Виагра для дракона - Хаус Доктор - Страница 110

    Я расслабился и постарался получить из сложившейся ситуации если не удовольствие, то, по крайней мере, хороший урок. И урок не заставил себя ждать. Сколько раз говорил мне Кеша: - не надо недооценивать противника!

   Да, изнемогающая в объятиях Реальгара ведьма была простой человеческой самкой, но ее «головной убор» оказался совсем не так прост и безобиден, каким представлялся на первый взгляд. И сейчас он или оно, не знаю какими словами обозвать тварь, напоминающую снабженную длинным тонким хвостом членистоногую амебу, полз по моей груди пробираясь к животу!

    Я взвопил, вновь обращаясь к обезумевшему от страсти дракону, и Реальгар услышал меня. Услышал, увиделтварь, мгновенно осознал опасность и попытался устранить ее. Рефлексы старого бойца не засыпают до конца даже во время случки.

  «Амеба» ловко увернулась от метнувшейся сорвать ее когтистой лапы-руки и скользящим движением устроилась в моем пупе. В одно мгновение сила покинула нас, и только что наполненное до краев неизмеримой мощью тело мешком грохнулось оземь. Кожаный хвост твари тугой петлей стянул мне горло, лишая дыхания и заставляя глаза вылезать из орбит.

   Я не понимал, что происходит. Как могла органическая тварь, хоть и явно отмеченная инфернальной силой, повредить неуязвимому телу Высшего Демона?! Реальгар метался внутри меня, как выброшенная на сушу рыба и был абсолютно бессилен.Так, как никогда раньше в моей жизни. Даже удушающий вихрь ледяных игл, обрушенный на нас Сатанопуло, лишь на время подавил волю Реальгара, не лишая меня его силы.

   Давление петли, охватившей мое горло, стало невыносимым, и я провалился во тьму. Сколько времени мне пришлось пробыть в беспамятстве – не помню, но когда я очнулся обстановка претерпела некоторые изменения.

       Начнем с того, что разбудило меня крайне мерзкое хихиканье, доносящееся со стоявшего рядом черного стола. Реальгар был тих и задумчив, пребывая где-то на самой границе моего осознания. На немой вопрос: - «Что собственно с нами произошло?!» Дракон ответил чем-то похожим на печальный толи вздох, толи стон. Ящеру Ада было стыдно! Сам по себе этот факт переворачивал мою картину мира. Но более подробных объяснений дракон мне не дал. Напрягаясь из последних сил, я сумел повернуть голову.

     Основательно измочаленная, но, тем не менее, вполне живая ведьма пластом лежала рядом, время от времени испуская негромкие стоны. Из влагалища потерпевшей толчками вытекала темная кровь, образовав уже вполне приличную лужу. Впрочем, ведьма пострадала не только телесно. Любовь дракона не прошла бесследно и для ее энергетики.

     Встречала нас ослепительная красавица в расцвете своих двадцати восьми-тридцати,  а сейчас рядом лежало тело сорока-пяти, пятидесяти летней и очень, очень много пережившей на своем веку женщины. Я подумал, что она мне врядли поможет. Если бедняга чудом и выживет, дожидаться от ведьмы объяснений придется долго.

     Крабо-амеба, не подававшая признаков жизни после моего пробуждения, уютно пристроилась в пупе, и тоже особой разговорчивостью не страдала. Душить перестала, и на том спасибо. Хотя, стоило Реальгару чуть шевельнуться, хватка петли, охватившей мою шею, заметно усилилась. Тот, невидимый, кто хихикал на черном столе, будто сделанном по эскизам Йеронима Босха, просто зашелся  в пароксизме лающего хохота.

    За неимением других собеседников я решил обратиться к невидимке. Заговорил и сам изумился своему голосу. С таким тембром обращаются к работникам железной дороги диспетчера, выжимающие последние силы из ржаво-металлических связок станционных мегафонов. - Ты, юморист хренов, может, слезешь со своего стола и объяснишь мне, какого черта ты здесь делаешь и, вообще, что тут происходит?

 - Может и слезу, а, может, и нет!  Я-то слезть могу, а вот ты, противный мальчишка,  уже не побегаешь! Как, уже оценил всю прелесть беспомощности?! Я знаю, что ты сейчас чувствуешь, сам был в твоей шкуре много лет. Но тебе будет еще хуже. Ангелина будет добиваться абсолютной верности и поверь, у нее есть для этого много крайне извращенных способов. А главное, есть та штуковина, что держит сейчас тебя за горло.

    И будет держать вечно, если хозяйка того захочет. Адская плацента для того и предназначена, чтобы лишать силы плод Тьмы, не давая ему возможности убить свою мать до срока. Ты, такой сильный, но у проклятой ведьмы нашлась управа и на тебя. Она хотела заполучить себе еще одного раба. И у нее почти получилось. Суке мало было одного Высшего Демона на побегушках.

   Ага, раба!!! Я был таким почти двадцать лет, но сегодня настал день моего торжества. Ведьма сдохнет, и всю силу стола получу я! Семен Комаров на свободе! А совсем скоро я наберусь сил, выращу новое тело, и меня будут называть Властитель Черного Стола, Князь Комаров!! С этими словами хозяин голоса, заложив, как мультяшный Карлсон, крутой вираж вокруг стола, спланировал вниз, зависнув в воздухе сантиметров в тридцати от моей головы.

    К сожалению, на Карлсона Семен Комаров походил мало. Точнее, совсем не похож был этот облезлый упырий череп на добродушного толстяка-весельчака. И шутки у недоделанного «господина Комарова» вполне соответствовали гнусному обличью.

    Слегка покачиваясь в воздухе, говорящий обрубок довольно долго разглагольствовал о том, как несладко ему, «Высшему Вампиру», «настоящему Ангелу Тьмы», жилось на службе у «бездарной сучки Ангелины», как много унижений и страданий пришлось от нее претерпеть. Особое возмущение у упыря почему-то вызывала необходимость ежевечернее докладывать ведьме обстановку в тонких мирах, смежных с Земным.

 – Проклятая ведьма заставляла меня рассказывать ей сказки перед сном! – Буквально визжал Семен, захлебываясь кровавой слюной. Периодически эта летающая Шехрезада прекращала свои речи, для того, чтобы хорошенько хлебнуть из лужи крови, образовавшейся между бедер лежащей без чувств ведьмы. По глумливой улыбке упыря было понятно, что такой способ питания доставляет ему массу удовлетворения.

    Я даже решил для себя, что, пожалуй, был слишком строг в оценках пана Яцека. По сравнению с прислужником ведьмы Ангелины пройдоха Яцек  был просто душечкой. Хотя, возможно у меня просто не было случая выслушать то, что было на уме у Черного Барона. Летающая голова предоставила мне такую возможность в избытке.

    Отдельной темой удостоилась моя персона, «отравившая его прекрасное молодое тело своей гадкой кровью» и опять-таки «клятая ведьма», не предупредившая, что младенца-демона охраняет Адская плацента.

    Со слов упырьей головы выходило, что само провидение решило покарать столь нечестивых созданий с его помощью, и будет вполне справедливо сначала выпить досуха бывшую хозяйку, а потом уже придумать, как прикончить меня и злокозненную плаценту.

    Никогда не стоит пытаться словами заменить дело. Слово несет в себе великую силу и много болтать значит – развеивать свою удачу по ветру. Тем более глупо издеваться над сильным, пусть и поверженным врагом. Достойного Врага следует добивать быстро и милосердно.

     Долго болтал Семен Комаров, достаточно для того, чтобы во рту скопилась кровь из прокушенного языка. Благо, урок, преподанный Златовлаской, не прошел для меня даром. Стоило летающему засранцу подлететь поближе, как он получил хорошую порцию черной, как смола, драконьей кровушки прямиком в разинутый рот. Результат превзошел все мои ожидания. Болтливый упырь запнулся на полуслове, его лицо исказила гримаса боли, а затем оно как-то вдруг почернело и стало стремительно распухать, будто его ужалили единовременно множество пчел.

    С тихим гудением медленно поднимаясь к потолку, Семен Комаров стремительно терял свою инфернальную отвратительность и начинал походить на гротескную детскую игрушку. В воздухе нарастало напряжение. А потом все кончилось. Летающая Голова взорвалась, как начиненная нечистотами самодельная бомба, основательно забрызгав нас с Ангелиной мерзко пахнувшей субстанцией.