платье тебе просто жизненно необходимо. Что до супруги, то, по-моему, лучшей кандидатуры, чем ты, у Тая попросту нет и быть не может. И не спорь со мной!

   Асура дрожащими руками взяла у сирены конверт и вытащила из него лист гербовой бумаги. Заворожено смотрела она на послание, снова и снова перечитывая три строчки, в которых значилось, что Мэй'линда Ланнис ир Эверхай, подданная старшего клана Аш'еназ, приглашается на бал, посвященный коронации владыки Тай'рела Илимвена ир Ильшасс.

   - Но почему он тогда сам ничего мне не сказал? - вымолвила, наконец, Мэй.

   - Потому что он пока ничего и не знает, - созналась Илика, не собираясь врать и изворачиваться. - Все это моя личная инициатива.

   - Тогда я никуда не пойду! - убитым голосом сказала Мэй, бросив приглашение на стол. - Не собираюсь унижаться. Понятия не имею, что ты там затеяла, но у меня есть гордость, и я не буду навязываться в жены мужчине, которому никогда не была нужна. Даже если он владыка старшего клана... Особенно, если он владыка!

   - А если посмотреть на этот вопрос с другой стороны? - Илика уселась на краешек дивана и бросила лукавый взгляд на асуру. - Ты знаешь, что Тай всеми силами пытался отбрыкаться от необходимости жениться. Ему все это поперек горла. Он вторую ночь уже не спит и пребывает в преотвратнейшем настроении. Он боится получить в жены очередную Сейю. И ведь так и будет, если ты не вмешаешься в происходящее. Я не великий эксперт по асурам, но есть у меня мнение, что ни одна из претенденток не будет к нему относиться так, как ты. Думаешь, твоя принципиальность кого-нибудь осчастливит?

   - Но почему он тогда сам ничего не сделал? Ничего не сказал? Не написал даже! Ведь это приглашение - одно из многих. Мое имя в него вписала ты. Я уверена в этом! - Мэй беспокойно прошлась по комнате, схватила со шкафа какую-то фарфоровую фигурку и принялась нервно вертеть ее в руках.

   - Понятия не имею, - пожала плечами Илика. - Может быть, он просто не подумал о тебе. Может быть, он ничего не знает о твоих чувствах. А, может быть, он просто тебя жалеет...

   - Жалеет?! - подпрыгнула Мэй. Хрупкая статуэтка разлетелась в ее руках. - С чего ему меня жалеть?!

   - Ты молода, красива, у тебя впереди целая жизнь, а он... Ну ты же сама его видела. Шрамы на лице, уже далеко не молод, был женат... Для тебя это ерунда, а для него - нет. Почти уверена, что если он о тебе и подумал как о потенциальной супруге, то сходу отмел эту мысль, полагая, что ты не сможешь отказать владыке старшего клана, а потом будешь несчастна. Вот в это я легко могу поверить!

   - Несчастна?! - голос асуры задрожал от возмущения. - Да для меня даже просто находится рядом с ним - высочайшая честь! Он... Да он... - не сумев подобрать слова она только всплеснула руками.

   - А раз так, то не бросай его в беде. Пусть он и не попросил твоей помощи, но ведь это же и не обязательно! - Илика подмигнула Мэй. - Именно поэтому мы должны сделать все, чтоб Тай, наконец, сумел увидеть в тебе свое счастье. А для этого я уже все подготовила. Ну как, ты согласна? Или мне уходить?

   Сирена склонила голову на плечо и вопросительно посмотрела на асуру.

   В крошечном домике стало до невозможности тесно - Илика привела с собой четверых портных и двух вышивальщиц. Ильтамир быстро почувствовал себя лишним и, пожелав девушкам спокойной ночи, удалился восвояси. Больше всего было споров вокруг того, каким же именно должно быть бальное платье Мэй. И тут асура проявила себя настоящим гением. Спустя полчаса бесплодных рассуждений и споров, она внезапно посмотрела на Илику и хихикнула.

   - Кажется, я знаю, что нам нужно. Илика, а твое платье уже готово?

   Сирена смутилась.

   - Да, в посольстве дев большой выбор всевозможных одеяний - мужских и женских. Линсин разрешил мне взять любое платье.

   - А почему ты не захотела сшить себе новое? - полюбопытствовала Мэй.

   - Зачем? - пожала плечами сирена. - Все и так сбились с ног - времени на подготовку к балу не было ни у кого. Не люблю доставлять лишние хлопоты окружающим.

   - К сожалению, придется. Иначе все пропало! - на губах асуры появилась хитрющая улыбка. - Видишь ли, я, быть может, и привлекательна, но далеко не первая красавица Катана. Какое бы платье мы сейчас ни выбрали - я все равно буду одной из сотен. Но если мы с тобой будем вместе... Готова поручиться, что на этом балу ты будешь одной из немногих представительниц светлых. И, несомненно, привлечешь внимание. А если мы с тобой будем рядом, то заметят и меня. Надо лишь выбрать такие фасоны, которые, во-первых, будут однотипны, а во-вторых, противоположны друг другу по цветовой гамме. Как белое и черное. Кому-то нравится одно, кому-то другое, а когда есть оба цвета...

   Ранним утром Линсин проснулся от нетерпеливого стука в дверь. Втайне надеясь, что это ему померещилось, посланник закрыл глаза и вновь попытался заснуть. Тщетно. Из-за двери послышался робкий девичий голос, в котором он, к изумлению своему, узнал голос Илики.

   - Линсииин... Ты одолжишь мне взрослого единорога на этот вечер?..

   Во дворце клана Ильшасс уже вторые сутки кипела бурная деятельность. Слуги буквально сбились с ног, пытаясь за два дня успеть подготовить все для коронации владыки и последующего бала. Тай'рел не спал и почти не ел. Совет владык порешил, что клану Ильшасс нельзя так долго оставаться без официального главы, а потому следовало спешить.

   Прошедшие несколько суток стали для Тая настоящим кошмаром. Сначала проблемы с Тимиром, потом все эти хлопоты. И вот настал день коронации. Сегодня ему предстоит приступить к обязанностям, которых он столько десятков лет старательно избегал. Бесшумными тенями явились слуги, которые должны были подготовить его к церемонии. Поднялась суета. Его одевали, прихорашивали. Взглянув мельком в зеркало, Тай содрогнулся - сейчас он выглядел, пожалуй, пострашнее Алькора, когда тот стал личем: кожа бледно-серая, под глазами синяки, щеки ввалились, а шрамы на лице стали куда заметней, чем обычно.