Илоты безумия - Чергинец Николай Иванович - Страница 50

— Но нам необходимо знать ваши цели, — задумчиво произнес Стрельцов. — Согласитесь, людей можно готовить к выполнению задания, лишь зная цель, которую нужно достигнуть.

— Перед вами стоит задача психологически подготовить наших боевиков к захвату тоннеля под проливом Ла-Манш, ракетно-ядерных баз в Соединенных Штатах, Англии и Франции. Кроме того, я намерен захватить несколько подлодок с ядерными ракетами и один-два авианосца с самолетами, имеющими ядерные бомбы и ракеты.

Керим взял свой бокал с виски и, чуть приподняв, предложил:

— За нашу победу, господа!

После обеда ученых доставили к домику. В этот день они уже не работали.

Стрельцов предложил прогуляться, но сам замешкался. Левин вышел из домика и в ожидании его не торопясь прохаживался по тропинке.

Он заметил незнакомого мужчину, который находился в тени соседнего домика. Незнакомец явно разглядывал его. Когда Левин направился к тому месту, где стоял мужчина, тот решительно подошел:

— Господин Левин?

— Да, я.

— Вам привет от вашего брата Михаила Иосифовича.

— Кто вы?! — испугался Левин.

— Не волнуйтесь, Абрам Иосифович, я — из израильской разведки «Моссад». Давайте отойдем в сторонку, нам надо переговорить.

Глава 19

Жизнь для Мельникова и Полещука стала чуть легче, особенно после того, как они познакомились со своими соотечественниками и теперь практически находились с ними вместе.

Когда вернулся Бугчин, Анохин стал присматриваться к Мельникову. Чаще, чем с другими, беседовал с ним, дал ему практически полную свободу в лагере.

Мельников уже не сомневался: Анохин поставил на него и стремится быстрее приблизить к себе, завоевать у него авторитет и доверие.

Мельников понимал, что это неспроста.

«Ну что ж, — думал капитан, — здесь наши желания совпадают. Чем важнее будет роль, которую он мне отведет, тем быстрее организации Керима придет конец, а там, смотри, и домой».

Беспокоило только одно — отсутствие связи. У Мельникова уже лежали в тайнике список советских военнослужащих, попавших из Афганистана в Марокко, а также сведения о других людях, находившихся в лагере как по своей воле, так и насильно похищенных в разных странах. В тайнике хранилась и подробная схема лагеря, с указанием семи различных полигонов и ста четырнадцати строений, с описанием предназначения более чем половины из них. А вот как эти сведения передать?

Но Мельников был уверен, что если даже во время короткой остановки в Александрии их смогли найти и выйти на контакт, то их ожидание в лагере не будет долгим.

Однажды вечером он шел в свой модуль, навстречу ему бежал Дино. Вид его был необычным.

— Виктор, Виктор, — часто дыша, делая ударение на последнем слоге, позвал он Мельникова. — Виктор, там впереди есть заросли, за ними тебя ждет человек. Пока вы будете разговаривать, я буду следить, не идет ли кто-либо. В случае чего, я предупрежу вас.

Заметив, что Мельников колеблется, Дино добавил:

— Не беспокойся, ты будешь рад встрече с ним.

Мельников ускорил шаг. Увидев кустарник, он свернул влево и по узенькой, едва заметной тропинке, вьющейся между камней, приблизился к зарослям с обратной стороны. У большого камня стоял темноволосый, одетый в серый костюм мужчина. Увидев Мельникова, сделал несколько шагов навстречу и улыбнулся:

— Здравствуйте, Виктор Александрович! Вы не знаете, сколько будет дважды два?

— Семь, — сразу же ответил капитан.

— Вы ошибаетесь. Будет пять, — снова улыбнулся незнакомец. — Мне было поручено разыскать вас. Очень удачно получилось, что вы подружились с Дино. Это обстоятельство помогло мне ускорить розыск. Дино — наш человек.

Они обменялись рукопожатием и присели на небольших валунах.

— Меня зовут Ахмед, — представился незнакомец. — Буду изредка бывать в лагере. О месте и времени встречи вас будет оповещать Дино. Сейчас долго разговаривать не будем — рискованно.

По его часто повторяющимся словам «буду», «будет», «будем» Мельников понял, что Ахмед скорее всего не русский. Но в этом ли дело? Главное, что связь установлена! И Виктор коротко сообщил о том, что ему стало известно и предложил:

— Я могу все бумаги принести сейчас же. Для этого мне надо минут десять, не больше.

— Благодарю вас. Центр будет доволен этой информацией. Вы передайте ее мне чуть позже через Дино. Он — верный человек и будет нашим связником, но сначала я хочу вам сказать следующее: Центр передает большое спасибо за информацию о Бугчине.

— А вы знаете, что Бугчин уже побывал в Советском Союзе?

— Да, он посетил даже ваших и Полещука родителей. Наши товарищи уже встречались с родителями и вашей супругой. Они передают вам огромный привет, свою любовь и надеются на скорую встречу.

— И еще. Бугчин повез с собой в Советский Союз какого-то узбека. Бугчин должен был сказать, что он и этот узбек находились вместе со мной, Полещуком и другими нашими ребятами в душманской тюрьме. Мне и Володе показалось это странным. Может, этот узбекский парень и хороший человек, но он у нас вызвал подозрение. Тем более, что о нем печется этот хлыст, на котором и клейма негде ставить.

— Да, этот человек — Гулям Азизов, он считался погибшим, но, к счастью, оказался жив. Сейчас он в родном кишлаке со своими родителями. Сейчас уже ясно, что Азизова Керим использовал для того, чтобы в отношении Бугчина не возникало подозрений. Я хочу вам передать просьбу. Постарайтесь выяснить, нет ли в лагере Стрельцова Андрея Дмитриевича и Левина Абрама Иосифовича. Оба — ученые из России, недавно похищены в Бейруте. Такое же задание получил и Дино. И еще одно. В том же Бейруте террористы остановили автомашину профессора Креса. За рулем сидел водитель профессора, а с ним — американский журналист Эванс, которого они захватили и увезли в неизвестном направлении. Перед вами поставлена задача постоянно следить, не появится ли этот человек в лагере, о чем сразу же сообщите Дино.

— Хорошо, постараемся. Теперь, когда появилась связь, работать станет веселее. И еще одна, по-моему, интересная информация. Около месяца назад в лагере появился русский. Наверняка он занимает высокое положение. Во время первой беседы со мной он представился майором Анохиным Леонидом Карловичем. Как я понимаю, здесь он — начальник русского отдела. Это он организовал поездку в Советский Союз Бугчина и, как вы назвали — Азизова?

— Да, да, Гулям Азизов.

— Анохин и направил их. Одно это говорит о том, что он здесь — не последняя шишка.

— Я постараюсь максимально быстро выяснить у наших товарищей, известно ли им что-нибудь о майоре Анохине.

— Ну, если он не солгал, что действительно был майором, то наши быстро дадут ответ, — уверенно промолвил Мельников. — Чует мое сердце, что в руках Анохина наша судьба.

— Что он хочет от вас?

— Он усиленно выяснял, что я могу делать. Умею ли владеть разными видами оружия, минировать, захватывать объекты. Как я понял, его интересуют места нахождения ядерного оружия, системы охраны.

— Да, этот человек действительно будет представлять интерес. Постарайтесь через него выяснить, что из себя представляет Керим и какие цели стоят перед его организацией. И еще, тщательно проверяйте наших. Все ли они военнослужащие. Не исключено, что среди них есть и провокаторы. Поэтому не раскрывайтесь, внимательно приглядывайтесь к каждому. Они все указаны в вашем списке?

— Да, фамилия, имя, отчество, год рождения, номера частей, где они служили.

— Прекрасно. Дино вечером принесет вам маленький фотоаппарат. Он покажет, как им пользоваться. Постарайтесь незаметно сделать фотографии всех объектов и людей, которые здесь находятся, в первую очередь тех, кто был похищен, а также руководителей лагеря.

— На всех не хватит пленки, — чуть усмехнулся Мельников.

Но Ахмед сразу же успокоил:

— Не волнуйтесь, я передал вместе с заряженным фотоаппаратом и запасную кассету с пленкой. Ваша задача — отснять пленку и передать ее через Дино. Мы будем проявлять, печатать фотографии и устанавливать, кто на них изображен. Было бы хорошо, если бы вам удалось сделать с какой-нибудь высокой точки и панорамные снимки лагеря. Только будьте очень и очень осторожны. Помните, что все близкие и дальние подступы тщательно охраняются, и во время съемки вы можете не заметить секрет или засаду. Фотоаппарат вмонтирован в ремень. Кстати, не вызовет ли подозрений то, что у вас появится ремень?