Императрица и ветер (СИ) - Чурсина Мария Александровна - Страница 165

- Ты не понимаешь, - повторил он. - Я должен быть рядом с тобой или не быть вообще.

- Никогда больше не делай так, - выпроваживать его рискованно - а ну как Луксор нос к носу столкнётся с Патриком? Вот так веселье начнётся... - Ты мог мне всё сорвать!

Маг молчал и только смотрел на неё - мягко и с покорностью, как смотрят на топающую ножкой богиню.

- Обещай, что будешь тихо сидеть и ни за что не вмешаешься, - потребовала она. Сердце по-прежнему сильно колотилось, и кончики пальцев холодели.

- Обещаю, - произнёс Луксор, потом шагнул ближе и обнял за плечи.

Маша не сделала попытки вырваться, но и не ответила на объятие. Она настороженно смотрела в его лицо. Только сейчас поняла, что так поменялось с тех пор, как она увидела его в имении графа Вороновского.

Она хотела этого сама. Вполне осознанно, не из жалости, не используя его в своих целях. Теперь она просто понимала, что хочет быть с ним.

- Патрик уже возле здания. Две машины... нет, три, - Ник был задумчив и спокоен.

- Отлично. Всем приготовиться.

Маша прижала палец к губам, напоминая Луксору про его обещание, и взялась за пистолет. Её мысли текли ровно и размеренно. Сейчас она шагнёт в соседнюю комнату и спрячется за выступом в стене. Потом ещё шаг - и вот она уже пересекла коридор. До залы Патрика - два поворота. Через полминуты она преодолеет один из них. И услышит шаги, множество шагов со стороны лестницы. Вскрик. Кажется, кричит девушка. От её голоса кругом идёт голова. Но это не голос Руфи, потому что... это голос Маши.

Она вдруг ужасающе отчётливо поняла, что сейчас предстанет перед её глазами, но всё ещё не верила в это. Она не видела, что происходит в зале, только слышала сдавленные рыдания, чей-то грубый возглас. Она ждала. Немели пальцы. В болезненной пустоте груди замирало сердце.

"Скорее", - мысленно умоляла она.

И вот в наушнике прозвучал долгожданный голос Ника:

- Готова? Патрик на девять часов. Она возле ямы.

И волнение немедленно пропало, всё, что делает Маша - просто игра в шпионов. Она играла сотни раз, что стоит сыграть снова? Она повернулась и сделала всего один бесшумный шаг. В двёрном проёме, откуда безжалостно бил солнечный свет, возникла её фигура с пистолетом, нацеленным влево, туда, где располагалась бы девятка на часах. Туда - прямо в голову мужчины в тёмно-синем плаще и чёрных очках. Его руки были беззаботно сунуты в карманы, он только что готовился посмотреть представление.

Он медленно обернулся к Маше.

- Не двигайся, - с кривой улыбкой на губах произносла она, - или я выстрелю.

Зала Патрика - это помещение недалеко от лестничного пролёта. С одной стороны - дыра в стене вместо окна, с другой - одна из бездонных ям стройки. На её краю (Маша не видела, но точно ясно ощущала) стояла девушка. Она хотела оглянуться на неё. И не могла: если она отвлечётся хотя бы на мгновение, вражеская пуля ждать себя не заставит.

Замешательство Патрика видно даже сквозь солнцезащитные очки. В него собиралась выстрелить та, которую он почти убил.

Впрочем, не она одна. В одной из комнат противоположного крыла здания ждал сигнала Мартимер. Зря Патрик встал возле этой дыры в стене...

Щелкнули затворы.

- Оружие на пол, и толкните его в яму, - железным голосом скомандовала Маша, не сводя глаз с предводителя "Белого ветра", - или останетесь без главаря.

Ни шага в сторону. Руки немели от напряжения. Маша молила Вселенский разум об одном - только бы не дрогнули. Ветер со стороны дыры в стене нёс к ней запах жасмина.

- На пол, - подтвердил её приказ Патрик. Ему совсем не хотелось умирать.

Его послушались - и вскоре его немногочисленные в этот раз сообщники остались безоружными.

- Руки за голову и на колени, - голос звучит отдельно от неё. Маша чувствовала на себе взгляд той, другой, и сильнее сжимает зубы. Нельзя, нельзя отвлечься ни на мгновение. Нельзя поддаться минутной слабости.

Он медленно, словно нехотя вынул руки из карманов. Он не сделал попыток сопротивляться, и это настораживало Машу больше всего. Она готова удариться в крайность - всего-то дать сигнал Мартимеру. Нельзя. Патрик нужен ей живым.

Только останься со мной один на один, - мысленно клялась Маша. - Я из тебя вытащу всё, что ты знаешь о взрыве в день приезда императора.

Руки Патрика были за головой, и он молча, снизу вверх смотрел на ту, которую почти убил, ту, которая взяла его в плен.

- Не стреляй, - попросил он неожиданно просто и доверчиво. - Я всё сделаю. Что тебе надо?

- Если хоть кто-нибудь в этой комнате шевельнётся, я выстрелю, - холодно повторила Маша и сделала первый шаг. Ей нужно всего ничего - отойти на пять часов, чтобы через провал в потолке соседней комнаты мог выстрелить Рауль, не зацепив её.

Девушка оттолкнула одного из приспешников Патрика - тот отступил на шаг в сторону. Теперь зала как на ладони, но Маша не спешила.

- Давай поговорим, - попросил её Патрик.

- Замечательно, поговорим, - чувствуя, как всё сильнее немеют пальцы, произнесла Маша.

Пустые коридоры ловили в свой сачок эхо. Оно билось в её голове, не находя выхода. Всё или нет?

- Ребята, - тихо произнесла Маша, - всё готово.

- Да, - услышала она подтверждение Ника, - держись. Пять секунд.

И только тут Маша поняла, что забыла. Холодок пробежал по её спине. Вся операция была просчитана до шага, до вздоха, и всё же она забыла. Удары сердца гулко отсчитывали несущиеся навстречу секунды. Одна. Две. Три.

Четыре...

И выстрел. Маша тоже нажала на спусковой крючок, но пуля полетела мимо: так банально дрогнула рука. Она успела оглянуться - и увидеть в лестничном проёме снайпера Патрика.

Успевая лишь закрыть глаза навстречу летящей к ней смерти, Маша внезапно почувствовала удар. Её отбросило в сторону, метра на два влево. Стараясь не замечать боли, она вскочила на ноги и, не долго целясь, снова выстрелила в Патрика. Поздно: его успевает закрыть собой один из свиты. Человек упал на грязный пол, Патрик стоял за ним и, сложив руки на груди, усмехался.

Он смеялся над ней, и Маша вдруг поняла, почему. На том месте, где секунду назад стояла она, лежал Луксор.

Неслышные выстрелы один за другим пронизывают пространство залы. Операция пошла не так, и группа захвата, конечно, заметила это. Боевики один за другим валятся на пол. Ни одной осечки - и как в тумане перед девушкой силуэт Патрика. Он словно знал, что его не убьют, и поэтому совсем не боится.

- Маша? - прозвучал в наушнике встревоженный голос Ника.

- Я в порядке, не стреляйте, - попросила она.

Патрик нужен ей живым, живым... Она опустилась на колени возле Луксора и услышала, как к ней приближается Патрик, и запах восточного цветка стал ещё нестерпимее. Маша поморщилась.

Луксор открыл глаза ей навстречу, она провела рукой по его лицу и на краткий миг осознала, что произошло здесь минуту назад. Он оттолкнул её и сам попал под пулю.

"Я же просила тебя не вмешиваться!" - но если бы не Луксор, тогда бы тут, на грязном полу, лежала бы Маша.

- Ты будешь меня вспоминать? - чуть слышно произнёс он и улыбнулся - одними уголками губ. Всё, на что хватает сил.

От невыносимого запаха жасмина кружилась голова.

- Не говори так, всё будет хорошо, - непослушными от страха губами произнесла Маша. Всё, что ей нужно - дать команду Мартимеру стрелять. Тогда есть ещё шанс спасти Луксора. Почему же она медлит... почему?

- Нет, скажи, - попросил он.

- Конечно, обещаю, - сердце отчаянно колотилось, и ей было сложно заставить себя дышать. - Не умирай...

Ей казалось, что неосязаемая материя - душа - ускользает, и нет никакой возможности остановить, задержать хоть на секунду её полёт.

Вдруг она поняла, какая гробовая тишина стоит вокруг. Кажется, Патрик прислушивался к их разговору и не смел прервать его. Он чуть улыбнулся и снял черные очки. В его глазах проступил дикий блеск. А выше - под самым потолком - парила багровая птица. Её крылья не шевелились, и лишь настойчивый запах серы дал понять - птица существует на самом деле. Патрик сделал шаг к Маше, и уже не выстрелить в него через дыру в стене. Но остался Рауль: снять главаря "Белого ветра" через дверной проём проще простого.