Битва за женщину - Хантер Келли - Страница 3

— То есть?

— Спроси у Маделин.

Не самый вразумительный ответ.

— Ты накажешь его? — спросила Джиан.

Губы Джейкоба сжались.

— Он вытащил мой бумажник и обследовал его содержимое. Сознательно полез в мои личные дела. Ты не считаешь, что за это надо наказывать?

— Да, но… Джейкоб, он же ребенок.

— Что? Не бить его? — В голосе Джейка слышалась такая ярость, что Джиан онемела. У нее перехватило дыхание. Она опустила голову и невидящими глазами смотрела на свое шампанское. — Бога ради, Джиан, я никогда не поднимал руку ни на ребенка, ни на тебя, и не собираюсь делать это теперь. Так почему бы тебе не выпить шампанское и перестать вести себя так, будто я хочу распять тебя?

Джиан поднесла бокал к губам и отпила глоток. Это предложение оказалось неплохим. Она отпила еще, и бокал наполовину опустел. Джиан постаралась найти способ продолжить прерванный разговор.

— Ты хорошо выглядишь, — рискнула заметить она. — Привлекательнее, чем когда-либо.

— Это комплимент?

— По-моему, да.

— Не думаю, что это комплимент.

Вместо ответа, она отпила еще шампанского.

— Я должна поздравить тебя с успехами, — сказала Джиан. — Победы на всемирных соревнованиях. Мастер-классы. Маделин говорит, что люди со всего света приезжают к тебе учиться.

— Ты же ненавидишь карате.

Джиан ненавидела время, которое он посвящал карате. Она не понимала, что для некоторых карате стало образом жизни, почти религией, и без карате Джейк не смог бы сдерживать бушевавшее в нем пламя.

— Я не ненавижу его. Просто никогда не могла понять. Это разница.

— А теперь понимаешь?

— Немного. — Этот разговор не приведет ни к чему хорошему. И Джиан попробовала сменить тему: — Маделин и Люк, кажется, очень подходят друг другу.

— Да.

— А другие твои братья… И Холли. Они теперь выглядят такими цивилизованными. Ты хорошо воспитал их.

— Это не моя заслуга.

Ну, во всяком случае, не ее. Джиан посмотрела в зал. Столько глаз уставилось на них. Но никто не собирается подойти.

— Извини, — сказала она после, казалось, бесконечного молчания. — Наверное, тетя меня ищет. — И пошла прочь.

— Подожди, — хрипло попросил Джейк. Одно слово, больше ничего, но Джиан остановилась. Что это, покорность или любопытство? Отвага или самоуничижение? Трудно сказать. — Как тебе понравился Сингапур? Ты хочешь тут поселиться?

Это и есть его вопрос? Для этого он ее остановил?

— Здесь очень мило, — ответила она, — и я собираюсь погостить в Сингапуре.

— Твоя тетя сообщила Люку, что за тобой последовал некий неприятный тип. — У тети слишком длинный язык. — Она намекала, что этот человек настаивает на том, чтобы ты обдумала его предложение о браке.

— Джейкоб, я решительно не понимаю, какое тебе до этого дело.

— Не понимаешь? Как ты слепа, жена. — Он говорил тихо, размеренно, но она понимала, что внутри у Джейкоба Беннета все кипит. — Дело в том, что до меня дошли только слухи. Возможно, ты хочешь опять выйти замуж. Возможно, я стою на твоем пути. — Он смотрел на нее ледяными глазами. — Желаешь получить развод?

— Нет! — Джиан ответила слишком быстро, слишком испуганно. А муж, с которым она рассталась много лет назад, но которого так и не смогла полностью выкинуть из сердца, смотрел на нее, прищурив глаза. — То есть ты? Мать По…

— Я никогда ее не видел, и По не упоминал о ней. По — карманный воришка, один из подопечных Маделин. Она привела мальчика в додзё, чтобы у него была хотя бы крыша над головой и чтобы он чему-нибудь научился.

— О!

Загадка По разрешилась, но Джиан по-прежнему ничего не знала о романтической стороне жизни Джейкоба.

— Твоя тетя считает, что, если тот человек не добьется своего, ты окажешься в опасности, — продолжал Джейк. — Маделин тоже так думает. Они беспокоятся о тебе.

— Им, право, не стоит. — Джиан в последние месяцы и так хватало беспокойства.

— Он поехал за тобой в Сингапур?

— Я его здесь не видела.

Пока. Не стоит тревожить бывшего мужа и говорить ему, что Зай Фу действительно выследил ее. Что она продолжает получать нежелательные подарки.

— Джиан, этот человек тебе угрожает? Он опасен?

— Если честно, я пока не знаю. Он не делает ничего плохого. — В ее голосе слышалось отчаяние, она это почувствовала и постаралась сгладить ситуацию. — Он просто играет в игры, и только.

— В какие игры?

Но Джиан и так сказала слишком много:

— Джейкоб, это не твой бой.

— Ты не считаешь, что я должен защищать свою жену от преследователя?

— Жену, с которой ты не живешь уже двенадцать лет.

На губах Джейкоба появилась горькая улыбка.

— Значит, ты хочешь пользоваться моим именем, но больше ничем.

— Джейкоб, если ты желаешь развестись со мной, разводись. Если есть кто-то…

Он изучающе посмотрел на нее:

— Что стал бы делать твой поклонник, если бы узнал, что ты освободилась от меня?

— Я не знаю. Это не важно. В любом случае это моя проблема. Если хочешь развестись, начинай процесс. Ты не обязан принимать в расчет мои проблемы.

— Знаешь, Джиан, очень скоро ты поймешь, что мученичество — это не то, чего люди ждут от тебя, — сказал Джейк с ехидством. — Вполне естественно изложить свои проблемы и ждать, что они будут приняты в расчет.

— Ну хорошо. — Джиан глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, и изложила проблему прямо и четко: — Мне нужно, чтобы Зай Фу прекратил преследовать меня. Ради этого я приехала в Сингапур. Я живу у тети и дяди, а они не склонны поощрять его домогательства. Он не сможет добраться до меня так, как в Шанхае, и скоро устанет от своих игр. — «Хотелось бы этому верить», — подумала она. — И я освобожусь от него.

Джейк задумчиво смотрел на нее.

— Джейкоб, я не хочу тебя в это вмешивать. Без крайней необходимости.

Ему все это не нравилось. Он засунул руки в карманы брюк и отвернулся к окну. Джейк был готов смотреть куда угодно, только не на нее.

— Ты, по крайней мере, обратишься к кому-нибудь, если решишь, что тебе угрожает опасность и нужна помощь? — поинтересовался он наконец.

— Да. Я могу обратиться к моим двоюродным братьям, к дяде. Возможно, даже к Маделин и Люку. Но мне не хотелось бы беспокоить тебя. Ты понимаешь почему?

— Потому что я так же неприятен тебе, как и он?

— Что? Нет! Ради бога, Джейкоб. Между тобой и Зай Фу нет ничего общего. Его я не хочу видеть, а ты… тебя я когда-то хотела слишком сильно.

Ей трудно было признать свое поражение. Свои ошибки. Но Джейк заслуживает этого.

— Ты думаешь, я не могу защитить тебя? — поинтересовался он.

— Ты всегда был так самоуверен?

— Это новая черта моего характера. Надеюсь, это пройдет.

— Джейкоб, я видела, как ты боролся, чтобы спасти свою семью. Я на собственном опыте узнала, на что ты способен ради тех, кого любишь. И я не сомневаюсь, что ты сможешь защитить меня, если я тебя попрошу.

— Но ты не попросишь.

Он посмотрел на нее, и она, собрав всю свою смелость, выдержала его взгляд. Робкий кролик смотрел тигру в глаза.

— Я не могу.

— Почему?

Когда он обнимал ее, когда занимался с ней любовью, экстаз уносил их на небо. Но как только Джейк переключил внимание на другие свои дела, демоны Джиан вырвались наружу и потребовали того, что им причиталось. Такова сильная любовь. Бескомпромиссная. Незабываемая. И в конце концов разрушительная…

— Джиан, я хочу знать причину. Почему ты не позволяешь мне помочь?

— Как? Сделав вид, что мы — счастливая воссоединившаяся пара? Ты опять войдешь в мою жизнь и останешься там, пока Зай Фу не исчезнет?

— Если надо, — сказал Джейк, — мы можем установить границы.

Джиан улыбнулась.

— Да, можем. — И она первая нарушит их. — Был ли ты когда-нибудь привязан к чему-то настолько, что потеря почти сломала тебя? — мягко спросила она.

Джиан выдержала его взгляд. Джейк ее взгляда не выдержал.

— Да, — пробормотал он.