Императрица и ветер (СИ) - Чурсина Мария Александровна - Страница 129

Нужно было посмотреть на это с другой стороны. Луксор утверждал, что кроме них в доме никого нет. Из комнаты выходили Мия и Виола, ещё куда-то пропал сам Луксор, к тому же Дик ходил за нотариусом.

- Мари, что вы нашли тут интересного? - хмуро поинтересовался Дик. В его голосе не было печали по любимому младшему брату, которого только что зверски убили. Впрочем, возможно, это у него называется выдержкой?

- Эти звёзды, - пробормотала Маша.

Полковник ободряюще похлопал её по плечу

- Да, - промолвил он.

- Это магия, - жёстко сказал Дик.

Спорить здесь было бесполезно. И хотя Маша и понимала, что магией здесь и не пахнет, она закивала в ответ.

Маше оставалось только поражаться всеобщему равнодушию. Даже ей, человеку чужому, при виде подобной расправы над парнем, стало не по себе. А его родные, которые должны были уже биться в рыданиях, стоят и безразлично взирают на его тело.

Всхлипнула только тетушка Клео.

- Где Луксор? - спросила вдруг Виола.

Зря она открыла рот, потому что зловещее слово "магия" и так витало в воздухе. Нужна была только одна крохотная искра, чтобы разжечь настоящий пожар.

- Маг запер нас и теперь может с лёгкостью перебить всех по одному, - чётко выдал полковник. Для него понятие "презумпция невиновности" просто не существовало, существовали только полевой суд и смертная казнь. Хотя, признаться честно, Маше тоже стало жутковато: оказаться запертой почти один на один с безумным убийцей - половина беды. Настоящая беда гораздо глубже. Герберт принёс простыню и накрыл ею тело Рудольфа.

- Мы сейчас должны разойтись все по своим комнатам, - обеспокоено выдал Дик, - так безопаснее.

Тут она уже не смогла просто промолчать.

- Простите, Дик, но мне кажется, вы неправы.

Все разом обернулись на странную гостью. Выражение лица полковника снова стало жёстким.

- Мари, вы немного превышаете свои полномочия, - резко ответил молодой граф. - Всё-таки хозяин в этом доме я.

- Я ни в коем случае не претендую на место хозяина дома, - попыталась вразумить его Маша, - но поймите, что расходиться сейчас глупо, нас могут просто перерезать по одиночке.

- Я ослышался, или вы назвали моё решение глупым, Мари? - голос Дика отдавал могильным холодом.

Она припомнила все самые нелестные ругательства и окрестила ими неизвестного убийцу, Дика и себя за компанию. Надо же было ляпнуть, не подумав!

- Ни в коем случае, - осторожно проговорила она, - просто я хотела предложить вам остаться всем вместе, ведь так будет легче защищаться.

- Мари, вы никогда не работали в вооружённых силах? - поинтересовался полковник. - Это модно у нынешней молодёжи. Я весь вечер наблюдаю за вами, и я не мог не заметить некоторых особенностей в вашем поведении.

- Нет, - махнула рукой Маша, соображая, что бы такое правдоподобное соврать, - я никогда этим не занималась, но у меня есть один друг, он военный.

Полковник кивнул в ответ, и по его лицу нельзя было понять, удовлетворил ли его такой ответ.

- Мне кажется, это резонно, - пискнула из своего угля тётушка Клео. - Помните притчу про веник? Лично мне совсем не хочется оставаться одной в комнате.

Маша оглядела присутствующих: из них только Виола была бледна как полотно, Мия так и вовсе активно делала вид, что ничего не произошло, Герберт смотрел в пол. Новых возражений со стороны Дика не последовало, и Маша взяла на себя смелость заявить:

- Нам не мешало бы вооружиться.

Взгляд, который бросил на неё молодой граф, не выражал ничего хорошего, но он не произнёс ни слова. Полковник Валенте достал из кобуры пистолет и снял его с предохранителя.

- Мне нужно подняться в свои покои за дуэльным мечом, - сухо обронил Дик, - вы позволите мне, Мари?

Маша сделала вид, что не услышала его выпада, она ответила только:

- Я пойду с вами.

Совсем странно было то, что Герберт пропустил весь этот разговор мимо ушей, а ведь это напрямую касалось его, как охранника. Маша и Дик вышли из библиотеки. В галерее свет теперь горел только кое-где, что изрядно затрудняло передвижение. Маше постоянно казалось, что из темноты на неё смотрит тяжёлый, недружелюбный взгляд, но, когда она оглядывалась, вокруг неё были только портреты.

- Может быть, стоит включить свет? - Вежливо попросила она, когда чувство преследования стало совсем уж невыносимым.

Молодой граф с негодованием посмотрел на неё.

- Не беспокойтесь, я смогу найти дорогу в свою комнату, да и в вашу тоже попытаюсь найти.

Спорить с ним было верхом бессмысленности. Когда галерея закончилась, и они попали на широкую, устланную ковром лестницу, Маше стало совсем не по себе.

Дик начал что-то искать в карманах своих одежд.

- Скажите Мари, - произнёс он, не прекращая поиск, - из какой ветви нашего родового древа вы происходите?

Ответ на этот вопрос у Маши был заготовлен.

- Я происхожу от Вэна Вороновского. Его первая жена Никандра была моей прабабушкой. Вы помните, после развода она уехала из города?

- Да, конечно, - кивнул Дик, но его тон совсем не понравился ей. - Мари, здесь нас никто не слышит. Только между нами, вы ведь никакая не правнучка Никандры Вороновской.

Признаться, такой выпад обескуражил Машу, но она и виду не подала, а лишь сжала зубы и мило улыбнулась.

- Дик, я не понимаю, о чём вы.

- Браво, браво, - усмехнулся он, - вы прекрасно играете свою роль. Но теперь это бесполезно, я ведь всё знаю. Имейте смелость признаться, вы никакая не дальняя родственница, вас нанял мой отец.

- Что? - удивлённо переспросила Маша.

- Я вас раскусил, Мари. От господина Сен Поля я слышал кое-что о завещании отца. И вдруг неожиданно поздно вечером приезжаете вы. Слухи, конечно, распространяются, но не так быстро, даже в Нью-Питере о смерти графа Вороновского знают единицы.

Но эти единицы знают гораздо больше, чем ты думаешь, - мысленно усмехнулась Маша. Она пристально посмотрела на Дика.

- Нет, - покачала головой она, - меня никто не нанимал, вы ошибаетесь.

Минуту молодой граф мерил её испытывающим взглядом, потом на его губах появилась снисходительная улыбка.

- Хорошо, Мари, не говорите ничего. Мы ведь взрослые люди, могли бы договориться. Подумайте над тем, какой процент от наследства вы хотели бы получить. Мы с вами ещё поговорим на эту тему.

Он вытащил из кармана то, что так долго и тщательно искал. Предмет приковал к себе взгляд Маши, поскольку это было оружие - мутный блеск стали едва не заставил её отшатнуться.

- Вот, возьми, - усмехнулся Дик, - тебе это будет интересно.

Маша приняла из его рук кинжал и только тогда заметила, что его лезвие мутное от крови, а на рукояти выгравированы руны. Это был настоящий подарок судьбы - руны можно расшифровать, а рассказать они могут очень многое.

- Я нашёл это возле Рудольфа, - проговорил Дик, отпирая дверь в свою комнату. Через секунду он скрылся в темноте.

Маша осталась одна в коридоре. Она встала спиной к стене и принялась изучать дверной проём перед собой. Некоторое время не было слышно ни звука, потом вдруг отчётливо хлопнула дверь, тень промелькнула в нескольких десятках шагов от Маши.

Она, сжав рукоять кинжала, бросилась в то место, где только что мелькнул силуэт, проскочила в приоткрытую дверь. Но увидела лишь, как в конце лестницы мелькнула фигура девушки с растрёпанными русыми волосами.

- Виола! - позвала её Маша, но та не откликнулась.

Маша вернулась в коридор и нашла ту дверь, из которой, скорее всего, и выскочила Виола. Дверь была не заперта. Маша бросила взгляд на дверь Дика, но тот, по всей видимости, выходить ещё не собирался, и тогда девушка вошла в незнакомую комнату.

В слабом свете месяца помещение казалось вполне обычным и совершенно безликим, словно комната в гостинице. В углу стояла кровать, возле неё туалетный столик, рядом - шифоньер, небольшой письменный стол и пара кресел. На кровати осталась брошенная сумка, а рядом, на полу, ещё и пакет, забитый до отказа. Внимание привлекало то, что сумка была буквально вывернута наизнанку, словно рылись здесь в страшной спешке, если не сказать, в панике. Маша шагнула к разбросанным вещам, но тут снаружи снова послышался звук хлопнувшей двери. Она пулей вылетела в коридор, где её уже ждал Дик. Он сделал вид, что в упор не видел, откуда только что вышла его гостья, сказал только: