Его лучшая любовница - Уоррен Трейси Энн - Страница 39

Резко повернувшись, он прошел к себе в кабинет, где, как он знал, его будет ждать графин с виски. Взяв стакан, он налил себе щедрую порцию, решив, что ему все-таки нужно нечто покрепче лимонада.

«Женаты! — подумал он, делая большой глоток виски. — Мы с Габриэлой связаны навсегда — и этого уже не изменить». Тем не менее, он с удовольствием думал о том, как проведет с ней весь ближайший месяц в Торн-Парке. Он редко пользовался этим небольшим поместьем, которое купил давным-давно, когда ему вдруг захотелось сельской идиллии. Однако когда он решал, где им с Габриэлой можно провести медовый месяц, ему вспомнилось именно это поместье его тишина и уединенность показались ему именно тем, что было нужно. Здесь он со своей женой без всяких помех сможет поздно вставать, рано ложиться и проводить дни в ленивой неге, так что они смогут наслаждаться друг другом сколько душе угодно и сколько угодно будет телу.

Допив виски, он снова вспомнил утреннюю церемонию и то, как обворожительно хороша была Габриэла. «Моя жена, — подумал он, — которая будет мне принадлежать так долго, на сколько хватит нашей страсти». А когда желание остынет, они, надо полагать, смогут ладить достаточно хорошо, так что жизнь у них будет не хуже, чем у большинства супружеских пар. Однако сейчас ни о каком остывании и речи быть не могло нетерпение и с трудом сдерживаемое желание не давали ему покоя.

Ему пришло в голову, что, возможно, ему следует немного устать, чтобы хоть как-то смягчить нетерпение и желание. Готовясь к медовому месяцу, он распорядился переправить в Торн-Парк из Роузмида пару своих любимых коней, чтобы они с Габриэлой могли при желании проехаться верхом. Возможно, поездка галопом и холодная ванна помогут ему успокоиться настолько, чтобы вытерпеть следующие несколько часов, когда, наконец настанет время для постели — и Габриэлы.

«Да, это правильно — иначе я выпью еще очень много виски», — понял он. Почему-то ему казалось, что она будет, не слишком довольна, если в первую брачную ночь ей придется иметь дело с пьяным мужем. Приняв решение, он поставил на столик хрустальный стакан и вышел из комнаты.

Выглянув в одно из четырех окон главных апартаментов, Габриэла увидела, как Тони скачет на коне по двору. Копыта его стремительно летящего вороного жеребца разбрасывали комки земли и клочья травы. «Оба великолепны, — подумала она, — и всадник, и конь!» Словно пытаясь обогнать ветер, эта пара направилась к купе деревьев вдали — и исчезла за ними, заслоненная зеленью.

Она вздохнула, жалея о том, что Тони не позвал ее с собой: видит небо, ей сейчас не помешало бы отвлечься! Наверное, он решил, что она легла спать — отдыхает перед грядущей ночью. Но как она может заснуть? Особенно после его откровенного обещания пробыть с ней допоздна! Такого многозначительного обещания.

Дрожь пробежала по ее телу при воспоминании о том, как его губы шептали ей нежные слова, чуть прикасаясь к уху, и веки ее опустились. Не от страха, а от острого нетерпения.

Как ни стыдно ей было это признавать, но она с радостным предвкушением ожидала этой ночи, ей хотелось, наконец, познать все тайны близости. Тони уже познакомил ее с головокружительным наслаждением, хотя пока они только обменивались поцелуями и прикосновениями. Она знала, что это не все, но не могла себе представить, как что-то может оказаться еще лучше, чем то, что она уже успела изведать.

Оторвав взгляд от окна, она обнаружила лимонад и печенье, которые принесла миссис Лэмстед. Однако, несмотря на то, что все выглядело очень привлекательно, аппетит ее совершенно покинул. Оставалось надеяться, что к обеду он вернется, иначе трапеза покажется ей невыносимо долгой!

В следующую секунду она неожиданно зевнула. Прикрыв рот ладошкой, Габриэла с удивлением подумала, что, похоже, Тони прав: наверное, ей следует сделать над собой усилие, чтобы лечь и отдохнуть. Она определенно имеет право чувствовать себя усталой, последние несколько дней были полны хлопот, да и этим утром она пережила очень много волнений. Ей до сих пор не удалось полностью опомниться после того поцелуя, которым он наградил ее у алтаря в тот момент она испытала такое желание, что забыла обо всем на свете.

Потом, за свадебным завтраком, она только передвигала еду по тарелке, не в состоянии была думать ни о чем, когда рядом с ней сидел Тони. Тем не менее, она время от времени заставляла себя проглотить хоть что-то и даже съела полкуска вкуснейшего торта, на который у поварихи ушло столько трудов. А потом она переоделась в дорожный костюм, попрощалась с близкими и Тони усадил ее в экипаж под приветственные крики и теплые пожелания всех гостей.

Даже сейчас ей трудно было поверить, что все это было на самом деле, и она посмотрела на свои кольца, рассчитывая, что их блеск и тяжесть убедят ее в том, что все это ей не приснилось. И сегодня ночью она станет женой Тони — не только официально, но и в реальности.

Снова задрожав, она прошла к кровати и дернула сонетку, решив, что теплая ванна поможет ей расслабиться, а ароматное лавандовое мыло, которое она привезла с собой, сделает ее кожу душистой и мягкой, чтобы Тони было приятнее ее обнимать. Пожалуй, она даже вымоет голову. Если она как следует, вытрет голову несколькими полотенцами, а потом немного посидит у открытого окна, волосы успеют высохнуть к тому моменту, когда настанет время переодеваться и спускаться к обеду. Почувствовав прилив бодрости, она скинула туфельки и стала ждать прихода горничной.

Глава 14

— Еще вина? — спросил Тони голосом, который был таким же богатым оттенками и бархатным, как мерло, которое они пили за обедом.

Он чуть подался вперед, чтобы взять графин.

— Нет, — сказала Габриэла, протестующе прикрыв рюмку рукой. — Больше не надо, иначе я могу опьянеть.

Секунду он молчал, а потом откинулся на спинку стула.

— Не стоит беспокоиться, я уверен, что ты все равно останешься прелестной. Но, наверное, сейчас ты права. Тогда перейдем к десерту?

Она кивнула, соглашаясь.

— Хотя и не знаю, смогу ли съесть хоть кусочек. Все было так вкусно!

— Может быть, ты предпочла бы отправиться в постель? Я могу попросить миссис Лэмстед, чтобы она подала нам десерт попозже.

Сердце у нее отчаянно забилось и она почувствовала странный испуг, которого раньше не ощущала.

— Да, хорошо. Т-ты ко мне придешь?

Глаза Тони потемнели.

— Через несколько минут.

Встав из-за стола, он отправился искать миссис Лэмстед.

Поблагодарив за вкусный обед, он заставил ее изумленно округлить глаза, сообщив, что завтра она может прийти в особняк после полудня. Когда она запротестовала, сказав, что они с Габриэлой утром останутся голодными, он разрешил приготовить для них в холодной кладовой не тронутый этим вечером десерт, а также блюдо с холодными продуктами, подходящими для завтрака. Еще ей было велено поставить на плиту чайник с водой и выложить все, что нужно, чтобы заварить чай. А в остальном, заверил он ее, они с молодой женой вполне справятся сами. Предоставив удивленной женщине заканчивать свои труды и запирать дом, он пошел наверх.

Тем временем у себя — нет, у них — в спальне Габриэла стояла в халатике из тонкого шелка и ждала прихода Тони. Взгляд ее то и дело обращался к кровати — огромному предмету мебели с резными колоннами вишневого дерева и темно-зеленым балдахином. Одеяло было отогнуто в безмолвном приглашении, шторы задернуты, создавая атмосферу уединенности и комфорта. Горничная помогла ей раздеться, с улыбкой пожелала доброй ночи и ушла в комнаты для прислуги, которые в поместье размещались в отдельном флигеле.

Оставшись одна, Габриэла бросила взгляд на дверь, ведущую в туалетную комнату оттуда, доносились негромкие звуки, говорившие о том, что Тони уже там. У нее учащенно забилось сердце.

«Раньше я не нервничала, — подумала она. — Тогда почему вдруг сейчас так волнуюсь? Это же Тони — человек, которого я знаю и которому доверяю. Мужчина, которого я люблю… мой муж!»