По ту сторону страха - Форд Джей - Страница 30

— Да, конечно. Жду вас днем в мастерской, — ответил он.

Опустив очки на нос, он развернул машину, въехав в кусты, которые росли на противоположной стороне этой узкой дороги, и, махнув рукой на прощание, двинулся вниз по склону холма.

«Наслаждайся, Мэтт, своим позором. Твоя интуиция никуда не годится», — сказал он себе.

13

Поднимаясь по лестнице на веранду, Джоди почувствовала запах бекона и только что сваренного кофе. Она постояла некоторое время у двери, чтобы успокоиться и собраться с духом. Джоди так быстро взбежала на вершину холма, что теперь никак не могла отдышаться. «Я, наверное, сегодня поставила мировой рекорд», — подумала она. Ее нервы сейчас были напряжены до предела, а сердце трепетало от страха. Если она войдет в комнату и прямо с порога скажет подругам о том, что чудесный парень Мэтт Вайзмен, который вчера вечером их спас, судя по всему, бабник и маньяк, подруги подумают, что она сошла с ума. Они ведь не знают о том, что сейчас произошло на дороге. Коррин и Ханна, скорее всего, скажут, чтобы она убиралась к чертовой матери и не портила им отдых.

Но ей обязательно нужно обо всем им рассказать. Кто предупрежден, тот вооружен.

Когда Джоди открыла дверь, Коррин, сидевшая у барной стойки, подняла голову и посмотрела на нее.

— Завтрак на столе! — крикнула она.

Она переоделась, сменив шелковую пижаму на белые брюки и прелестную блузу. Если рано утром она выглядела элегантно-сонной, то сейчас — элегантно-домашней. Свои роскошные волосы она уложила в великолепную прическу, собрав их на макушке в красивый узел. Огромный деревянный обеденный стол выглядел просто шикарно. Она, наверное, привезла белую скатерть из дома, а цветы нарвала в кустах возле амбара.

Луиза лежала на одном из диванов. Увидев Джоди, она села и бросила книгу на кофейный столик, стоявший возле камина, в котором снова разожгли огонь. Она по-прежнему была в пижаме.

— Неужели ты все это время бегала? — сладко потянувшись, спросила она.

Джоди думала о Мэтте. Ей хотелось прямо сейчас выложить все, что она узнала. Обстоятельно, так сказать, по пунктам. Ведь теперь все ее предположения были подкреплены фактами. Однако у нее раскраснелось лицо, она вспотела и запыхалась. В таком виде не стоит начинать разговор на эту тему, ведь ей нужно убедить скептиков в том, что появилась новая опасность. Сначала ей следует поесть и привести свои мысли в порядок, а потом она уже все расскажет спокойно, ясно и в логической последовательности.

— Да, почти все время, — сказала она и, закрыв дверь на замок, сняла кроссовки. — Я думала, что вы начали завтракать без меня.

— Что за ерунда! Разве мы можем сесть за стол без тебя? — воскликнула Коррин. — Наш девиз — один за всех и все за одного. Как ты могла забыть об этом? — усмехнувшись, спросила она, доставая из холодильника бутылку шампанского. — У тебя еще остались силы для того, чтобы открыть эту шипучку?

— Думаю, что я с этим справлюсь.

— В выходные нужно лежать на диване, задрав вверх ноги, а не бегать по сельской местности, высунув язык.

— Мне нравится бегать.

— Не смеши меня, — сказала Луиза, садясь за стол. — Никто не любит бегать. Бегуны говорят это только для того, чтобы всем остальным было стыдно.

— После большой дозы алкоголя бегать вредно, — заявила Ханна, входя в комнату. Она уже успела принять душ и одеться. На ней были джинсы и теплый свитер — все в соответствии со временем года. — Утром нужно пить как можно больше жидкости, для того чтобы восстановить водный баланс организма.

— Слушаюсь, доктор, — улыбнулась Джоди.

Ханна погладила голую руку Джоди.

— И еще тебе нужно теплее одеться, иначе ты замерзнешь, — сказала она.

— Уже бегу одеваться, — ответила Джоди, продолжая улыбаться.

Повернувшись, она страдальчески закатила глаза и направилась в коридор. Она бегала всю свою сознательную жизнь и прекрасно знала, что нужно делать для того, чтобы не умереть от жажды и не схватить пневмонию.

Завтрак начался со свежих фруктов и веселой болтовни.

— Давайте сделаем так. Пусть каждая из нас выполнит свой родительский долг и позвонит домой, а потом мы наложим до конца выходных запрет на все звонки домой и разговоры о семье и детях, — сказала Луиза.

И они наперебой заговорили о детях. Луиза рассказала о том, что ее близнецы делают потрясающие успехи — они очень быстро научились читать. Ханна поделилась своими сомнениями насчет того, стоит ли ей своего старшего сына оставлять дома одного, когда она уходит на дневное дежурство в больницу. Коррин поведала подругам о том, какой ужас она пережила, когда ее сын, недавно достигший подросткового возраста, смастерил самодельную бомбу. А Джоди похвасталась тем, что ее дочь Изабель как самая лучшая спортсменка школы поедет на региональные соревнования по легкой атлетике.

Нет, в этом не было никакого бахвальства, никто из них не пытался доказать, что чьи-то дети лучше, а чьи-то хуже. Разговор был вполне искренним и откровенным. Они просто делились друг с другом своими печалями и радостями, рассказывали о своих ошибках и удачах. Они дружили уже восемь лет и за это время вместе переживали и бессонные ночи с новорожденными детьми, и слезы первых школьных дней, и трудности пубертатного периода. Они, как обычно, много смеялись и давали друг другу полезные советы. Джоди постепенно успокоилась и напрочь забыла об утренней перепалке.

Когда Коррин принесла яйца а-ля бенедикт, Лу постучала вилкой по кофейной чашке, требуя тишины.

— Итак, я объявляю дискуссию на тему «Семья и дети» закрытой. Пришло время, леди, заняться чем-нибудь другим, иначе мы проговорим о своих отпрысках до самого вечера. Я хочу выслушать ваши предложения по поводу того, чем вы хотите заняться сегодня.

— Только не тем, для чего требуется постоянно следить за временем, — объявила Ханна.

— Вчера вечером я увидела в городе прелестный посудный магазинчик, — сообщила Коррин.

— Я собираюсь почитать, — сказала Лу.

Они посмотрели на Джоди. Ей вообще не хотелось выходить на улицу. Здесь, за закрытой дверью, она чувствовала себя в полной безопасности. Джоди пожала плечами, делая вид, что ей абсолютно все рано, чем заниматься.

— Как там, на улице? Может быть, стоит прогуляться по окрестностям? — спросила Лу.

Сейчас был самый подходящий момент для того, чтобы рассказать им о Мэтте Вайзмене, которого она встретила на дороге.

— Там холодно, — сказала Джоди.

Уплетая яйца, она сообщила подругам о том, что вся долина затянута туманом, что по фермерским полям, расположенным вдоль шоссе, прыгают кенгуру. Еще она поведала о странностях мобильной связи в этой местности, сказав, что для того, чтобы позвонить домой, им придется спускаться к шоссе. А потом она рассказала им о Мэтте. О том, что он якобы случайно оказался рядом и решил заехать к ним, дабы сообщить о том, что ее машину можно будет забрать из мастерской сегодня днем. И еще о том, что мотор его машины издает низкие гортанные звуки, похожие на те, которые она слышала ночью, о том, как он загнал ее на каменную площадку, преградив ей дорогу своей машиной, и том, что он расспрашивал ее об амбаре.

Когда она закончила свой рассказ, в комнате воцарилась тишина. Эта неловкая, тяжелая и несколько непонятная пауза затянулась надолго. А потом, словно гром среди ясного неба, раздался громкий веселый смех. Коррин смеялась так, как будто Джоди рассказала забавный анекдот, и ей пришлось подумать немного, чтобы уловить его суть. Ханна смеялась громче всех. Даже слишком громко. Луиза же просто улыбнулась. Улыбка эта была какой-то натянутой.

Джоди разозлилась.

— В этом нет ничего смешного, — сказала она.

— Да успокойся же ты наконец, — сквозь смех пробормотала Коррин. — Этот парень просто хотел немного пофлиртовать с тобой. Похоже, ты уже совсем повредилась умом. Не можешь отличить невинный флирт от грубого домогательства. Теперь я понимаю, почему у тебя после развода с Джеймсом не было ни одного мужика.