Выстрел в лицо - Леон Донна - Страница 8

Брунетти навострил уши: где-то месяц назад внимание всего региона было приковано к транспортной компании из Тессеры.

— Мы заинтересовались этой фирмой, потому что во время одного нашего расследования случайно всплыло ее название, — продолжил Гуарино.

Брунетти сам так часто выдавал подобную ложь, что даже не стал ее комментировать.

Вытянув ноги, Гуарино взглянул в окно, как будто вид церкви вносил ясность в его мысли.

— Первым делом мы отправились поговорить с владельцем. Он унаследовал компанию от отца и управлял ею уже больше пятидесяти лет. В последнее время у него начались проблемы: бензин подорожал, иностранные конкуренты отбивали заказы, предлагая демпинговые цены на услуги, рабочие то и дело бастовали, да и оборудование, включая грузовики, нуждалось в обновлении. В общем, обычная история.

Брунетти кивнул. Если Гуарино имеет в виду ту самую компанию из Тессеры, то финал у истории будет не совсем обычный.

С прямотой, которая удивила Брунетти, Гуарино заявил:

— Ну и он поступил так, как поступил бы любой человек в его ситуации, — начал подделывать бухгалтерскую отчетность. Но получалось у него это не очень хорошо. — В голосе Гуарино звучало чуть ли не сожаление. — Он отлично водил машину, ремонтировал грузовики и составлял для них расписание погрузок и разгрузок, но вот бухгалтер из него вышел никудышный. Так что при первой же проверке финансовая гвардия заподозрила неладное.

— А с чего они вообще стали его проверять? — поинтересовался Брунетти.

Гуарино неопределенно взмахнул рукой.

— Его арестовали?

Maggiore уставился на пол и щелкнул рукой по брючине, сбивая невидимую пылинку.

— Боюсь, все куда сложнее, — наконец признался он.

Брунетти это и так уже понял — иначе зачем он приехал бы сюда за помощью?

— Один человек сообщил нам, — медленно и словно нехотя проговорил Гуарино, — что владелец компании перевозит определенные товары, которые вызывают у нас интерес.

Брунетти резко его прервал:

— Знаете, вокруг перевозят много интересных для нас вещей. Нельзя ли поконкретнее?

Гуарино его проигнорировал.

— Мой приятель из гвардии рассказал, что они обнаружили в отчетах фирмы, и тогда я решил поговорить с владельцем. Я предложил ему заключить сделку, — сказал Гуарино и, бросив взгляд на Брунетти, тут же отвел глаза.

— А иначе вы бы его арестовали, да? — задал риторический вопрос Брунетти.

Гуарино внезапно разозлился:

— Это обычная практика, — отрезал он. — И вы это прекрасно знаете!

Брунетти смотрел, как Maggiore борется с желанием наговорить ему колкостей, о которых потом будет жалеть.

— Я уверен, вы и сами так поступаете, — уже спокойнее добавил он.

— Разумеется, — кивнул Брунетти. — Впрочем, далеко не всегда это приносит нужный нам результат, — добавил он, чтобы посмотреть, как отреагирует Гуарино.

— Вам что-то об этом известно? — тут же встревожился тот.

— Только то, что рассказали мне вы, Maggiore, — ответил Брунетти. — Так что же произошло?

Гуарино смахнул очередную пылинку с колена и, забывшись, так и не снял ладонь с ноги.

— Его убили во время ограбления, — наконец ответил он.

Услышав это, Брунетти кое-что вспомнил. Тессера гораздо ближе к Местре, чем к Венеции, поэтому дело в конце концов передали туда. Патта превзошел самого себя в попытках откреститься от его расследования, заявив, что ему не хватает людей и вообще, это не в его юрисдикции. Брунетти обсуждал убийство со своими приятелями из отделения в Местре, но, по их словам, дело выглядело обычным «висяком». Единственное, что они поняли, — поработали там явно непрофессионалы.

— Он всегда приезжал на работу очень рано, — продолжил Гуарино, к большому раздражению Брунетти так и не назвав имени жертвы, — как минимум за час до водителей и других работников. Там в него и выпустили три пули, — сообщил он и взглянул на Брунетти: — Вы, разумеется, про это слышали. Все газеты только об этом и писали.

— Да, — ответил Брунетти, ничуть не смягчившись — больно долго Гуарино ходил вокруг да около. — Но, кроме того, что было написано в газетах, я ничего об этом деле не знаю.

— Кто бы его ни убил, он уже обыскал перед этим офис — или сделал это сразу после убийства. Они попытались вскрыть настенный сейф — безуспешно, обшарили карманы убитого и забрали все деньги. Даже часы с руки сняли.

— Короче говоря, выглядело все как обычное ограбление?

— Да.

— Подозреваемые есть?

— Нет.

— А родные у жертвы были?

— Да, жена и двое взрослых детей.

— Они имели какое-нибудь отношение к его фирме?

Гуарино покачал головой.

— Сын работает врачом в Виченце, дочь — бухгалтером в Риме. Жена — учительница, через пару лет собирается на пенсию. С его смертью все сразу развалилось. Фирма и недели без него не продержалась, — сказал Гуарино и, заметив удивленный взгляд Брунетти, объяснил: — В наш компьютерный век это звучит дико, но тем не менее никто так и не смог найти ни списка заказов, ни маршрутных листов, ни расписания погрузок-разгрузок. Даже списка водителей не нашли. Похоже, он все держал в голове. Все найденные документы были в страшном беспорядке.

— И как же поступила вдова? — мягко осведомился Брунетти.

— Ну, особого выбора у нее не было — пришлось прикрыть лавочку.

— Вот так просто? — удивился Брунетти.

— Ну а что ей оставалось делать? — спросил Гуарино, словно прося Брунетти быть снисходительнее к бедной неопытной вдове. — Она же простая учительница, причем младших классов. Она даже не знала, с какого конца ей ко всему этому подступиться. Это ведь была типичная компания одного человека, которыми мы, мужчины, так здорово управляем.

— До тех пор, пока этот один человек не умирает, — с грустью заметил Брунетти.

— Да, — вздохнул Гуарино. — Она подумывала продать компанию, но никто ею не заинтересовался. Грузовики были старые, да и клиенты сразу разбежались. Максимум, на что она могла рассчитывать, — что какая-нибудь другая транспортная фирма купит грузовики, и ей удастся сдать в аренду гараж. Но все равно в итоге продала она все за гроши. — Гуарино умолк. Казалось, ему больше нечего сказать. А он ведь ни словом не обмолвился, понял Брунетти, какими были его отношения с убитым, — а ведь они много времени провели вместе, можно сказать, были коллегами.

— Не ошибусь ли я, если предположу, что вы обсуждали с ним кое-что помимо его мошенничества с отчетами? — спросил Брунетти. В противном случае у Гуарино не было ни малейшего повода сюда приезжать — хотя, разумеется, тот и так это прекрасно понимал.

— Да, — выдавил одно-единственное слово Гуарино.

— И он сообщал вам сведения, касающиеся не только своих проблем с налогами? — строго осведомился Брунетти. Сколько можно мямлить? Почему майор прямо не скажет, что у них с убитым были за дела и что ему надо от него, Брунетти? Вряд ли он приехал, чтобы обсуждать чарующую тишину Венеции или обворожительную синьорину Элеттру.

Казалось, Гуарино твердо решил, что больше не вымолвит ни слова.

Наконец Брунетти не выдержал и даже не пытался скрыть раздражение:

— Может, перестанете уже тратить попусту мое время и скажете, зачем приехали?

3

Похоже, Гуарино только и ждал, когда у Брунетти иссякнет терпение, — он ответил на его вопрос без малейших раздумий и совершенно спокойно.

— Полиция сочла, что он погиб в результате ограбления, которое зашло слишком далеко. — И, прежде чем Брунетти успел спросить, как же тогда они объяснили целых три выстрела, Гуарино добавил: — Мы и предложили им такой вариант. Все равно им было наплевать. А так все проблемы решались одним махом.

Наверняка они же постарались, чтобы журналисты как можно скорее забыли об этом деле, понял Брунетти, но вместо того чтобы озвучить эту мысль, спросил:

— Так что же произошло на самом деле?

Гуарино вновь взглянул на церковь и отряхнул брюки.