Ты моя судьба - Сангер Пола - Страница 7

Улыбка на лице Хораса стала немного напряженной.

— Мейбел, я прошу вас выйти за меня замуж.

Он что, не шутит? Значит, интуиция ее не подвела?

— Это невозможно, — не задумываясь, ответила Мейбел. — Мы же ни разу не были вместе, даже в кино.

Хорас нахмурился.

— Разве это так важно?

С ума сойти! — подумала Мейбел. Неужели он говорит серьезно?

Мейбел пристально, без улыбки взглянула на него. На лице Хораса было написано ожидание. Ожидание ответа на вопрос. Больше ничего.

Да, похоже, именно так он и думает, пришла к заключению Мейбел. Такие вещи, как совместные обеды, походы в кино, прогулки в парке, все, что позволяет лучше узнать друг друга, для него пустяки. Главное — он все обдумал и решил. Она усмехнулась. А я-то, дурочка, считала, что предложение руки всегда включает еще и предложение сердца.

— Сэр, я думаю, лучше всего было бы…

— Пожалуйста, дорогая, называй меня Хорас. Раз уж мы собираемся пожениться…

Несколько минут назад Мейбел восхищалась, с какой легкостью Хорас манипулировал людьми, но сейчас, когда он пытался манипулировать ею, она запаниковала.

— Но я не дала еще своего согласия…

На его лице промелькнуло удивление, тут же сменившееся лучезарной улыбкой.

— Да-да, конечно, — непринужденно проговорил он. — Думаю, мое предложение прозвучало несколько неожиданно.

«Несколько неожиданно»! — мысленно передразнила его Мейбел. Как будто все дело в неожиданности! Ее поразила его невероятная самонадеянность, которой она раньше в Хорасе не замечала.

— Мейбел, я не прошу тебя дать ответ немедленно. Подумай какое-то время и, когда решишь, дай мне знать.

Похоже, подразумевалось, что ответ может быть только положительным. Если она не ухватилась за его предложение сразу, по-видимому, считал Хорас, то только потому, что хотела сохранить лицо.

Теперь Мейбел поняла, что имела в виду миссис Коннингтон, услышав, что она собирается вернуться на свое постоянное место работы: «официальная версия», «мы одобряем»… Эта женщина знала, что задумал Хорас Блантон, еще до того, как сама Мейбел стала только подозревать о его планах. Значит, он наметил кандидатуру и заранее обсудил ее со своими советниками и советчицами: не будут ли они возражать против его выбора? Ну и ну! Хорошо еще, что он не потребовал дать ответ немедленно.

Мейбел поднялась, чувствуя, что ноги держат ее не очень крепко.

— Я не успел сказать тебе, Мейбел, что это очень важная вечеринка. Возможно, самая важная в этом году.

Это была уже знакомая почва, и Мейбел воспрянула духом. Даже обрела способность иронизировать. Ты должна гордиться, что тебе сделали предложение до этой вечеринки, а не после, сказала она себе.

Мейбел мысленно пробежала список приглашенных. Такие вечеринки устраивались регулярно раз в месяц, и сегодняшний ее состав не был исключением — обычная мешанина гостей. Несколько человек из университетского совета — те, кто вложили в университет значительные средства, несколько спонсоров поскромнее, кое- кто из бывших выпускников, которые могли стать спонсорами, некоторые профессора и с десяток студентов, удостоенных этой чести за особые заслуги. Кто же среди них необычный гость? Настолько необычный, что его присутствие делало эту вечеринку особенной, не похожей на ту, что Мейбел проводила в прошлом месяце?

— Я пригласил еще одного человека, дополнительно, — пояснил Хорас. — Мне сообщили сегодня утром, что он в городе, и я на всякий случай позвонил ему, спросил, свободен ли он сегодня вечером и не хочет ли к нам прийти. Мне показалось, ему было приятно мое приглашение. Поэтому я прошу тебя приложить особые усилия, чтобы этот наш гость чувствовал себя здесь как можно лучше.

— Я всегда стараюсь, чтобы всем было у нас приятно, — ответила Мейбел.

— Нет-нет, я хотел бы, чтобы этому гостю ты уделила максимум внимания. Лично ты, Мейбел. Поэтому сегодня вечером не исчезай, как обычно, а, наоборот, будь все время на виду…

— … Играя роль хозяйки, — закончила она. Слова скрипели на зубах, как песок.

— Если тебе приятно, считай, что это так. Мне бы очень хотелось, чтобы ты справилась с этой ролью.

— Как скажете, сэр.

Хорас шутливо погрозил ей пальцем.

— Тебе нужно отучаться от этой привычки. Когда мы поженимся… Да-да, я помню, ты еще не дала окончательного согласия, но, во всяком случае, ты можешь постепенно привыкать к грядущей перемене.

Мейбел сделала глубокий вздох и, решив воздержаться от ответа, направилась к двери.

— И ты не хочешь узнать, кто к нам придет?

— Меня это не интересует. Я буду обращаться с ним так же, как с остальными, — строптиво ответила она.

— Разумеется, дорогая. — Хорас снова покачал ногой. — И все же, думаю, тебе лучше об этом знать. Наш гость может стать самым крупным спонсором со времен создания нашего университета. Когда он окончательно продаст свою компанию, у него будет куча денег. Без сомнения, он захочет выразить нам свою благодарность: ведь здесь он получил степень, чему и обязан своими нынешними успехами. Я заглянул в его личное дело: он окончил инженерный.

У Мейбел прервалось дыхание.

Не глупи, велела она себе. Хорас ведь не сказал, когда он окончил университет. Должно быть, это человек преклонных лет, раз он продает свое дело.

Каждый семестр университет оканчивают сотни студентов, и большинство из них со временем открывают собственный бизнес. Почему же она вдруг подумала именно об одном человеке? К тому же, когда они разговаривали в последний раз, он твердо сказал, что его ноги здесь больше не будет.

И, помимо всего прочего, нет никаких причин, чтобы при одной только мысли о нем ее сердце застучало, словно град по жестяной крыше. Все прошло. Окончательно.

— И кто же эта чудесная находка? — небрежно спросила Мейбел.

Хорас произнес имя медленно, с удовольствием, как будто пробуя на вкус каждый слог:

— Джереми Стейтон.

Сердце Мейбел ухнуло и остановилось.

Вечеринка перевалила за вторую половину, а Джереми Стейтон так и не появился.

Мейбел бродила среди гостей с наполненным наполовину стаканом минеральной воды и следила, чтобы никому не было скучно. Ей было немного не по себе. Прежде она всегда оставалась в тени: все организовывала, но в контакт с гостями не вступала. Однако на этом вечере, с раздражением думала Мейбел, Хорас Блантон неожиданно изменил правила.

Она в очередной раз незаметно поправила складки на своей юбке цвета ржавого железа. Она выбрала именно этот костюм потому, что он был чуть темнее ее рыжих волос и не очень маркий. Занимаясь подготовкой всевозможных мероприятий в Круксбери-Хилл, Мейбел охотно его носила. Но сегодня вечером, на фоне изящных маленьких платьев для коктейлей, которые были на большинстве женщин, ее наряд выделялся не в лучшую сторону. Если бы Мейбел знала, что задумал Хорас, то, конечно, оделась бы наряднее.

Мейбел заметила, что, скрывая напряженность под улыбкой, Хорас постоянно посматривал на дверь: сначала с надеждой, потом с явным раздражением. Мейбел даже стало жаль его, но в то же время она чувствовала облегчение, что Джереми Стейтон так и не появился. И вряд ли появится.

Скорее всего, Джереми, приняв приглашение, тут же забыл о нем. А возможно, он и не принимал приглашение, просто Хорас выдал желаемое за действительное. Точно так же он считает, что я уже дала свое согласие на брак, подумала она. Есть и еще один вариант: чтобы отвязаться от Хораса, Джереми обещал приехать, но на самом деле решил не появляться, хотя грубость была ему не свойственна. Во всяком случае, тогда, когда…

Нет, не следует предаваться воспоминаниям. С этим покончено, напомнила себе Мейбел, раз и навсегда.

Когда один из мужчин с жаром описывал острый момент вчерашнего футбольного матча с участием национальной сборной, шум в зале вдруг стих. Мейбел скользнула взглядом по залу, выискивая причину столь неожиданной тишины.

Довольно быстро она выяснила, что внимание всех присутствующих притягивал к себе с силой мощного магнита мужчина, стоящий под арочным сводом между гостиной и вестибюлем. Высокий, худощавый, одетый в легкий светло-серый костюм, он невозмутимо обозревал собрание.