Под музыку дождя - Уилфер Хеди - Страница 9

– Доброе утро, Джерри, – поздоровалась она с ним.

– Доброе утро… Мм, Аделин, возьми блокнот и зайди в кабинет.

В течение нескольких секунд, пока она подходила к своему столу и доставала из выдвижного ящика блокнот и карандаш, его взгляд неотступно следовал за ней; затем он сделал шаг назад и вернулся в свое вертящееся кресло.

Бросив случайный взгляд на диван, занимавший чуть ли не полстены, Джерри вдруг вспомнил, как они с Адедин восемь месяцев назад занимались на нем любовью. Это была неожиданная, жаркая и до умопомрачения сладострастная схватка…

В офис вошла Аделин, он мгновенно оторвал глаза от дивана, указал ей на кресло перед столом и сразу приступил к делу.

– Есть ли какие-нибудь новости, связанные с бизнесом Макбрайта? – спросил босс и прямо посмотрел ей в глаза.

– Вчера в конце рабочего дня от них пришла телеграмма. Я положила ее тебе на стол.

– О чем в ней речь? Изложи в двух словах, – сухим голосом попросил ее Джерри и неожиданно нахмурился.

– Очередной спад в прибылях. Причины не указаны. Обычный оптимистический прогноз на ближайшие полгода, но ни слова о том, почему так замедлились темпы за минувшие шесть месяцев.

– А ты звонила самому Макбрайту?

– Да, но его не оказалось на месте.

– А где же он был?

– Откуда же мне знать? – Аделин начали раздражать его въедливые вопросы. Что с ним происходит? Джерри находился явно в скверном расположении духа, и это было не похоже на него. – Может быть, нам следует нанять секретного агента, чтобы он отслеживал каждый шаг Макбрайта? – подпустила она шпильку.

Джерри заметил, как на ее скулах появились красные пятна. Черт возьми, он и сам понимал, что проявлял по отношению к ней неоправданную агрессивность, но ему было трудно сдержать себя.

В иные дни начинало активно работать его больное воображение, ему казалось, что в него вселялся злой демон, который через его сознание издевался над Аделин, а сам он был тут ни при чем. И такое творилось с ним в продолжение последних восьми месяцев. Причем творилось только на глазах секретарши. Другие сотрудники компании никаких особых перемен в настроении босса не замечали.

О Боже, лучше бы он сразу после той пятницы перевел ее в какой-нибудь другой отдел! Повысил бы ей ставку, чтобы переход для нее был оправданным и гладким, и дело с концом. Но всякий раз, когда Джерри начинал думать о том, что, приходя по утрам на работу, он уже не будет видеть в офисе эту женщину, ему становилось не по себе, и тогда в его голове опять пробуждалась спасительная мысль: Аделин – лучшая секретарша в Штатах, другой такой не найти, и он ни в коем случае не должен терять ее.

– Не думай, что я плачу тебе за колкости и шпильки, – холодным тоном бросил он ей и, не дожидаясь ответа, углубился в изучение лежавшей перед ним телеграммы от Макбрайта. – Да тут просто концы с концами не сходятся! – возмутился Джерри, ознакомившись с телеграфным посланием бизнесмена. – Этот отель мог бы давать прибыль, какая ему и не снилась. Ведь он расположен на острове, утопающем в лучах солнца, его связывает воздушное сообщение со Штатами, вокруг нет никакой политической нестабильности. Но что же, черт побери, происходит? Вот же дьявол! Лучше бы я взялся за это дело сам, вместо того чтобы поручать его Биллу. А ну-ка я поговорю с ним по внутреннему… Пока не уходи, мне нужно продиктовать тебе письмо после разговора с Биллом.

Телефонный диалог босса с финансовым директором длился всего две-три минуты. Положив трубку, Джерри, как разыгравшийся ребенок, крутанулся в своем вращающемся кожаном кресле на триста шестьдесят градусов и, остановив взгляд на «лучшей секретарше в Штатах», весело сказал:

– А теперь сочиняем письмо.

Природа наградила его безупречным чувством слова, и он всегда диктовал безукоризненно, так что Аделин после его диктовки даже не нужно было вносить в текст какую-то правку. Среди многочисленных бизнесменов, встречавшихся на ее секретарском пути, Джерри был одним из немногих, у кого ясность мысли гармонично сочеталась с ясностью ее выражения.

Когда она по окончании записи встала и уже хотела было пройти к себе в приемную, он нетерпеливо взмахнул рукой и, указав ей на кресло, сказал:

– Сядь. Я еще не закончил с тобой.

Его взгляд невольно задержался на ее груди, прикрытой ослепительно белой тканью. На Аделин была блузка с многочисленными мелкими пуговичками и круглым воротничком под горлышко. И в ту же секунду в нем вспыхнуло жгучее желание овладеть ею. Овладеть как тогда, в ту пятницу, и на этом же диване. Ему захотелось сорвать с нее эту белую рубашку с тысячей неприступных пуговиц-телохранительниц, высвободить ее груди из бюстгальтерного плена и вновь попробовать их на вкус. Он хотел раз и навсегда установить для себя: была ли их интимная близость в тот вечер на самом деле такой великолепной, какой она всплывала время от времени перед его глазами, или же его память хранила всего лишь иллюзию?

– Хочу попросить тебя заказать для меня цветы.

– Цветы? – Рука Аделин застыла на блокноте.

– Разве ты меня не расслышала?

– Хорошо. Но какие цветы?

– А какие, на твой взгляд, любят женщины? Розы? Фиалки? Орхидеи?… Закажи любые, но только не дешевые.

– А должна ли быть приложена к букету открытка или записка? И какого содержания? – спросила Аделин.

Она знала, что в последние месяцы у Джерри бывали женщины. Он и не пытался скрывать от нее свою любовную жизнь. Ей было известно, что босс менял любовниц как перчатки. Но никогда еще ей не приходилось служить связующим звеном между ним и его очередной пассией, и одна только мысль об этой роли жутко угнетала ее.

– Напиши просто: «В знак благодарности за подаренное мне приятное времяпрепровождение», – задумчиво произнес Джерри.

– И больше ничего?

– А что еще можно сказать, когда отношения между мужчиной и женщиной свертываются? – В его голосе прозвучали саркастические нотки.

– Хорошо. Мы закончили? Я свободна?

– Ты куда-то спешишь? Может быть, на свидание?

– У меня скопилось много работы, а… обстоятельства складываются так, что сегодня я хотела бы, с твоего разрешения, уйти чуточку пораньше.

– Но сегодня у меня назначена на шесть часов встреча с Биллом, и я хочу, чтобы ты присутствовала на ней для ведения протокола, – уведомил он ее. – Нам надо обсудить с ним эту осточертевшую проблему Макбрайта и отеля «Восходящее солнце».

– Извини, но я не смогу.

– Почему же? – Его вращающееся кресло повернулось так, чтобы он мог посмотреть ей прямо в глаза.

– Сегодняшний вечер у меня был спланирован заранее…

– В твоих силах изменить эти планы. Билл улетает завтра на Дальний Восток, но перед его отъездом я хотел бы утрясти этот вопрос с Макбрайтом, и мне нужна твоя помощь.

– Извини, – повторила она, – но, может быть, мне удастся договориться с Марджи? Она подменила бы меня вечером на твоей встрече с Биллом, а завтра утром я сразу же расшифрую ее стенографическую запись…

– Какие такие планы и обстоятельства могут выбивать тебя из обычной рабочей колеи, Аделин? – процедил Джерри сквозь зубы и добавил: – По негласной договоренности между мной и моей секретаршей сверхурочная работа является ее непреложной обязанностью. Именно поэтому ты получаешь такую щедрую зарплату.

После длительной паузы Аделин вынуждена была признаться:

– Мы с моим другом договорились пойти в Музей изящных искусств, а потом вместе поужинаем.

– Иными словами, ты собралась на свидание.

Кровь в жилах Аделин закипела, и она опустила глаза, чтобы он не увидел в них гневное сверкание. Неужели этот мужчина полагает, что может иметь под боком гарем женщин и распоряжаться ими по своему собственному сексуальному усмотрению, а она, такая скучная и непышнотелая, пригодна лишь для романа на одну ночь, и то с перепившим мужиком, который до этого весь день скорбел о своей трагически погибшей жене?

Стив, с которым она собиралась провести этот вечер, возможно, и не был из числа ее самых блистательных ухажеров, но, встречаясь, они оба чувствовали себя легко, свободно и весело. С ним она действительно отдыхала, и ее вздернутые нервы успокаивались.