Закон волков - Херст Дороти - Страница 49

Все кончилось очень скоро. Мои силы иссякли намного раньше, чем Рууко почувствовал усталость. Он вгрызся острыми зубами мне в плечо, я взвизгнула и отползла было прочь, однако он не дал мне уйти и снова прижал к земле, сомкнув челюсти на моем горле.

— Убей я тебя сейчас — мне никто не поставит этого в вину, — прорычал он тихо.

Я дрожала, пытаясь совладать с голосом, но сил не было: я глядела снизу вверх на Рууко и не могла отделаться от воспоминаний о том дне, когда он так же готов был меня загрызть.

— Уходи, — сказал он, убирая с меня лапы. — Вернешься на земли Быстрой Реки — убью. Ты больше не принадлежишь стае.

Я вдруг отчетливо осознала, что наделала, меня начало трясти. Опустив уши и поджав хвост, я поползла назад к Рууко — тот зарычал, оскалив острые зубы, и я вновь попятилась. Сжавшись, чтобы сделаться совсем уж маленькой, я шагнула было к нему — ведь я еще совсем щенок, меня можно оставить! — но он снова меня прогнал.

— Ты не принадлежишь стае!

Я посмотрела на Риссу — та отвернула голову. Я обвела взглядом злобно рычащую Веррну, мерзко ухмыляющегося Уннана, оглянулась на беспокойно скулящих Аззуена и Марру, на понурого мрачного Тревегга — одни не хотят, другие не могут помочь… Иллин дернулась было вмешаться, но Рууко остановил ее яростным взглядом, и она отступила.

Я опустила голову.

— Прочь! — прорычал Рууко, отгоняя меня дальше по тропе. На этот раз я не посмела шагнуть обратно к стае. Оставалось лишь уйти в лес.

Глава 18

Аззуен с Маррой двинулись было за мной вслед, однако Веррна и Минн подмяли их под себя, распластав по земле. Тревегг спорил с Рууко, Иллин что-то шептала Риссе. Я ничего не видела и не слышала. Голову словно забило песком и сухими листьями, в ушах зудели тысячи мошек, язык не помещался в пасти. Было трудно дышать, я не чувствовала ни травы под лапами, ни кустов, за которые цеплялась боками, пока продиралась сквозь лес. Я знала, что надо придумывать способы обезопасить Тали и Аззуена с Маррой на тот случай, если Рууко все-таки решит сражаться, — но сил хватало только на то, чтобы идти. Схватка с Рууко настолько меня вымотала, что я с трудом добралась до реки и там рухнула в грязь.

Не знаю, сколько я пролежала, слушая плеск воды и чувствуя кожей зябкий влажный воздух, который забирался под шерсть. Если Рууко застанет меня на территории стаи, мне не избежать смерти. И пусть. Я готова была лежать вечно, пока Равновесие не примет меня к себе, в мягкую плоть земли.

Заслышав тяжелую поступь верховных волков, я подняла голову.

— Раз так — пойдем, — сказал Яндру.

Подняться я не могла и лишь глядела на них снизу, изредка мигая.

— Что-то легко ты сдаешься, — презрительно бросила Франдра. А я так рассчитывала на сочувствие… — Всего один бой — и валяешься тут, как дохлая мышь.

Ответить было нечего, и я промолчала, положив голову на лапы.

— А чего ты ждала, когда кинулась драться с вожаком? — спросил Яндру голосом не добрее, чем у Франдры.

— Он угрожал Тали. — Мой голос прозвучал словно издалека. — Сказал, что ее убьет. Надо было что-то делать.

— Ну сделала, и что? — Яндру расправил гигантские плечи. — Из стаи Быстрой Реки тебя выгнали, кто ты теперь? Зачем было, спрашивается, отвоевывать в детстве право на жизнь? И бежать сейчас от верной смерти?

— Если я не волчица Быстрой Реки, то не знаю, кто я. — Во мне начал закипать гнев.

Франдра усмехнулась.

— А лучший способ узнать — валяться тут и себя жалеть. Когда надоест — скажешь.

Уязвленная, я поднялась, чтобы встретиться с ней морда к морде, однако Франдра с Яндру тем временем повернули к лесу. Мои лапы стали двигаться сами собой, и я поковыляла вслед за верховными волками.

— Вы куда?

Мне никто не ответил. Ноги у меня были куда короче, поспеть за волками я могла только бегом. Ночь выдалась слишком трудной, все тело болело, голова шла кругом — мысли будто вязли в глине. Франдра с Яндру, не замечая моих мучений, вскоре замедлили шаг и наконец остановились рядом с заброшенной лисьей норой у больших камней. Я поняла, что мы недалеко от той окруженной камнями поляны, где волки встречались с людьми для Большого Разговора.

— Останемся здесь до вечера. — Яндру окинул меня взглядом.

— Мне надо к Тали, — еле слышно проговорила я. — Надо вернуться.

Меня трясло от усталости, каждое слово давалось с трудом.

— Мы должны уйти из Долины, — бросил Яндру. — Чем скорее, тем лучше.

Да, это было бы правильно. Ведь Рууко грозился меня убить.

В голове все путалось. Мне нужно к Тали. А верховные волки куда-то меня ведут. Куда?

Отчаяние и усталость, навалившиеся после бегства от Скалистых и драки с вожаком, закончившейся изгнанием из стаи, пересилили волю, и я провалилась в сон раньше, чем успела рухнуть на траву.

Открыв глаза, я наткнулась на беспокойный взгляд верховных волков.

— Вот и хорошо, — коротко кивнула Франдра. — Поднимайся и пойдем. Пора.

— И не шуми, — добавил Яндру. — Здесь поблизости еще верховные волки. Нас не должны заметить, иначе придется туго.

Я заставила себя проснуться окончательно. Сумерки уже переходили в ночь; я даже не заметила, что проспала целый день.

Я встала. Плечи и задние лапы онемели и отказывались расправляться, болели даже складки между подушечками лап. Однако долгий сон и прохладный вечерний воздух вернули мне силу, а мысль о том, что мои друзья в опасности, заставила встряхнуться. Я вновь ощутила себя собой — словно вчерашняя волчица была лишь медленной и растерянной моей тенью. Теперь я злилась из-за того, что дала верховным волкам меня увести: прошел целый день, а я не добралась до Тали и не смогла выяснить, решит ли Рууко биться с людьми. Так растеряться, что чуть ли не предать всех, кто мне дорог! Только потому, что была истерзана и напугана!

Франдра и Яндру, уже ставшие на тропу, оглянулись.

— Не отставай! — приказал Яндру.

— Я не пойду, мне надо забрать Тали. Верховные волки поглядели недоуменно: им и в голову не пришло, что я могу не подчиниться.

— Глупости, — заявила Франдра, направляясь дальше. Я осталась на месте. Яндру зарычал и подтолкнул меня мордой. Я уперлась лапами в землю. «Если ему надо, пусть тащит в зубах, — подумала я мрачно, — а по доброй воле я с места не двинусь».

Вдруг я заметила, что волки стараются не шуметь: Яндру ведь говорил, что рядом верховные волки, которые могут услышать. И я не отступала.

— Без своей девочки никуда не пойду. И без Аззуена с Маррой.

Если Рууко ввяжется в бой, моим друзьям тоже придется уходить из Долины.

Яндру раздраженно фыркнул.

— Некогда тут спорить! — бросил он. — Поздно, они все равно что погибли.

У меня словно высосали воздух из легких.

— Как так? — воскликнула я, забыв, что надо говорить тихо. Волки зарычали, и я виновато прижала уши, но не опустила глаз, продолжая требовательно смотреть на Яндру. — Что значит «все равно что погибли»?

— Некогда обсуждать! — рыкнула Франдра. — Надо убраться из Долины! Если другие верховные нас застанут, мы не сможем тебе помочь.

— Почему?

Яндру нетерпеливо зарычал и шагнул ко мне, оскалив зубы: он явно намерился утащить меня силой. Я отступила.

— Щеночек!!!

Мы все чуть не подпрыгнули. С той стороны, где осталась прогалина с лежачим деревом, летел Тлитоо, едва заметный среди деревьев. Он резко спикировал и, затормозив в последний миг, приземлился у моих ног, с размаху стукнувшись оземь.

— Зачем ты сбежала, еле тебя нашел! — Грудь его вздымалась от усилий.

— Где ты был?

— Далеко, — задыхаясь, ответил он. — Искал ответы.

От радости, что ворон прилетел, я чуть не завыла. Понятно, что от верховных волков он меня не защитит, и все равно — он меня нашел, не оставил одну!

Я вновь обернулась к Франдре и Яндру:

— Так почему они все равно что погибли? Однако ответил мне Тлитоо:

— Если будет хоть мелкая стычка, погибнут все волки и люди в Долине! — Ворон устремил блестящие глаза на верховных волков и обвиняюще замахал крыльями. Быстрый полет его, видимо, не столько утомил, сколько разгорячил. — Вы скрывали правду! Вы не все говорили малым волкам и человечьим крианам! Вам плевать на здешних волков, даже если они перемрут! — Тлитоо повернулся ко мне. — Есть и другие места, волчица!