Соблазненная его прикосновением - Уоррен Трейси Энн - Страница 50

— Да, — прошептала Грейс. — Я уверена в этом.

Через минуту, словно почувствовав, что ей надо побыть наедине, старик повернулся и ушел в глубину сада. В горле у нее образовался ком, и она заплакала.

А потом засмеялась от радости.

Ничего не получается, думал Джек, направляя лошадь к дому Грейс. Он уже столько времени находится в Кенте, а ни ее доверия, ни ее расположения не завоевал. Но эти чувства нельзя навязать силой, и он пока не убедил жену в своей искренности. Тем не менее пойдет на все, чтобы сделать это, сколько бы времени ему ни понадобилось.

А вдруг этот день никогда не придет?

Не может быть! Любовь способна творить чудеса.

Грейс дала ему пусть слабую, но все-таки надежду, когда попросила не уезжать. И они снова жили вместе, хотя это был только платонический союз. Он провел столько бессонных ночей, зная, что Грейс находится в соседней комнате, и будет спать один, пока она сама не позовет его в свою постель. А учитывая ее беременность, это продлится долгие месяцы.

И все же он рад, что они рядом.

Теперь он будет ждать и надеяться, что она впустит его не только в свой дом, но и в свое сердце.

Джек передал гнедого конюху и вошел в дом. Отбросив грустные мысли, собрался идти наверх, чтобы переодеться, когда его остановила служанка. Она с робкой улыбкой сделала реверанс.

— Ее светлость желает, чтобы вы присоединились к ней в саду, милорд.

— Хорошо. Сейчас же пойду туда.

— О нет, она ждет вас в шесть часов, милорд. Не раньше!

Джек удивленно спросил:

— А в чем, собственно, дело?

— О, я не знаю, милорд. Ее светлость просто велела передать вам это, и больше ничего. Извините, но мне пора идти. Миссис Макки будет недовольна, если я задержусь.

— Боже тебя упаси рассердить нашу экономку!

Служанка замерла, явно не понимая его.

— Иди, — улыбнулся ей Джек.

Девушка с облегчением сделала реверанс и быстро исчезла.

Странно, подумал он, скрестив руки на груди. Сейчас начало шестого, скоро солнце зайдет, так почему Грейс хочет видеть его в саду именно в это время?

Неожиданно Джек вспомнил другую встречу, в другом саду. Тогда, в Брэберне, она сказала, что выйдет за него, если он купит ей этот дом, а позже они будут жить раздельно.

Значит, она, в конце концов, приняла какое-то решение? И если так, предпочла ли Грейс свободу дальнейшей жизни с ним?

Глава 29

Сад мерцал от множества ароматных восковых свечей, расставленных на поляне. В центре стоял ее стол для рисования, теперь накрытый белой скатертью, украшенный фарфором, хрусталем и серебром.

На столе тоже горели свечи. Красные, розовые и кремовые цветы в изящной вазе добавляли приятную цветовую гамму, как и великолепный золотисто-оранжевый закат на горизонте.

Часы в доме пробили шесть раз. Она надеялась, что Джек не опоздает и не пропустит чудесное зрелище, устроенное самой природой.

Грейс подумала, не послать ли за ним слугу, но все и так уже решили, что она ведет себя довольно странно, пока выполняли ее необычные требования. Поэтому не стоит давать им лишний повод для пересудов.

Услышав шаги мужа, она с радостной улыбкой повернулась к нему.

— Что все это значит? — нахмурился Джек.

Его неприязненный тон удивил Грейс, но она не позволила омрачить ее хорошее настроение.

— Обед! Я подумала, что будет замечательно поесть на свежем воздухе при таком красивом закате.

Джек посмотрел на небо:

— Солнце быстро зайдет, и станет темно.

Ее улыбка слегка погасла.

— Но появятся звезды. Свечи и звезды — изумительное сочетание.

— Не в октябре. — Джек скрестил руки на груди. — Обедать на воздухе в это время года слишком холодно.

— Не думаю. Погода сейчас очень теплая, мы даже не заметим прохладного ветерка.

Он молча смотрел на закат.

Что с ним? Почему он так раздражен и несговорчив? Наверное, просто голоден, сказала она себе. Возможно, вкусная еда оправит ему настроение.

— Не пора ли нам приступить к обеду? — с улыбкой предложила Грейс. — Я думаю, лучше всего начать с супа.

На миг ей показалось, что он собирается уйти в дом. Но Джек выдвинул для нее стул, помог ей сесть и занял место напротив.

По ее знаку появились слуги. Один налил вино Джеку и лимонад ей, второй разливал суп. Затем оба исчезли.

Струйки пара поднимались над тарелками, и Грейс приступила к еде.

— О, вкусно. Томатный, один из твоих любимых.

Молча съев несколько ложек, он взглянул на нее:

— Лучше ешь поскорее, а то через две минуты суп остынет.

— Джек, ты выглядишь расстроенным. Что-нибудь случилось?

— Нет, с чего ты взяла? — Он уткнулся в тарелку.

— Ты ездил в деревню. Ничего плохого не произошло?

— Там вроде все в порядке.

— Я рада.

— Твой суп остыл? — спросил он, кладя свою ложку в пустую тарелку. — Почему ты не ела?

— Мне... просто не хочется. Может, перейдем к следующему блюду?

— Не возражаю.

Напряжение нарастало. Что-то непредвиденное произошло с Джеком, только он не хотел ей ничего говорить. Минут через пятнадцать Грейс надоело смотреть на его надутое лицо, и она встала.

— Ты вся дрожишь, — заметил он. — Не следовало так долго находиться на воздухе вечером.

— Да, ты прав, — сказала Грейс, чувствуя подступающие слезы. — Это была глупая затея.

— Тогда зачем ты все это придумала? Чтобы смягчить удар?

— Какой удар? О чем ты? Я лишь пыталась сделать что-то необычное, праздничное, а ты все испортил. — У нее внезапно полились слезы.

— Боже, ты плачешь?

— Нет! — крикнула она. И громко зарыдала.

Джек обнял ее, прижал к себе.

— Прости меня, прости, — шептал он. — Конечно, я немедленно уеду, если ты этого хочешь. Только не плачь.

— Уедешь? — всхлипнула Грейс, подняв голову. — Ты считаешь, что я этого хочу?

— А разве нет? Разве ты устроила этот прощальный обед не в честь того, что отсылаешь меня отсюда?

— И мысли такой не было. Поэтому ты так ужасно вел себя?

— Прости. Я был в дурном настроении...

— Ты сердишься на меня, а ведь без всякого повода. Иногда, Джек Байрон, ты бываешь полным идиотом. — Грейс отступила и вытерла заплаканное лицо. — Сегодня вечером я хотела сказать, что люблю тебя. И верю, что ты любишь и всегда любил меня. И что я прощаю тебя за все.

— Правда?

— Да. Я подумала, что будет так романтично устроить обед в саду, который ты специально посадил для меня! Мистер Потсли рассказал, как ты старался, чтобы мне все здесь понравилось, и я поняла... ты никогда бы этого не сделал, не любя меня. Я хотела сказать тебе все это после обеда, но...

— Но я все испортил. — Джек снова притянул ее к себе. — Ты права, дорогая. Я идиот. Тупой болван, который делает нелепые заключения. Сможешь ли ты простить меня? Вторично?

— Не должна бы. Особенно после сегодняшнего. Но, так и быть, сделаю это, потому что люблю тебя.

— Спасибо, родная, — улыбнулся Джек. — Я боялся, что никогда уже не услышу от тебя этих слов.

— Я никогда не переставала тебя любить, — шепотом призналась она. — Даже когда ненавидела. А порой даже готова была тебя убить.

Он засмеялся и еще крепче обнял ее.

— Ты моя дорогая, любимая жена. Мой друг, — говорил он, подчеркивая каждое утверждение поцелуем. — А теперь пойдем в гостиную, сядем у камина и приступим к десерту.

— Вообще-то я бы предпочла пойти наверх.

— О, — разочарованно произнес он. — Если ты устала, то, конечно, должна отдохнуть.

— Кто сказал, что я устала? — Грейс обняла его за талию. — Я просто хочу пойти наверх. С тобой.

— В самом деле?

— Конечно. Итак, чего мы ждем? Или вы потеряли свою форму, милорд? — добавила она с соблазнительной улыбкой.

— Ах, вот как ты считаешь? Ну, смотри!

Завладев ее ртом, Джек привел ей доказательства, которых Грейс так долго ждала.