Искуситель - Ли Джейд - Страница 64

Но мужчины никогда не понимали, чего они хотят на самом деле. Линет, разумеется, сможет развлекать его на протяжении нескольких недель, даже месяцев, но никакая девушка не справится с Томасом в течение многих лет. Ни одной двадцатилетней девчонке не удастся понять Томаса достаточно хорошо, чтобы позволить ему сохранять обычный распорядок дня и лишь слегка нарушать его для того, чтобы он не приедался.

И вины девушки в этом не было. Просто она не знала того, что знала Агата.

Значит, баронессе Хантли остается лишь применить свои знания.

С этой мыслью Агата поднялась с кресла, оставив бокал стоять на месте, поскольку у нее появилось более интересное дело. Желание погрузиться в забытье исчезло. Сегодня она напомнит кое-кому о том, как они когда-то были вместе.

Баронесса не собиралась соперничать с Линет. Она только хотела показать Томасу, чего он на самом деле желал, и помочь ему получить то, что ему действительно было необходимо.

Пора.

Адриан смотрел на старинные часы своего деда. Это была одна из немногих вещей, которые отец не заложил. Возможно, их спасло то, что они просто затерялись. Адриан случайно нашел их за гардеробом. Когда он увидел часы, его первой мыслью было продать их.

Но он продал сам гардероб, а часы оставил. Позже, когда были распроданы почти все книги, виконт снова задумался о том, сколько можно было выручить за эти часы. В конце концов, когда Адриан явился на какую-то вечеринку, чтобы перекусить там, он впервые встретил Одри.

В тот вечер вместо карманных часов своего деда он решил продать Одри. Сейчас он опять думал о том, сколько можно выручить за эти старые часы. Удастся ли ему продать их за сумму, равную той, которую он получит за Линет? Или хотя бы за половину этой суммы?

Конечно, нет. За них не дадут даже одной тысячной доли. Однако Адриан не сводил с них глаз, продолжая вспоминать.

Он закрыл глаза, и его сердце до краев наполнилось болью. Он не собирался делать этого. Ему не хотелось ложиться с ней в постель и лишать ее девственности. Адриан понимал, что стоит ему прикоснуться к этой женщине, и он растворится в ней. А потом, утром следующего дня, ему станет невыносимо тяжело.

Если каждый раз, когда та или иная девушка выходила замуж, он испытывал глубокую печаль, то, что будет с ним, когда Линет станет женой графа Сонгширского? Сможет ли он жить с мыслью о том, что единственная женщина, которая бросала ему вызов и была готова соединить свою судьбу с ним, принадлежит другому. Как ему пережить ее свадьбу?

Линет просила позволить ей остаться вместе с ним. Из всех его девушек только она смогла произнести эти слова. Или почти произнесла их. Линет была готова отказаться от всего, о чем она мечтала, лишь бы быть рядом с неудачником, которому грозит долговая тюрьма.

Виконт посмотрел на потрескавшиеся стены, на пустые книжные полки, на потертый ковер. Скоро у Линет будет богатая и беззаботная жизнь. А у него не было уверенности даже в том, останется ли он здесь до конца этого месяца. Она не имела представления, в каком бедственном положении находится виконт Марлок. Насколько он рискует, рассчитывая на получение дохода от ее брака. Если его план не удастся, то все они через две недели окажутся на улице. Не за горами была и долговая яма. До того как поспеет урожай на его полях, пройдет много месяцев. И пройдет много лет, прежде чем его капиталовложения будут приносить реальный доход.

Даже когда она выйдет замуж, ему предстоят долгие и трудные годы упорного труда.

Да он должен, отдать ее другому. Все его будущее, будущее его тетушки, Данворта и тех людей, которые работали на его полях, зависели от того, выйдет ли Линет замуж.

Но сможет ли он обладать ею, провести с ней единственную ночь прекрасную и неповторимую, чтобы затем потерять ее? Это было немыслимо. Адриан продолжал сидеть за столом и смотреть на старинные часы своего деда, мечтая о том, чего у него никогда не могло быть.

Он знал, что ему пора подняться наверх. Линет, скорее всего, сейчас ходит по комнате, трепеща и волнуясь в предвкушении. Она знала о том, что ей предстояло. Он заранее предупредил ее, не лично, а в очередном из своих проклятых посланий. Все еще пребывая в состоянии легкого шока, он написал ей: «Граф Сонгширский настаивает на том, чтобы этой ночью я лишил Вас девственности. Ваша свадьба состоится через два дня. Все вопросы можете задать баронессе, поскольку я буду занят исполнением пунктов договора».

Данворт сообщил ему, что Линет прочитала это письмо спокойно, не теряя самообладания. Она не упала в обморок и не закричала. Однако она побледнела, и ей потребовалось присесть на некоторое время. Данворт принес ей чаю, взял ее руку в свои, а затем по ее просьбе ушел выполнять свои обязанности.

«Взять ее руку в свои» должен был Адриан. И он же должен был деликатно и осторожно сообщить ей эту новость, чтобы помочь справиться с потрясением и подготовиться к событию, которое, без сомнения, внушало ей страх.

Да он обязан был сделать все это, но, к сожалению, не смог. У него не было сил смотреть ей в глаза и читать в них упрек в предательстве, чувствовать себя виноватым в том, что ему придется покинуть ее на следующее утро.

Скажи он хоть слово – и она останется с ним. Его внезапно пронзила острая боль. Виконт сжал руками кресло и стал проклинать графа Сонгширского за все свои мучения, за каждый свой судорожный вздох. Затем, когда приступ боли прошел, Адриан решительно поднялся.

Он не будет выполнять просьбу графа Сонгширского, и тому придется самому дефлорировать молодую жену.

Адриан был на полпути к двери, когда вдруг на пороге библиотеки возникла Линет. Облаченная в одно из самых откровенных платьев, с распущенными по плечам волосами, она выглядела невероятно соблазнительной.

Адриан судорожно сглотнул. Он никак не ожидал этого. Но разве Линет хотя бы раз поступала так, как он предполагал? Как он планировал? Однако, даже принимая во внимание ее склонность к неожиданностям, он никогда не подумал бы, что девушка сама явится к нему. Адриан был ошеломлен, увидев Линет в прозрачном платье, надетом прямо на обнаженное тело.

Господи, он не мог отвести глаз от ее прекрасного тела, которое просвечивалось сквозь легкую ткань. Он любовался ее высокой грудью, тонкой талией, длинными красивыми ногами и темным мыском между бедрами.

– Адриан? – тихо произнесла она.

От нежного звука ее голоса он встрепенулся. Линет, заметив в его руках перчатки, нахмурилась.

– Вы собирались уйти? – спросила она.

Сначала он хотел солгать ей, но не смог. По крайней мере, он должен был оставаться честным с ней.

– Я не смогу сделать это, Линет.

Голос виконта прозвучал грубо, сердце снова сжалось от боли. Он не знал, какого рода была эта боль – душевной или телесной. Эти ощущения так тесно переплелись между собой, что он не мог отделить одно от другого. Он чувствовал, что его желание граничило с безумием. Но рассудок подсказывал, что он не мог обладать ею.

– Я должен идти.

Адриан сделал шаг вперед, чтобы выйти. Но Линет не отошла в сторону и осталась на месте, заслоняя собой проход. А он не мог рисковать, протискиваясь рядом с ней. Только не сейчас, когда на ней это платье. Он не должен, прикасаться к ней ни при каких обстоятельствах.

– Линет, – твердо сказал Адриан, пытаясь придать своему голосу повелительный тон, – это не сработает.

Она запрокинула голову и улыбнулась, словно поняла какую-то тайную шутку.

– Этоне сработает, Адриан? – ласково спросила она. – Вы хотите сказать, что ваше орудие повреждено? – Она многозначительно опустила глаза, посмотрев на весьма заметную выпуклость, выпирающую из его брюк. – Лично я, уверена в обратном.

– Я всегда желал вас, Линет. Вы знаете это.

Она вскинула брови, и на ее лице выразились испуг и радость.

– Правда? Я и не знала, – сказала она, сделав шаг навстречу ему. – Я рада, что вы признались в этом.