Черный ястреб - Борн Джоанна - Страница 14

Алтея опустилась на мягкий стул, стоящий во главе стола.

— Проблема в том. Хоукер. что все это попахивает ловушкой.

— А я вовсе не собираюсь загонять свою крысу во французскую мышеловку, — произнесла Старуха. — Я пошлю человека, который проследит за Дюмотье. А ты, — она указала пальцем на Хоукера, — останешься дома.

— Вы не правы! — Эти слова вырвались у Хоукера помимо его воли. Ну и глупец же он.

Немедленного ответа не последовало. Дойл вставил пробку в маленькую бутылочку с ружейным маслом и нажал на нее большим пальцем, чтобы закрыть поплотнее. Казалось, происходящее его совсем не волнует. Или, вернее, он старался уклониться от спора.

— Объяснись! — Голос Старухи был подобен острому лезвию.

— Вы хотите накрыть всю группу засланных в Англию людей целиком. Но вам потребуются месяцы, чтобы разыскать их всех, и все же велика вероятность, что кого-то одного вы все равно упустите. А я могу передать вам всех агентов за одну ночь и освободить тем самым от многих месяцев слежки — Хоукер обвел взглядом присутствующих, но их лица хранили бесстрастное выражение. — Я не сделаю никакой глупости. Если ничего не получится, я смогу незаметно скрыться.

Присутствующие смотрели на Хоукера. словно ждали от него чего-то. Только вот чего именно, он не знал.

— Вы рискуете только моей жизнью. Разве это большая потеря?

И снова молчание.

— Они же дети, — произнес Хоукер.

Дойл перестал чистить пистолет и отложил его в сторону.

— Ему стоит пойти на встречу. Я бы пошел.

— Прекрасно! В тайной полиции идет передел власти, а мы пошлем его в самое пекло! — раздраженно заговорила Каррадерс. — Он будет совершенно бесполезен! Не увидит того, что происходит у него под носом, а чтобы обучить его, у нас уже нет времени.

Вот так легко и просто Хоукеру удалось настоять на своем. А ведь до сего момента ему никак не удавалось завоевать одобрения главы британской разведки.

— Пошлите кого-нибудь с ним вместе, — предложила Алтея.

— Того, кто ее отпугнет? И тогда я лишусь двух агентов!

Двух агентов. Каррадерс сказала — двух агентов. Имея в виду, что один из этих двоих — он, Хоукер. Мальчик не слышал кое-чего из того, что было сказано позже, потому что никак не мог понять, как же он чувствует себя в роли агента.

— …и более опытного, — сказал кто-то.

— Мы пошлем Пакстона. — Это сказала Алтея. — Он достаточно молод и не внушает опасений.

Пакстон. Любимец всех присутствующих. Безупречный агент. Пакстон не забыл бы воспользоваться проклятой салфеткой. И не стал бы шумно отхлебывать чай из чашки. Возможно, от него вообще не будет никакого проку сегодня вечером.

Но Старухе эта идея показалась чудесной.

— Пакс убережет его от беды. А ты, — она повернулась к Хоукеру, — играешь с огнем. Агент может возразить мне лишь трижды за свою карьеру. Одну возможность ты уже использовал. А теперь ты напишешь мне отчет обо всем, что увидел и услышал сегодня утром.

— Я не могу…

— Чернила и бумага в секретере. Будешь работать за этим столом. Мне нужны две копии.

Прекрасно. Черт возьми, просто прекрасно!

Глава 10

Одетая в свободную рубаху и брюки Жюстина оказалась тесно прижатой к Хоукеру. Его колено упиралось ей в ребра, а ее локоть — ему в живот. Однако мальчик не обращал на неудобство никакого внимания, как если бы Жюстина была большой собакой или мешком с зерном, преградившим ему путь.

— Ты меня сейчас раздавишь. — Хоукер пнул девочку по ягодицам, словно это были дыни на рынке. — Подвинься.

— Двоим здесь не уместиться. И если честно, я не нуждаюсь…

— И потише, пожалуйста.

— По сравнению с тобой я нема, как могила, — прошипела Жюстина.

— Или, вернее, как преисподняя.

Тонкая кирпичная стена отделяла их от помещения, где жили Невидимки. Их наставники наверняка сидели внизу. Играли в карты или читали. Но в последние дни они наверняка были начеку — осторожные и подозрительные, как вороны.

— Это моя операция, и я…

— Так и будем спорить всю ночь, или ты уберешь свою задницу с моих коленей?

В одном он был прав: они не могли терять времени на пустые разговоры.

— Я выковыряю последние кирпичи, ноты их пока не вынимай, — сказала Жюстина. — И вообще ничего не делай.

— Будем работать вместе, — сказал Хоукер. Жюстина взяла долото и отодвигалась от мальчика до тех пор, пока не уперлась спиной в грубый необструганный брус поперечной балки.

— Только будь осторожен.

— Я делал это и раньше.

Свечка в закопченном фонаре отбрасывала круг света диаметром всего лишь в шесть футов. В полумраке с трудом можно было разглядеть дощатый пол и деревянные стропила. Но дети не могли позволить себе зажечь более яркую свечу. Свет мог просочиться сквозь щели в карнизе и осветить двор внизу.

На противоположном конце чердака сидел, скрючившись, друг Хоукера и наблюдал за улицей. Его звали Пакс. Жюстина однажды с ним встречалась, хотя он не подал виду, что узнал ее. Сегодня он участвовал в операции, чтобы защитить спину Хоукера. Это свидетельствовало лишь о том, что англичане не доверяют ей ни на йоту.

Пакс был одной из непредвиденных проблем. Но возможно. Жюстина найдет ему какое-нибудь применение.

Она отерла вспотевшие ладони о штаны. В них она облазала не один чердак и подвал. Очень удобная одежда для такого рода работы, но в юбке было бы прохладнее.

Жюстина взяла в руки долото, вставила его между кирпичами и стала осторожно ударять по рукоятке ладонью.

Чердак располагался над мастерской, в которой раньше делали кареты. Стена под рукой Жюстины отделяла мастерскую от дома, где жили хозяин «Каретного сарая» и его подмастерья.

Жюстина вознамерилась освободить Невидимок с того самого момента, как Мадам узнала, что творится в «Каретном сарае». Уже вторую ночь она потела и задыхалась в тесном помещении, расковыривая строительный раствор между кирпичами.

Теперь всю конструкцию удерживал лишь тонкий слой штукатурки. Строительная смесь оказалась далеко не лучшего качества. Она откалывалась маленькими кусочками, которые Жюстина выковыривала и кучкой складывала подле себя. Очистив очередной кирпич от смеси, она втыкала в щели деревянные клинышки, дабы стена не рухнула раньше времени.

Кирпичи еле держались. Одно неосторожное движение — и они посыплются в коридор второго этажа.

Хоукер вопреки опасениям Жюстины действовал быстро и ловко. Встав на колени, он уперся в стену лбом. Его волосы поддерживала черная лента. Лицо было покрыто пылью и перепачкано сухим строительным раствором. Губы напряженно поджаты. Он начал ковырять швы между кирпичами кончиком ножа.

— Ты испортишь лезвие, — предостерегла его Жюстина.

— У меня много ножей.

Жюстина с минуту наблюдала за тем, как Хоукер работает, взволнованная угловатой красотой его лица. Она смотрела на тонкие пряди черных волос, упавшие на лоб, и красиво очерченные губы. Мальчик напоминал ей одного из кельтских богов, что все еще живут в лесах ее родной провинции. Они появляются в сумерках в середине лета и соблазняют юных девушек, приглашая их в свои лесные чертоги. Няня часто рассказывала Жюстине истории о них. Однажды и Хоукер станет настолько соблазнителен, что перед ним не устоит ни одна юная глупышка.

— Ты выведешь детей из здания, — сказала ему Жюстина. — Не по лестнице, а через этот пролом в стене. Понятно'.

— Хорошо.

Они уже обсуждали это, но Жюстина считала, что повторение не будет лишним.

— Выведешь их на улицу, пересечешь ее и свернешь за угол. Там тебя встретят. На этом твоя миссия закончена. Дальше об этих детях позаботятся мои друзья.

— Куда они их поведут?

— Они будут в безопасности. Я бы не стала тратить столько времени, чтобы в конце все испортить.

— Я все равно узнаю. Так что тебе лучше самой мне все рассказать. — Хоукер освободил еще один кирпич.

— Тебе не нужно это знать.

Все было уже готово. Невидимки покинут Париж в потайных отсеках баржи, которая уже поджидала их у причала рядом с Ботаническим садом. Они были отнюдь не первым живым грузом, тайно покидавшим Францию.