Императрица и ветер (СИ) - Чурсина Мария Александровна - Страница 35

- В таком случае, у нас нет выбора, - произнес маршал.

Сабрина ответила ему сдержанным кивком. Легенда о том, что попасть в Центр проще, чем выбраться оттуда, имела под собой реальные события, а вовсе не расхожие домыслы горожан.

Антонио подвинул папку к Сабрине.

- Вы знаете условия, - предостерёг их Галактус.

Он представлял её не так, совсем не так.

Воробей и ястреб, вот, пожалуй, наиболее точное соотношение её реальной и её в воображении Шредера. Он думал, что увидит роковую красавицу, звезду, при взгляде на которую можно ослепнуть. Он готовился противостоять искушению, чтобы в порыве слабости не прикоснуться к чёрным волосам, не обнять за обманчиво хрупкую талию. Проявив слабость, запросто можно получить отравленный кинжал под сердце.

Вместо чёрных, как саван смерти, волос были рыжие, да и талия оказалась весьма посредственная. Слишком много фантазий на пустом месте, Шредер, - укорил он сам себя. Так и до сумасшествия недалеко. Насмотрелся на портрет её бабки Руаны, и вообразил себе непобедимое чудовище в облике искусительницы.

Он стоял, оперевшись спиной о косяк двери, и смотрел на девушку, что сидела за письменным столом в глубине кабинета. Она перебирала бумаги и что-то невнятно бормотала, то и дело сбрасывая со лба непослушную прядь волос. Надо же... императрица.

Шредер усмехнулся, девушка вздрогнула и обернулась. В её глазах мелькнул притуплённый испуг.

- Привет, - произнесла она удивлённо. - Почему ты стоишь в дверях?

- Просто не хотел тебе мешать, - пожал плечами Шредер, так и не расцепив рук, скрещенных на груди. Он улыбнулся её удивлению. - Хотел спросить, как ты себя чувствуешь.

Какая трогательная забота. Сейчас все расплачутся от умиления.

- Хорошо, спасибо. Проходи, - она кивнула ему на кресло.

Шредер приглашением не пренебрёг. Что-то потянуло его к ней. Любопытство? Кому же не хочется полюбоваться на императрицу, давно ставшую сказкой, на всесильную магичку в облике рядового капитана! Проигнорировав кресло, он подошёл к окну. Сделал вид, что очень заинтересовался пейзажем, состоящим сплошь из высоток.

- Надеюсь, я не очень помешала вам с Ренатой? - девушка потянулась к электрическому чайнику, включила его.

- По-моему, это была глупая идея - целоваться на проезжей части. Так что всё в порядке, - покачал головой Шредер. Он почувствовал болезненное желание поговорить с ней. О любой ерунде. - А ты часто гоняешь по ночам?

- Сейчас уже нет, - она обречённо вздохнула и протянула ему чашку с чаем, - а раньше каждую ночь, если нет дождя и не холодно.

Шредер принял из её рук чашку, хотя притрагиваться к горячей, пахнущей виноградом жидкости не было никакого желания.

Странно. Это его сестра. Маленькая девочка со взрослым взглядом. Девочка выросла, и сейчас её взгляд вполне соответствовал возрасту. Он поймал себя на том, смотрит ей в глаза.

- Почему ты так смотришь? - она не отводила взгляда, как кролик от удава. Как воробей от ястреба.

Шредер улыбнулся ей. Не бойся, малышка.

- У тебя красивые глаза.

- Спасибо, - она была предсказуема. Впрочем, в улыбке не расплылась, а снова опустила глаза к своим бумагам. - А ты, наверное, тоже любишь ночные прогулки?

Она так покосилась на переговорное устройство, словно искала спасения от него. Вдруг кто-то позвонит, и можно будет не поддерживать этот бессмысленный разговор с двусмысленными взглядами.

- Есть немного, - он как будто случайно подвинулся к ней. - Может, сходим куда-нибудь вместе? В знак того, что не держим друг на друга зла.

Он изобразил самую очаровательную улыбку. За такую Рената готова была продать душу антагонистам сразу всех богов. Капитан подняла на него невесёлые глаза.

- Извини, но у меня очень много работы. Давай в другой раз, - странно, на её лице ни тени кокетства.

Если она набивает себе цену, то делает это вполне профессионально. А кто кричал - не искусительница, не искусительница? Возможно, под бесформенными маскировочными брюками и футболкой кроется вполне милая фигурка, которую она показывает лишь в крайних случаях, когда обычное оружие не в силах уничтожить противника.

- Как скажешь, малышка, - само вырвалось. Шредер и не думал корить себя за несдержанность. - Тогда сообщи, когда слегка освободишься. Ты знаешь, как меня найти.

- Не думаю, что приму приглашение.

Отказ - это уже кое-что, по крайней мере, в её голосе прозвучала неприкрытая безразличием эмоция. В её голосе прозвучала твёрдость, с которой наёмный убийца вонзает нож в спину ничего не подозревающей жертве. Придётся изобразить жертву.

- Неужели у капитана не найдётся ни одного свободного вечера? - он опустился на корточки перед её стулом и заглянул девушке в глаза. Интересно, какими глазами она будет смотреть на него с ритуальной плиты?

- Хорошо, - видимо, она решила, что отделаться от него легче, чем переубеждать. - Скажи прямо, что тебе от меня нужно?

- Всего лишь один вечер в знак примирения, - Шредер посмотрел на неё взглядом обездоленного пса.

"И где ты научился так лицемерить, принц?"

- Хорошо, сегодня устроит? - она устало опустила плечи и перевела взгляд на окно.

- Вполне, - он даже не думал подниматься. - Поделишься информацией, где ты любишь бывать? Чтобы я не занимал слишком много времени нашего доблестного капитана.

- Дома перед компьютером, - буркнула девушка. - А раз ты на всё готов, то, может, пройдёмся по набережной?

Она улыбнулась, наблюдая за его реакцией. Ух ты, как скромно. Он-то ожидал услышать как минимум название ресторана в центре города.

- Как пожелаешь. Тогда в... - он вопросительно взглянул на собеседницу.

- Восемь вечера, - недолго думая, определила она.

- Около...?

- Около обелиска Матери-птицы.

Пискнуло переговорное устройство, и она дёрнулась к нему так, словно ждала этого вызова всю жизнь. Шредер поднялся на ноги и, махнув ей на прощание рукой, покинул кабинет. Уже из коридора он услышал её голос:

- Приехала? Хорошо, я иду.

Маша перевела дыхание, только когда оказалась рядом с Ником. Она обхватила его за руку и несколько секунд стояла зажмурившись. Ник удивлённо похлопал её по плечу.

- Что-нибудь случилось?

- Нет. - Она оторвалась от его руки и припала к одностороннему окну. За ним, на казённом жёстком стуле сидела испуганная девчушка. Две тонкие косички спускались по её плечам на грудь. К груди она прижимала тряпичную сумку ярко-оранжевого цвета.

- Бедняга, - пожалела её Маша.

Она вошла в комнату для допросов как обычно: многозначительно положила на стол перед собой толстую папку с делом и продемонстрировала девочке удостоверение.

- Капитан Орлова, - она спрятала удостоверение в нагрудный карман и положила локти на стол, одновременно чуть приближаясь к собеседнице. - Я веду дело об убийстве Еванджелины Мирр. Как ваше имя?

Надо же, она произнесла это имя с первого раза и даже не подглядывала на корешок папки.

- Лия Дианова, - она уставилась на свои коленки, затянутые в сетчатые колготки.

- Расскажите, что вы знаете об убитой?

Видимо, Маше не следовало произносить этого слова: Лия вся подобралась и нервно и тяжело сглотнула.

- От ваших слов будет зависеть, найдём ли мы убийцу, или этот недочеловек будет жить среди нас. - Маша поймала затравленный взгляд девушки. - Возможно, ваша подруга - не единственная его жертва.

- Мне нужно рассказать вам всё, - жалобно подала голос Лия. - Понимаете, просто...

Она вздохнула и надолго замолчала. Тонкие пальцы, оранжевый лак на которых смотрелся противоестественно, теребили бахрому на сумке. Маша молчала, давая ей собраться с мыслями.

- Это я уговорила Еву зарегистрироваться на сайте знакомств, - выдохнула Лия наконец. - Я же хотела сделать, как ей лучше. Я же не могу смотреть, как она страдает из-за этого придурка, который уехал заграницу и бросил её.