Императрица и ветер (СИ) - Чурсина Мария Александровна - Страница 74

- Получается, он тебя кинул, - усевшись, резюмировал он.

Маша призналась себе, что её злило даже не это.

- Он бы сделал так, подвернись ему более или менее подходящая возможность, даже не задумываясь, - она пожала плечами. - Ты прав, я забиваю себе голову полной ерундой. Должна радоваться, что не пришлось провести ещё пару часов в машине на таком солнцепёке.

Она спрыгнула с подоконника. До смерти хотелось занять чем-нибудь руки, и Маша принялась перекладывать бумаги на столе.

- Да у меня тут тонны работы, между прочим, серьёзные преступления, от которых меня оторвали ради девочки Кристины, сбежавшей от приставучих друзей.

Шредер не понял прозрачного намёка или притворился, что не понял, во всяком случае, с её стула он не слез, а только лениво наблюдал за её действиями. За окном коротко и звонко крикнула сирена. Он со скучающим видом поднял со стола одну папку, пролистал бумаги.

- Может быть, хватит копаться в конфиденциальных документах? - спокойствие, которое Маша собрала внутри себя по крупицам, так и норовило улетучиться в открытое окно.

Сверху лежало дело Кристины. Она узнала протокол допроса Инники, её фотографии: одну в школьной форме - девушка стояла, приобняв ствол дерева, другую - сделанную за день до пропажи Кристины. Инника не смотрела в объектив, она улыбалась чему-то своему, а рядом с ней разинул рот в беззвучной речи Ян.

- У вас в мире людей кольца что-то значат? - Шредер рассматривал вторую фотографию - бледное лицо Инники, упавшую на лоб прядь мелированных синим волос.

- В основном, нет, - отрезала Маша, протянув руку за карточкой. - Спасибо за помощь, Шредер.

Он посмотрел на неё, всё ещё стоящую с требовательно протянутой рукой, пожал плечами и бросил фотографию на стол.

- Ясно. А я думал, кольцо Побеждающих просто так не носят.

На допрос она приехала с матерью. Маша встретила их на проходной, хотя и собиралась дожидаться звонка Моцарта у себя в кабинете.

Если Кристина в свои тринадцать выглядела маленькой, но обворожительной девушкой, то шестнадцатилетняя Инника - угловатым подростком. Модные рваные джинсы держались у неё разве что на костях таза, а растянутая футболка делала похожей на мальчишку.

- Здравствуйте, - сказала мама Инники, первая преодолев терминал. Печальный тихий голос заставил замолчать и прислушаться даже Вольфганга, который во всю объяснял девочке, как заполнять пропускной бланк. - Скажите мне, она сделала что-то плохое, да?

- Пока ничего неизвестно, - растерялась от этого голоса Маша. - Ведётся следствие. Давайте поднимемся наверх и поговорим.

Металлический поручень терминала обжог ей руку.

В лифте, где переминалась с ноги на ногу Инника, а её мама стояла, заложив руки за спину, так, как будто её пообещали тут же расстрелять, Маша позвонила Шредеру. Обидно, неудобно, что и Ника, и Мартимера забрали на какие-то подземочные операции.

- Слушай, побудь моим опером.

Бледную заплаканную Иннику они оставили в комнате для отдыха, там ласково журчал фонтанчик, подвывал ему кондиционер, а на столике между креслами громоздилась целая стопка принесённых Ренатой глянцевых журналов. Раньше Рената постоянно выискивала в них что-то, на её взгляд, донельзя интересное и полезное для Маши.

"Посмотри, в этой статье есть десять способов, как завести роман на работе, чтобы начальство ни о чём не догадывалось". "А вот эта статья как раз про то, как пережить расставание с прошлым молодым человеком". Маша досадливо морщилась и отталкивала протянутый ей журнал с очередными мудрыми советами.

Но Инника не интересовалась фонтанами и литературой, она тут же уткнулась в мобильный телефон. Маша уже провела её мать в комнату для допросов, когда в конце коридора появился Шредер. От него пахло кофе и как будто даже свежей выпечкой. Маша вспомнила, что пообедать не успела, а завтракала как обычно второпях. Он кивнул на распростёртое во всю стену окно.

- Я буду контролировать ситуацию? И это обязательно?

- Это сделано из соображений безопасности, - прочитала ему короткую лекцию Маша, едва удержавшись, чтобы не встать в красивую позу. - На случай, если какой-нибудь маг захочет меня поджарить. Такие правила.

- Ты её боишься? - он презрительно ткнул пальцем в сжавшуюся на казённом стуле худенькую женщину.

- Просто такие правила, - ощущая, что в который раз за этот день начинает выходить из себя, повторила Маша.

- Ладно, капитан, не злись, - Шредер изобразил улыбку детсадовца, которого назначили главным по раздаче пластилина.

В комнате для допросов она привычно бухнула на стол перед собой толстую папку с делом, включила диктофон. После нескольких формальных вопросов разговор пошёл легче, и Лима, как представилась мама Инники, перестала умоляюще заглядывать в глаза Маше.

- Пожалуйста, не относитесь к Ин очень уж строго, - комкая в руках бумажный носовой платок, попросила женщина. - Она очень замкнулась после того, как потеряла отца... и переживает из-за Крис. Девочки были хорошими подругами, всегда вместе. Вы, наверное, знаете, они же ещё и из одной касты. Мы, учёные, всегда стараемся держаться друг друга. Я помогала расклеивать объявления в пригороде.

Проглотив мысль о жалобе, которую заплаканная девочка написала на неё, Маша покивала.

- Да, мы ищем Кристину. Но сейчас я хочу поговорить не об этом, - она подвинула через стол карточку, которая так удачно оказалась - на самом верху в папке с делом. - Посмотрите на эту фотографию. Здесь на вашей дочери надето так называемое кольцо Побеждающих.

Лима буквально выдернула карточку из-под Машиных пальцев, зацепившись взглядом за единственную мелочь, за чёрный блестящий камень на пальце дочери.

- О, Мой Разум! Как она могла его взять... Это же кольцо её отца.

Она повернула фотографию и так, и эдак, словно желая убедиться, что доказательство смертного греха - не подделка. Маша ждала. Десяток минут назад, поднимаясь в лифте, она обратила внимание на пальцы Инники, то и дело сжимающиеся на ремне джинсов. На её пальцах не было никаких колец.

- Это кольцо её отца, - Лима подняла на неё глаза, - он как раз входил в отряд Побеждающих. Он был в отряде, который убил богиню смерти, выжил и погиб во время второго восстания демонологов. Всего пять лет назад, Ин хорошо помнит это время.

- Я посмотрела сводки за тот год, - кивнула Маша.

Побеждающие были неофициальным отрядом в мире магов, куда имел право вступить любой желающий маг, из каждой касты. По большей части они занимались тем, что геройствовали: помогали при стихийных бедствиях, в вооружённых конфликтах принимали сторону императора. После памятного сражения с богиней смерти, произошедшего ещё до Машиного рождения, многие погибли, ещё больше разбежалось, но, как оказалось, Побеждающие не перестали существовать.

- Понимаете, я храню кольцо у себя в шкатулке как семейную реликвию, даже не представляю, зачем Ин взяла его, - пожаловалась Лима. - Если честно, от него даже вреда больше, чем пользы. Кольцо само по себе никакой не артефакт, а просто символ. А врагов у Побеждающих всегда было предостаточно.

- Между ней и Кристиной вы в последнее время не замечали разногласий, споров?

Лима притихла, глядя на Машу в упор, потом грустно спросила:

- Вы подозреваете, что она могла... Крис...

- Давайте спокойнее. Я с самого начала сказала, что ещё ничего не известно. Вопрос, который я задала сейчас, формальный, - Маша чувствовала, как по её животу текут капельки пота. В комнате для допросов не было ни кондиционера, ни даже самой завялящей форточки.

- Они ссорились иногда, ну, как и все девочки в этом возрасте, сложное время. Но Ин никогда бы не стала, она не такая. Крис было тяжело, когда мы только переехали в мир людей. Это и понятно, для ребёнка такая встряска, переезд. Её родители, правда, делали ради неё всё, что могли. Но они же бывшие Побеждающие. Им бы сейчас было опасно оставаться в Манталате.