Пусть говорят… - Уилфер Хеди - Страница 27

Между тем Кэтрин продолжала тараторить:

— Мы пригласим, разумеется, своего шеф-повара, Кристофер специально пошлет за ним свой самолет. В шатре все должно гармонировать с цветом моего платья, гостям предложено прийти в черных либо в белых костюмах и… Ты уже ей сказал? — Она кивнула в сторону Стейси. — Нет? Тогда скажу я! Милочка, мы снимаем для свадебных торжеств всю гостиницу, поэтому тебе совершенно не обязательно присутствовать на банкете. Кристофер предложил отправить тебя отдохнуть в наш отель, но я не думаю, что в твоем возрасте средиземноморский климат… — Смерив Стейси неприязненным взглядом, она положила руку Эдгару на плечо и приторным голоском добавила: — Я хотела арендовать отель в швейцарских Альпах, но Кристофер решительно возражает, из-за того что я в положении… — Кэтрин погладила себя по животу. — Он ждет не дождется, когда я подарю ему сыночка! Ты видел серьги, которые он мне преподнес?

Она слегка повернула голову, и в ушах ее сверкнули огромные бриллианты, рассыпав отблески по всей комнате. Стейси вдруг расхохоталась и перебила Кэтрин:

— Так ты выходишь замуж за Кристофера?

— Да, и я тебя об этом предупреждала, милочка! Я ведь говорила, что он мой, не так ли? Мы с Кристофером давно уже любим друг друга, хотя между нами и возникали недоразумения. Кристофер признался мне, что теперь даже рад, что не уволил меня под горячую руку, как не раз собирался сделать. Впрочем, у него все равно ничего не вышло бы, я все предусмотрела, заключая с ним договор… — Кэтрин сделала выразительную паузу и воскликнула: — Мы приносим тебе свои извинения, Стейси, но, надеюсь, ты и сама уже догадалась, что Кристофер хочет передать мне управление своим лондонским отелем! Он намерен обосноваться в Лондоне на несколько ближайших лет, с тем чтобы наш сыночек мог воспитываться в лучшем английском детском саду. Это ведь чрезвычайно важно для нормального развития ребенка, не так ли?

— По-моему, для ребенка главное — знать, что его любят, — спокойно заметил Эдгар, покосившись на Стейси.

А Стейси все еще не могла до конца осмыслить слова Кэтрин.

Выходит, она любит не Эдгара, а Кристофера! И беременна от него, а не от Эдгара! Тогда какого же дьявола Кэтрин устроила мне в лондонской гостинице скандал? Боже, это недоразумение… Кэтрин решила, что я провела ночь с Кристофером…

Кэтрин наконец перечислила все свои требования и напоследок решила подсластить горькую пилюлю, которой, как ей казалось, она сегодня угостила соперницу:

— Да, чуть не забыла! Кристофер просил меня передать, Стейси, что свяжется с тобой, если услышит о какой-нибудь подходящей вакансии. Но лично я рекомендую тебе остаться в «Стаффорд-хаус». Ну, мне нужно бежать! Мы с Кристофером летим ужинать в Париж, а потом хотим пройтись по фешенебельным магазинам. Пока!

Эдгар проводил Кэтрин до машины и вернулся.

— Кэтрин выходит за Кристофера! — произнесла Стейси слова, вертевшиеся у нее в голове все это время.

Эдгар смерил ее подозрительным взглядом и тихо произнес:

— Да, Стейси. Знаешь, я должен сказать тебе, что Кристофер, по-моему, совсем не тот мужчина, который тебе нужен.

— Потому что я слишком стара для него? — притворно огорчилась Стейси.

Эдгар поморщился.

— Да нет же! Возраст здесь совершенно ни при чем!

— Неужели? Раньше ты считал иначе!

— В любом случае, он тебе не подходил ни в каком плане! Вы с ним совершенно разные люди. Я знаю, как ты к нему относишься, как тебе сейчас больно, как трудно все это пережить, Бог свидетель, я сам испытал нечто подобное…

Стейси вспомнила, что он любил Кэтрин, и порывисто сжала ему руку.

— Как я тебя понимаю, Эдгар! Она… Кэтрин тебя просто не достойна!

— Что? — Эдгар вытаращил глаза.

— Я знаю, ты думал о ней, ложась со мной в постель, — задушевным сочувственным голосом продолжала Стейси. — Мне следовало тогда остановить тебя, но…

— Но ты решила представить, будто на моем месте твой любимый Рэнднафф! — ехидно подсказал Эдгар.

— Нет! — Стейси замотала головой. — У нас с ним изначально сложились чисто деловые отношения! Он предлагал мне работу…

— Однако Кэтрин сказала, что…

— Мне наплевать, что она сказала! — перебила его Стейси. — Мы с Кристофером просто хорошие знакомые, мне и в голову не приходило закрутить с ним роман.

— Но в таком случае, почему же… — Эдгар захлопал ресницами, совершенно сбитый с толку.

— Знаешь, мне кажется, самое лучшее — забыть всю эту историю.

— Как это — забыть? Но разве могу я забыть самые важные для меня, самые дорогие часы моей жизни? — севшим голосом возразил Эдгар. — Ты не понимаешь, что говоришь, Стейси! Я столько лет ждал, когда ты обратишь на меня внимание, не говоря уже о том, что прикоснешься ко мне, ощутишь желание быть моей. И если ты полагаешь, что я способен забыть хотя бы одно мгновение удовольствия, которое ты мне подарила, то… Я знаю, ты не любишь меня, Стейси! У меня никогда не было иллюзий на сей счет. Но, Бог свидетель, я лез из кожи вон, чтобы вызвать у тебя хоть какое-то ответное чувство на свою тайную любовь, пробить брешь в стене равнодушия, которой ты отгородилась от меня. Я много лет жил одной лишь тайной любовью к тебе…

Эдгар любил меня? — не поверила Стейси и с дрожью в голосе спросила:

— Ты любил — меня?

Эдгар посмотрел на нее, как на душевнобольную.

— Ну конечно же, черт бы тебя подрал! А кого же еще?! Я полюбил тебя с первого же взгляда! А когда ты рожала Джесс, я испытал самое сильное ощущение в своей жизни, своеобразную кульминацию любовного акта. Нечто похожее я почувствовал лишь совсем недавно, когда обнимал тебя в постели… Если бы ты знала, как я хотел, чтобы Джесс была моей дочерью, как мечтал о том, чтобы ты стала матерью моего ребенка!

— Все это только в прошлом? — робко спросила Стейси.

Эдгар порывисто обнял ее и прижал к груди.

— Не надо, Эдгар! — испуганно прошептала она, заметив неистовый блеск в его глазах. — Только не здесь и не сейчас, нас могут увидеть…

— Мне на всех наплевать, — пробормотал Эдгар и жадно поцеловал Стейси. — Однако, пожалуй, лучше все же уединиться…

— Прекрасная мысль, — томно отозвалась Стейси. — Может быть, поднимемся в спальню?

— У меня есть более интересное предложение! — И, схватив Стейси за руку, Эдгар увлек за собой к выходу.

— Куда ты меня притащил? — смеясь, спросила Стейси, когда они очутились на парковочной площадке возле гостиницы.

— Мы с тобой поедем домой! — радостно объявил Эдгар и спросил, когда они уселись в машину: — Так я верно понял твой намек относительно прошлого и настоящего?

— Кажется, да, хотя я и не совсем еще уверена, — прошептала Стейси.

Она умолчала о том, что вот уже неделю ей нездоровится по утрам, и она даже позвонила в больницу, чтобы выяснить у врача, не повредят ли таблетки, прописанные ей от болей в ноге, крохотному живому существу, растущему в ее чреве. Конечно, следовало бы сдать анализ крови на беременность, но Стейси не осмелилась на этот шаг, угнетенная предположением, что и другая, любимая Эдгаром, женщина вынашивает его дитя.

И потому всю минувшую ночь она ворочалась с боку на бок, проклиная злую судьбу, обрекшую ее растить своих детей без отцов.

— Интересно, что скажет обо всем этом Джесс? — прошептала она, спустя два часа лежа в постели с Эдгаром.

Он промолчал и убрал с ее лица прядь волос, нежно поцеловал в лоб. Эдгар не решался поначалу предаться любовной игре, боясь причинить вред будущему ребенку, но Стейси успокоила его, объяснив, что ничего плохого не случится, и пылко добавила, что буквально сгорает от желания отдаться ему.

— Все это для меня так ново, необычно! — простодушно воскликнула она. — Ничего подобного я раньше не испытывала. Ведь мы с Генри были неопытными детьми. Нам было хорошо вместе, но то, что я чувствовала тогда, можно назвать лишь слабым намеком на мои нынешние ощущения. И почему мы с тобой такие дураки! Потеряли столько лет из-за собственной нерешительности! Мне казалось, что я тебе не нравлюсь и ты относишься ко мне осторожно и с недоверием.