Друзья навсегда - Логан Никки - Страница 25

Снова.

В четвертый раз.

Мазохисты какие-то…

— Я не знаю, как ты это выдерживаешь… — Оттенок бледной кожи Бет гармонировал с ее болезненным тоном. Она стояла на палубе траулера «Либертин», бороздившего южную часть океана. Она изо всех сил пыталась смотреть на золотистые контуры дальнего берега, стараясь справиться с морской болезнью. «Вдох, выдох…»

— Ты привыкнешь, — сказал Марк, стоящий у руля.

— Даже вообразить такое не мог, — простонал стоящий рядом с ней полный рыжеволосый американец. Он и Бет взобрались на мостик, чтобы избежать тошноты, пока судно с дизельным двигателем медленно бороздило просторы залива Холли-Бей.

Бет было до сих пор больно слышать голос Марка. Она задавалась вопросом, зачем оказалась на траулере.

Американец отошел в дальний конец мостика, чтобы посмотреть вниз на свою жену и девятерых пассажиров, чьи взгляды были устремлены на искрящуюся водную гладь.

— Спасибо за то, что пришла, — тихо сказал Марк, по-прежнему глядя на горизонт сквозь солнцезащитные очки.

Над головой кружили чайки, следующие за судном в ожидании корма. Один из туристов на нижней палубе бросил птицам что-то съестное, отчего они начали как безумные сражаться за добычу. Их резкий крик изматывал Бет, которая уже была на взводе.

— Я думала, мы все сказали друг другу месяц назад.

— Сказали, — ответил он едва слышным шепотом.

Бет подошла ближе.

— Но не все выяснили. Осталось уладить один вопрос.

— И что за вопрос, который нужно уладить? — Ветер обжигал ее. Она обхватила себя руками.

Марк нахмурился:

— Как ты себя чувствуешь, Бет?

— Тебе-то что за дело? — резко спросила она. — Какая тебе разница, как я себя чувствую? Мы больше не являемся половинками одного целого. — Бет указала на берег. — Ты заявил, что мы не будем друзьями, в тот день на пляже, в прошлом году. Затем несколько месяцев спустя ты приехал в Перт, чтобы снова об этом сказать. Потом ты пришел за мной на крышу здания, чтобы еще раз об этом напомнить. Что теперь? Будем обсуждать этот вопрос в четвертый раз? — Она сверлила его взглядом. — Для мужчины, который не заинтересован в дружбе со мной, ты слишком часто встречаешься на моем пути.

Марк повернулся к Бет:

— И все же ты здесь.

Бет пристально уставилась на него, понимая, что он абсолютно прав. У нее нисколько не пропал к нему интерес и желание его видеть. Когда Марк прислал ей письмо и попросил о встрече, в ее душе возникли противоречивые чувства.

— Значит, я дура. Ты собираешься рассказать мне, зачем я здесь?

— Когда я планировал этот рейс, я знал, что приглашу тебя.

— Зачем?

Его насмешливая улыбка не достигла глаз. Ей не нужно было видеть их, чтобы в этом убедиться. Марк заглушил мотор.

— Подожди…

За его спиной раздался внезапный всплеск. Туристы с нижней палубы восторженно закричали и накренили судно, подбежав к одному борту. Их фотоаппараты защелками и затрещали, словно клювы чаек над их головами. Невдалеке они увидели кита, который, поднявшись из воды, набирал в легкие воздух. Затем он снова пропал из вида, словно его никогда не существовало.

Бет мгновенно забыла о волнении. При виде китов по ее жилам быстрее бежала кровь. Она коснулась руки Марка плечом, когда встала рядом с ним. Ей показалось, он придвинулся к ней ближе, но, должно быть, это произошло из-за крена судна.

По правому борту судна появился еще один кит, а затем еще один, и Бет догадалась, что Марк остановил траулер в центре стаи этих огромных животных. Она мгновенно вспомнила косатку, которую спасала вместе с Марком.

— Откуда ты знаешь, где найти стаю?

Марк встал позади нее, надев свою куртку на ее продрогшие плечи. Бет тут же вернулась мыслями в ту ночь, что они провели на пляже. Сегодняшний холодный бриз не мог сравниться с ветром той ночи.

— Я встретил стаю косаток две недели назад. Они приплывают сюда каждый день.

Бет потеряла косаткам счет. Кажется, их было не меньше дюжины. Они бороздили воды парами и поодиночке, приближались и удалялись. Время от времени одна из косаток взмывала на поверхность, и Бет оставалось только изумляться размерам ее тела.

— Корпус твоего судна, должно быть, напоминает им маленькое одинокое облачко на огромном темносинем небе.

Сейчас, как и в ту ночь на пляже, когда она смотрела в бескрайнее небо, Бет чувствовала себя песчинкой во Вселенной.

Марк обнял Бет. Очередное напоминание о той ночи. Бет было все равно, что они ведут себя недопустимо. Она позволила теплу его тела проникнуть в нее. Еще один раз.

— К судну их влечет любопытство. Если мы встанем на якорь в другой части залива, они последуют за нами.

Косатки продолжали кружиться в воде, и у Бет перехватило дыхание. Какое прекрасное зрелище! Одна из косаток подплыла к судну, и из воды на несколько секунд выглянул ее огромный глаз. Казалось, глаз смотрел непосредственно на двух людей, стоящих рядом на верхней палубе. Затем косатка медленно исчезла в водах океана.

Бет повернулась к Марку, не в силах сдержать восторженного восклицания, но он осторожно развернул ее обратно:

— Смотри…

Бет посмотрела… и не поверила собственным глазам. Над водной гладью поднялась спина косатки, которая только что смотрела на них. Затем животное, словно салютуя, подняло хвост, на котором виднелся шрам.

У Бет перехватило дыхание. Шрам имел форму стрелы. Бет была не в силах отвести взгляда от животного.

— Это наша косатка, — сказала она.

Марк прижал подбородок к ее макушке, а другой рукой обнял Бет еще крепче. Его молчание говорило о том, что он так же растроган, как и она. Они наблюдали, как красивый сильный хвост косатки без всплеска опускается в воду. Такому входу позавидовала бы сама Тасмин Мейджер.

Голос Бет дрожал.

— О боже…

— Еще один сюрприз. Подожди…

Она посмотрела в направлении, указанном Марком, и уставилась, не моргая, на сверкающую гладь океана. Сначала ничего не происходило, а потом…

— Марк! — взвизгнула Бет.

Детеныш косатки, по размеру не больше хвоста своей матери, появился на поверхности, резвясь и плескаясь.

— Я думаю, она была беременна, когда мы ее спасали, — тихо произнес Марк у ее уха. Взгляд Бет был прикован к косатке. — Киты обычно держатся рядом со старшими детенышами, пока у них не появится новое потомство.

Голос Бет стал подозрительно хриплым.

— Это китовые ясли? — Она слышала о том, что киты предпочитают проводить несколько месяцев с новорожденными детенышами в защищенных и богатых кормом заливах.

— Я так думаю.

Марк обнимал Бет, пока она плакала. Между ними слишком много всего произошло, чтобы она стыдилась своих слез. Она чувствовала радость, облегчение и грусть от предстоящего прощания.

В конце концов они расстанутся, не испытывая взаимной ненависти. Просто они не могут быть вместе. Они как люди и киты — их тянет друг к другу инстинктивно, но в конечном счете совместная жизнь грозит большими опасностями.

— Ты должна спуститься на нижнюю палубу, — сказал Марк, приглаживая ее волосы, которые растрепал ветер. — Скоро будет по-настоящему холодно.

Бет с трудом отвела взгляд от по-прежнему резвящихся морских гигантов и повернулась к трапу. До того, как здравый смысл сумел ее остановить, она обхватила Марка рукой за шею и притянула его голову к себе. Казалось, ее губы прижимались к уголку его рта целую вечность.

— Спасибо, — прошептала она, ее сердце учащенно билось. «Я люблю тебя». — Я буду по тебе скучать.

Он осторожно взял ее за запястье.

— Кажется, ты со мной прощаешься.

«Больше никаких игр». Она кивнула на резвящихся косаток:

— Может, нам нужно было увидеть ее, чтобы по-настоящему расстаться?

Марк настрадался из-за отношений с матерью-наркоманкой, поэтому он не сможет жить с Бет, хотя она и поборола свое пагубное пристрастие. Конец истории.

— Ты действительно этого хочешь? — прошептал он. — Ты в самом деле стремишься окончательно расстаться?