Скрытая Империя - Андерсон Кевин Джей - Страница 127

– Ни один мужчина не готовится к ритуальной кастрации. Но меня готовили к этому с того самого момента, когда я был еще совсем ребенком. Сейчас моя главная обязанность – как можно шире распространить свою кровь среди различных наших кланов. А потом, моей главной обязанностью будет поддерживать сеть тизма, быть сердцем и умом всей илдиранской расы. – Он погладил ее гладкие плечи. – Но этого еще не случится в течение как минимум еще половины столетия, а то и больше. Не надо об этом беспокоиться Нира. Разве эта быстротечность не придает сладости нашей любви?

Как она могла с этим не согласиться?

Пораженная, но ужасно счастливая оттого, что у нее внутри растет ребенок, Нира стремилась видеть Джора'ха, испытывала потребность говорить с ним, но он был чрезвычайно занят.

После нападения гидрогов на Квронх-3 и после того, как инопланетный парламентер выдвинул ультиматум в отношении производства экти, Мудрец-Император держал своего сына рядом с собой. Такие тяжелые обстоятельства заставляли Великого Наследника, а на самом деле и всех Представителей вместе с Адаром Кори'нхом и другими командирами Звездного флота, подготовиться к безотлагательным действиям.

Нира понимала, что сейчас совершенно неподходящее время для любви, и успокаивала себя мыслями о своем драгоценном секрете, мечтая о том времени, когда она сможет открыть его Джора'ху. В один прекрасный день, когда его долг и обязанности перед великой империей окажутся слишком тяжелыми, она раскроет ему этот секрет, предложив ему светлый луч в трудный день. Она была уверена, что он тоже посмотрит на это как на чудо.

Не желая признаваться в этом строгой Отеме, она хранила этот секрет в своей душе и полностью сосредоточилась на чтении «Саги» вселенскому лесу. Нира задумывалась, не заслужит ли и она место в этом эпосе – как мать первого ребенка, в котором будет течь и земная, и илдиранская кровь. Ее ребенок, метис с такими потенциальными возможностями, в один прекрасный день может совершить великие дела.

Вскоре ей все же придется рассказать Отеме о ребенке – конечно, если старая женщина уже не знает об этом от вселенского леса. Нира уже вслух призналась лесу о своей любви к Великому Наследнику и описала при этом свои чувства. Не имея никого, с кем бы она могла поговорить, Нира высказывала все свои мысли лесу, который никогда не брался что-либо осуждать или одобрять, и она рассказывала ему все.

А вечно любопытный лес впитывал эту информацию с благодарным восхищением.

105. МУДРЕЦ-ИМПЕРАТОР

После того как откровенно взволнованный президент Венсеслас устремился обратно, чтобы исправить положение на Земле после случившегося несчастья, Мудрец-Император понял, что настало время для осуществления его личных планов. В конце концов, было совершенно безразлично, сколько людей при этом пострадает, так как ставкой была сама Империя. Больше откладывать это было нельзя.

Так как он являлся центральной точкой всей расы, то Мудрецу-Императору совершенно не надо было получать чье-то одобрение при принятии решений, какими бы тяжелыми и печальными они ни оказались. Когда-нибудь его сын Джора'х тоже поймет это – но уже после смерти императора. У Великого Наследника не было выбора, и пока он ничего не подозревал.

На залитой солнцем крыше Дворца Призмы стояли Великий Наследник и назначенная ему большая свита. Все они были одеты в дорожные одежды, украшенные комбинацией традиционных илдиранских ленточек и свернутых петлями шарфах из материала, сотканного из терокских волокон.

Мудрец-Император приказал своим слугам отнести его кресло на посадочную площадку на крыше Дворца, чтобы он мог там пожелать доброго пути своему наследнику. Убрать Джора'ха со своего пути являлось первым важным шагом задуманного, который должен предшествовать изданию малоприятных указов.

– Надеюсь, что ты многому научишься в этой дипломатической поездке, сын мой, – заметил он с блаженной улыбкой на губах.

Великий Наследник, казалось, ни о чем не беспокоился, им было очень легко управлять.

Когда Джора'х кивнул в ответ, его тоненькие золотые косички поднялись нимбом вокруг его головы.

– Мне будет очень приятно увидеть Терок своими собственными глазами, отец. И мне не терпится снова встретиться с принцем Рейнальдом. Я верю, что он является другом нашей Империи.

Мудрец-Император, сидя в своем наклонном кресле, кивнул в ответ, изображая удовлетворение, хотя он уже прекрасно осознавал растущую опасность со стороны древних врагов Империи гидрогов.

– Да, мы должны быть уверены, что наш союз прочен.

Джора'х бросил взгляд в сторону зеленокожей женщины, Ниры, которая стояла за ограждением вместе с остальными зрителями, сдерживаемыми на почтительном расстоянии Брон'ном и другими телохранителями.

– И все же, отец… ты убежден, что тебе не потребуется мой совет или помощь здесь, на Илдире? Что, если гидроги нападут еще на одну нашу фабрику экти?

Мудрец-Император подтянул свое кресло-люльку поближе к тому-месту, где стоял сын.

– Джора'х, благодаря твоей дружбе с Рейнальдом никто лучше тебя не сумеет договориться с Тероком. На данный момент – это самое главное, что ты можешь сделать для Илдиранской империи.

Великий Наследник, довольный, что на него возложена такая большая ответственность, поклонился.

– Как вы прикажете, Мудрец-Император. Вы все видите и все знаете.

Махая собравшимся наблюдателям, он бросил долгий взгляд в сторону зеленой священницы, с которой так и не успел попрощаться наедине.

Джора'х повел придворных и чиновников в корабль, который должен был доставить их на Терок, где он будет некоторое время очень занят. Верный и не задающий вопросов любимчик Мудреца-Императора наведет порядок и, если возникнет такая необходимость, найдет подходящие объяснения и алиби. Но это знать Джора'ху пока не надо. Он беспокоился, что его сын попросит Ниру сопровождать его на Терок, что заставило бы Мудреца-Императора под тем или иным надуманным предлогом отказать сыну. Но старая зеленая священница предупредила невысказанную просьбу Великого Наследника, заявив, что работа по прочтению «Саги Семи Солнц» движется очень медленно и менее продуктивно, чем предполагалось ранее.

Прежде чем Нира успела попросить разрешения присоединиться к Джора'ху в его поездке, Отема дала ясно понять, что ее помощница нужна здесь, в Миджистре, для выполнения своей работы.

Все получилось просто прекрасно, подумал Мудрец-Император. Девушка моя.

Когда Великий Наследник исчез в ослепительном небе, зрители издали восторженные возгласы и замахали руками.

Беспокойные косички Мудреца-Императора задергались у него по бокам, когда он внимательно рассматривал зеленокожую молодую женщину и обдумывал, как можно лучше ее использовать… как долго она протянет в жестких условиях.

В охраняемой Брон'ном и другими представителями мускулистого клана комнате Мудрец-Император сидел, выпрямившись в кресле, сортируя и обдумывая информацию, предоставляемую ему тизмом. Он следил за широко распространившимися подданными своей Империи, ища признаки реакции на надвигающиеся события, на сгущающуюся угрозу гидрогов. Только поняв общие интересы его расы, он мог определить шаги в нужном направлении.

Джора'х был его первенцем, предназначенным для того, чтобы стать следующим Мудрецом-Императором, и когда это случится, он все поймет.

Если он узнает что, сталось с двумя зелеными священниками, то этот удар будет для него очень болезненным открытием, более драматическим событием, чем даже ритуальная кастрация. Но со временем он поймет, что случилось… и найдет способ жить с этим дальше.

Мудрец-Император взял в руки плотно исписанный документ – тщательно отобранные стихи из «Саги Семи Солнц». Эти стихи, строки печальной поэзии, которые не знакомы даже самым великим Хранителям памяти, скрытые предыдущим Мудрецом-Императором, который посчитал их слишком ужасными для ушей илдиранского народа.