Минос - Виллаторо Маркос М. - Страница 35

Наконец-то он поднял голову и посмотрел мне в глаза.

— Я вас знаю? — неуверенно спросил он и широко улыбнулся.

— Меня зовут Меган, и я очень хотела бы познакомиться с тобой. Если не ошибаюсь… тебя зовут Персик?

— Очень сожалею, но сейчас здесь никого нет… Послушайте, почему бы вам не прийти к нам немного позже? И привести с собой человека, которого я хорошо знаю? Того самого, который рассказал вам про Персика?

Я поняла, что теряю последний шанс.

— Конечно, я могу прийти позже, но как мне быть сейчас? Как насчет выпивки? У тебя есть пиво? А еще лучше виски? Лично я предпочитаю «Джим Бим».

— Я не могу впустить вас сейчас, это не мой дом.

Откуда-то издалека послышался чей-то голос, и он ответил так же громко на чистейшем испанском. А я продолжала говорить на своем обычном английском с южным акцентом жителей Атланты, которого он, судя по всему, не знал.

— Что ты сказал? — спросила я. — Ты что, говоришь по-французски?

— Что? Нет, это испанский.

— Обожаю испанский.

— Правда?

— Да.

Он опустил глаза вниз, на мою грудь, которая соблазнительно колыхалась в красном бюстгальтере. Да и юбка, плотно обтягивающая мои бедра, производила на него нужное впечатление. Правда, сама я чувствовала себя не очень комфортно. Порой казалось, что я стою на раскаленной плите. Он поднял глаза вверх.

— Итак, как насчет того, чтобы немного выпить на дорожку? — снова спросила я. — Но только вдвоем. — Ситуация становилась совершенно абсурдной, но я должна была сыграть свою роль до конца. Оставалось надеяться, что за него сейчас будет думать то, что в штанах.

— Ладно, ладно, только немного. Но в такую чудную ночь лучше это сделать на свежем воздухе. — Он ушел вглубь дома, а потом быстро вернулся из кухни с бутылкой в руке. Неужели он и вправду рассчитывал, что мы станем трахаться прямо на газоне? В другой руке у него были два стакана. — У меня тут есть немного бренди «Дон Педро».

— Звучит хорошо, — ответила я и, отпрянув немного назад, потянулась, как это обычно делают женщины, чтобы соблазнить приглянувшегося парня. Тем самым они показывают, что страстно желают близости с любимым, однако для меня этот жест означал нечто другое. Я расстегнула кобуру и приготовилась к атаке.

Персику пришлось поставить на землю стаканы, чтобы запереть за собой дверь.

— Да, — самодовольно протянул он, и я физически ощутила на его лице едкую усмешку, — старый «Дон Педро» всегда желанный гость на любом празднике жизни…

Я изо всей силы захлопнула дверь плечом. Ее металлический край сильно ударил его по носу и лбу. Удар был настолько сильным, что бутылка виски выпала из его руки и разбилась о каменный пол, а он сам наткнулся на деревянную скамью и упал, прижимая руками окровавленный нос. Возможно, в этот момент он услышал щелчок взводимого курка. Я схватила его одной рукой за шею, а второй ткнула стволом пистолета в его рожу.

— Где лаборатория? — грозно прорычала я.

— О черт , hijo de la gran puta!.. [53]

Я решила внести ясность и не морочить больше голову.

—  Oyeme bien, buey, si no me dices donde el hielo, te machuco los huevos у le mando con la migra para que te jodan en el culo diatras dia por el resto de tu vida miserable. [54]

Точно такие слова говорила мне мать, когда я сердилась и отчаивалась в одно и то же время. Однако сейчас мои слова прозвучали как у монсеньора Оскара Ромеро в последний день его церковной службы, когда он призвал солдат немедленно прекратить безумный расстрел ни в чем не повинных крестьян. А моя мать хорошо знала, что именно он сказал, так как была в это время в церкви.

Разумеется, на следующий день Ромеро был убит выстрелом в сердце.

—  Abajo, — сказал он, — en elsotano. [55]— Он с трудом показал левым пальцем в сторону ведущей в подвал лестницы.

Я защелкнула на руках Персика наручники и оставила его на полу. В этот момент из подвала послышался чей-то голос:

—  Durazno, que te pasa? [56]

Я поспешила на голос.

Когда я была уже на середине лестницы, Персик наконец-то очнулся и решил спасти друзей:

—  Raimundo! La Chota! [57]

Снизу донеслась грязная ругань, за которой последовал звон разбитых стаканов. Я бросилась вниз по ступенькам, спрыгнула на бетонный пол обеими ногами в туфлях на высоких каблуках и направила на стоявшего там человека свой «парабеллум».

— Не двигаться! Полиция! — закричала я, а потом вскрикнула от удивления. — Черт бы меня побрал…

Мужчина поднял вверх свои огромные толстые руки и посмотрел на меня вниз с высоты своего роста.

— Детектив Чакон? Как поживаете?

Передо мной среди самых разнообразных оранжевых резиновых трубок, свисающих с больших пластиковых баков, бутылок и других емкостей, которые выстроились в ряд на длинном столе, стоял человек, которого я неплохо знала.

Раймундо Сальгадо нервно улыбнулся, глядя на меня. Он держал в руках два больших баллона с газом емкостью по пять галлонов каждый. Они были туго перевязаны липкой лентой и представляли собой единое целое. Он стоял в позе бросающего мяч баскетболиста, приготовившегося вышвырнуть в подвальное окно компрометирующие его баллоны. Именно тогда я поняла, что человек, которого я когда-то прозвала Годзиллой из Гуанахуато, имел в жизни еще одну профессию. Когда я видела его в последний раз, он весьма успешно работал телохранителем, а сейчас стал химиком. Я очень надеялась, что он передаст мне привет от своего босса Текуна Умана.

~ ~ ~

— Незаконное вторжение. — Маккейб настолько не любил это словосочетание, что повторил его дважды. — Незаконное вторжение. О чем ты думала в тот момент?

— О своем сыне.

Я сидела на стуле перед его рабочим столом, а он откинулся назад, словно хотел немного расслабиться. Или просто напускал больше важности, стараясь выглядеть строгим, как и подобает хорошему боссу. Однако это не производило никакого впечатления, по крайней мере на меня. Возможно, он почувствовал это, так как выпрямил спину и наклонил вперед свою большую лысую голову.

— Как там Серхио?

— Я никогда еще не видела, как маленький мальчик справляется с бредовым состоянием и ужасным тремором.

Маккейб сокрушенно покачал головой и, пристально посмотрев на меня, выдержал паузу, прежде чем перейти к текущим делам.

— Твой маленький друг Франсиско Невара по прозвищу Персик сейчас находится в руках агентов иммиграционной службы. У него нет никаких документов. Они отправили его в Атланту. В данный момент иммиграционные власти выясняют отношения с ДИА на предмет предполагаемой юрисдикции. У меня такое чувство, что Иммиграционная служба передаст его в руки федералов по борьбе с наркотиками.

— А Раймундо?

— Готовит жалобу вместе со своим адвокатом.

Эта новость меня развеселила.

— Я застукала его с лабораторными бутылками для производства метамфетамина в руках.

— Да, но после того, как ты сломала нос Персику. Раймундо является гражданином США, Роми, и прекрасно знает свои права. Даже несмотря на передачу этого дела агентству ДИА, он все равно будет угрожать нам обвинениями в превышении власти.

Я хотела сказать, что он мошенник и мерзавец, но потом передумала.

— Персик сам впустил меня в дом. Он сам открыл мне дверь. У меня были все основания подозревать существование в их доме подпольной лаборатории по производству метамфетамина, и я действовала на основе этих подозрений.

— Да, но без соответствующей поддержки. Ты ворвалась в их лабораторию. Ты понимаешь, как это опасно? Ты даже не представляешь, что Раймундо устроил в этом доме. По всему подвалу был рассыпан яд, все было покрыто наркотической пылью. Федеральным агентам пришлось целый день выгребать эту гадость, чтобы очистить помещение лаборатории.