Императрица и ветер (СИ) - Чурсина Мария Александровна - Страница 124

- Ты переживаешь из-за Мифодия? - спросил император.

- Нет. То есть да, переживаю. Но большую часть уже пережила, - она помяла булочку в руках. - А знаете, он не умер. Он перехитрил Ордена, когда послал на встречу своего домового. Домовой может принимать облик хозяина.

- Я знаю, - император положил руку ей на плечо.

- Почему тогда Орден не догадался, когда убивал его? - Маша оглянулась на Зорга и поймала тёплый взгляд его глаз.

- Может быть, потому что Орден слишком сильно недооценивает противника, если противник человек? - в его улыбке проступила грусть.

Маша помолчала.

- Я завтра уйду в мир людей, да? - подала она голос наконец.

Пушинки ползли по прозрачной занавеске вверх. Гасли шары белого пламени в саду. Один за одним они вздрагивали и исчезали до тех пор, пока их не осталось столько же, сколько освещали императорский сад в обычную ночь.

- Да. Богдан очень просил вернуть тебя. Это для раскрытия какого-то запутанного преступления?

- Не справится Центр без меня, как же... - буркнула Маша себе под нос. - Наверняка, Галактус как всегда меня сплавит проверять регистрации магов в пригороде.

Несколько минут они сидели молча, Маша, потеряв последние стыд и совесть, доедала свою булочку и вспоминала тот вечер, когда ей сказали, что с ней хочет поговорить император магов. Мир людей казался ей теперь далеким и почти выдуманным. Она забыла даже запах Нью-Питерской осени.

Она думала о том, каково императору, брат которого оказался предателем. О том, что будет здесь теперь, что будет, когда вернётся дочь императора. Тревожные мысли шли по кругу, и вот снова настала очередь мысли о том, что было бы, если бы она могла тут остаться.

- Могу ли я рассчитывать на твою помощь, если нашему миру она опять потребуется? - мысли Зорга, казалось, прошли тот же самый путь. Маша подумала, что ей будет не хватать этого уверенного в себе, но в то же время мягкого голоса. Как она без него поймёт, что всё под контролем, что нечего бояться?

Маша обернулась к императору и улыбнулась.

- Я с радостью... точнее, пусть лучше у вас ничего не случается. Но так и хочется сказать, что я жду - не дождусь, когда убьют очередного верховного мага. Простите. Топорный следовательский юмор.

- Топорный императорский юмор: может, самому кого-нибудь убить? - он тихо рассмеялся и положил руку на Машино плечо.

Альмарейн просыпался. Солнечные лучи серебрили округлые камешки, которыми были выложены дорожки сада. Висящие повсюду шары белого пламени гасли, свежий ветер осторожно касался тяжёлой гардины. В распахнутое окно несся тонкий аромат цветов. Стены залы, в которой они находились, уходили высоко вверх, в затянутое рассветным туманом небо. Стены были украшены изображениями, излучающими мягкий серебристый свет, но сейчас этот свет мерк, уступая место солнечным лучам. Маша второй раз проходила мимо сцен сражений и советов, балов и торжественных приёмов.

По обе стороны от портала стояли маги-воины в алых мантиях. Радужный водоворот поманил её, а Маша почувствовала, как ёкнуло сердце. Она обернулась к императору.

- До свидания? - Ей показалось, что её голос звучал слабовато.

- Да, - кивнул Зорг, - именно. До свидания, милая.

Он убрал прядь волос с её лица, потом коснулся её плеча. На лице императора появилась улыбка.

- Береги себя.

Непослушная прядь снова упала на лицо Маше. Она порывисто кивнула и шагнула к порталу. Никаких коридоров и полётов в темноте. Секунду назад она была в мире магов, и вот уже кругом светлые стены, потолок. Зала Центра, специально отведённая для порталов. Словно и не было мира магов.

- Машенька, с возвращением, - навстречу к ней, ошалевшей от таких перемен, уже спешил сияющий Галактус. - Как ты себя чувствуешь? Иди скорее в мой кабинет, расскажешь всё.

- Я в порядке, - проговорила Маша, оглядываясь по сторонам. - Правда. Вы меня так встречаете, как будто я из горячей точки вернулась. А я всего-то несколько дней прохлаждалась в замке императора...

- Маша! - сзади на неё налетела и обхватила за плечи Сабрина. - Ну сколько же можно гулять неизвестно где! У меня даже никто чашку из-под носа не уводит.

- Это и правда ужасно, - согласилась Маша

Маша научилась писать лет в пять. И единственное, что она писала сначала - это письма к папе. Мама не хотела говорить с ней на тему, где папа, отрезав: "Папа далеко и никогда не вернется", поэтому Маша все выдумала сама.

"Милый папочка! Я тебя очень люблю и очень хочу, чтобы ты скорее приехал. Не ругайся пожалуйста... Заканчивай свою самую важную работу скорее. Я очень скучаю, а мама без тебя плачет".

Письмо нашел ее отчим. Был большой скандал, в котором, Вера, кажется единственный раз в жизни, защищала ее.

- Это ее мечты! Надежды! Понимаешь ты что-нибудь или нет? Грех лишать ее этого!

Ответом был звук пощечины. А потом и Вера, и отчим начали настоящую охоту за исписанными и изрисованными листками, которые Маша создавала каждый день. Но - письма непонятным образом стали пропадать...

- Вселенский Разум! Бедная девочка! Что же мы натворили... Как бы я хотел, чтобы жизнь можно было переписать заново, как черновик, - маг в чёрной мантии держал в руках измятые листки с кляксами от слез - самую большую драгоценность во всем мире магов.

- Нет-нет, откладывать это невозможно! - Галактус разговаривал спокойно, но его лицо выглядело напряжённым, а это не вселяло особой радости в Машу.

С самого утра в Центре царило убийственное спокойствие. В её кабинете обнаружилась Сабрина. Она сидела на месте Маши, закинув ногу на ногу, и на свет рассматривала свою катану. Если поднять её узкой стороной на уровень глаз, полоска смертоносной стали казалась тонкой ниточкой.

- Белый ветер, - резко бросил Галактус на общем собрании.

В открытое окно дул осенний ветер. Город за окном жил привычной жизнью. Он ещё не знал, что в чаще недалёкого леса террористическая группировка под названием "Белый ветер" готовит очередное жуткое убийство.

- Я тоже буду участвовать в операции по обезвреживанию террористов?

На её голос Галактус обернулся, смерил взглядом вошедшую к нему Машу и тоном, что не терпит возражений, произнёс:

- Нет, ты - не будешь.

Часть 7. Минута до рассвета

- Да, это уже лучше, - проговорила Сабрина, скептически оглядывая Машу.

Та неуверенно помялась возле кабинки примерочной, отдёрнула шторку и опасливо посмотрела в зеркало.

- Замечательно, Сабрина, я выгляжу полной идиоткой, тебе не кажется? - Она в ужасе передёрнула плечами.

Наряд был как раз из той серии, под которой для Маши висела мигающая табличка "не подходи - убьёт". Ещё и запах - все вещи тонко пахли дорогими духами. Этот аромат напоминал Маше кого-то донельзя взрослого и серьёзного.

- Я должна буду ходить в этом?

- Ну не совсем, - Сабрина взглядом профессионала окинула обширные площади магазина, заставленные кронштейнами, - сейчас мы тебе туфли подберём.

Маша картинно закатила глаза и сделала вид, что вот именно сейчас рухнет в обморок. Но вдруг она кое о чём вспомнила и снова обрела дар речи.

- А может, всё-таки пойдём на рынок, я там такую кофточку присмотрела - с таким бантиком...

- Забудь, - отрезала её подруга, - никаких бантиков. Иначе они просто не переживут твоего вида.

Маша тяжело вздохнула и забралась обратно в примерочную. Там она уже в который раз за сегодняшний день оглядела себя в зеркале. Потом вынула из сумочки прямоугольные очки, и на её лице появилась кривая улыбка.

- Ну да, я вполне могу сойти за графиню... или кого там собирается сделать из меня Галактус?...