В день пятый - Хартли Эндрю Джеймс - Страница 86

Другой боевик приблизился к ним со стороны вертолета. Развернув Куми, он заломил ей руки за спину, и через мгновение она была надежно связана тонкой, но невероятно прочной полоской пластика. Затем их с Джимом повели к пальмам и полуразрушенной хижине, крытой тростником, с деревянными стенами, обуглившимися от невыносимого жара.

— Сюда, — приказал боевик.

Войдя в хижину, Джим сразу же уселся на песок. Куми осмотрела эту импровизированную тюрьму. Выбраться отсюда можно было довольно легко, но дальше предстояло десять, а то и двадцать секунд бежать по глубокому песку через открытое место до ближайших деревьев и вдвое дальше — до воды. Пули скосят их задолго до того, как они смогут укрыться в джунглях. Тут надо придумать что-нибудь другое.

— Долго еще мы сможем пробыть в этой посудине? — спросил Томас.

— Шесть часов, — ответил Паркс. — Максимум девять. Если перейти в режим выживания, можно будет продержаться дольше, но в этом случае придется отказаться от всего остального, в том числе от возможности перемещаться.

— Значит, нам нужно выбраться на берег, но только после захода солнца, — заключил Томас.

— Возможно, врагам уже известно наше местонахождение, — заметил Паркс. — Если они имеют доступ к гидролокатору «Нары» или могут сбросить буек с локатором с вертолета, мы превращаемся в неподвижную цель.

— Придется исходить из предположения, что гидролокатора у них нет, — сказал Томас.

— Верить в то, что бедняки получат свой кусок хлеба после смерти? — Паркс язвительно усмехнулся. — Голая убежденность, ни на чем не основанная?

— Не знаю, что еще нам остается, — сказал Томас. — Нужно уйти подальше от судна и погрузиться как можно глубже. Подойдем к острову с противоположной стороны и будем ждать наступления темноты, чтобы высадиться на берег.

— На это потребуется несколько часов, — возразил Паркс. — Как только мы пристанем к берегу, лодка станет бесполезной. Без «Нары» мы не сможем спустить ее обратно на воду.

— Пока что я не вижу, куда нам плыть, — сказал Томас. — Выбираемся отсюда.

Вздохнув, Паркс повел подлодку прочь от каменной стены, держась у самого песчаного дна, подернутого рябью. Он двигался медленно, поскольку спешить было некуда, а высокая скорость увеличивала вероятность быть обнаруженным гидролокатором. Паркс называл это кавитацией.

— Если у них есть гидролокатор, они, наверное, все равно нас обнаружат, но незачем кричать, привлекая к себе внимание, — рассуждал он.

— Ты по-прежнему подразумеваешь под «ними» Католическую церковь? — спросил Томас. — Наши враги высаживаются с вертолетов, вооруженные автоматами. Мне кажется, тут что-то не так.

— Меня никогда не переставали удивлять могущество, жестокость и невежество религиозных деятелей, — заметил Паркс.

— Ты полагаешь, что именно эти люди захватили мою жену? — сказал Томас, не сразу сообразив, что не добавил привычное «бывшую».

— Да. Ты должен забыть весь этот бред о христианском милосердии. Если ты не с ними, то против них. Забудь все свои тонкие аргументы в полутонах. Эти люди ведут с тобой такую же беспощадную войну, как если бы ты был заодно с самим дьяволом. Даже не надейся, Томас, что твоей Куми удастся остаться в живых. Так тебе будет только тяжелее, когда ты увидишь ее труп.

Глава 102

В разведывательном центре имени Джорджа Буша в Лэнгли, штат Виргиния, трезвонили телефоны. В спешке было созвано совещание, и голос агента Серниги, отраженный спутниками защищенной связи, зазвучал в комнате, заполненной серьезными, сосредоточенными людьми, которые не отрывали взгляд от проецируемых на экраны карт и изображений со спутников. В числе последних были и снимки, сделанные четырнадцатого марта, на следующий день после того, как пара шальных «Хищников» нанесла ракетный удар по рыбацкой деревушке на уединенном филиппинском островке. Серьезные, сосредоточенные люди, выслушав слова Серниги, выразили официальную благодарность ему и его ведомству за проявленную бдительность.

— Ну?.. — спросил заместитель директора. — Кто может что-нибудь добавить?

Заговорила чернокожая женщина в очках:

— Если инцидент произошел вследствие умышленного изменения компьютерной программы, это было умело замаскировано под системный сбой.

— Такое возможно, Джанис?

— Вполне.

— Эта мысль уже приходила вам в голову? — спросил заместитель директора, взглянув на часы. — Скажем, полчаса назад?

— Разумеется, — с вызовом ответила негритянка. — Моя работа заключается как раз в том, чтобы рассматривать все подобные возможности.

Кто-то ахнул, и только тогда Джанис сообразила, что сказала совсем не то. Заместитель директора молча уставился на нее. Напряженность в комнате нарастала, словно все присутствующие затаили дыхание.

Наконец заместитель директора заговорил, пристально глядя ей в лицо:

— Мне доложили, что это был системный сбой. Никаких вопросов и ошибок. Отказ техники. — Он остановился, но если это был вопрос, то никто на него не ответил, и мужчина продолжил, медленно, раздельно: — Сейчас я слышу о другой возможности, потому что?..

Все неуютно заерзали. Заместитель директора был не из тех, кто мог смириться, остаться в стороне, пока дело не завершено надлежащим образом. Сняв очки, Джанис посмотрела ему в глаза, сознавая, что ее карьера сейчас может устремиться в крутое пике, из которого уже не выйдет.

— Мы полагали, что сможем решить проблему собственными силами, сэр, — сказала она. — Предварительно нужно было восстановить всю цепочку событий…

— Но вопросы стали возникать уже за стенами нашего ведомства, так? — продолжал заместитель директора, спокойствие которого теперь висело на натянутом до предела стальном тросе.

— Судя по всему. Да, сэр.

Мгновение он не мигая смотрел на нее, потом сказал без злобы и пустых угроз:

— Когда все это завершится, Джанис, у нас с вами будет долгий разговор.

— Да, сэр, — пробормотала она.

— Пока что мне нужен список предположений относительно того, как это было осуществлено, сколько человек в этом участвовали, кем могут оказаться эти люди, — сказал заместитель директора. — Это должно быть у меня через час. Еще я хочу, чтобы все «Хищники» оставались на земле.

— Сэр, возможно, это уже невыполнимо, — подал голос мужчина средних лет с желтыми от никотина пальцами.

— Сделайте так, чтобы стало выполнимо, — отрезал заместитель директора. — Пока система не получит свидетельства полного здоровья и у нас не будет абсолютной уверенности в том, что ее невозможно взломать, в воздух больше ничего не поднимется. Это понятно?

Глава 103

На крошечный филиппинский островок опустилась ночь. Паркс привел подводную лодку с погашенным освещением в укромную бухту, для ориентации в пространстве полагаясь только на экран гидролокатора. Четыре мучительно долгих часа суденышку пришлось пролежать на дне, на глубине тридцати метров. Люди сидели в безмолвном мраке в ожидании захода солнца. Для Томаса, не выносящего тесных помещений и неподвижности, это явилось правдоподобным приближением ада.

Они медленно приблизились к побережью, по-прежнему не зажигая света, словно призрак всплыли на поверхность и направились к берегу, включив двигатели на самые маленькие обороты, так что казалось, будто их просто несет плавное течение. Непосредственно перед тем, как окончательно стемнело, прозрачная прежде вода словно помутнела, предположительно от песка, нанесенного с берега. Вид из прозрачного колпака стал расплывчатым и нечетким. Разумеется, после захода солнца темнота стала абсолютной, и у Томаса возникло ощущение, будто ему уже много дней приходилось рассчитывать только на остальные органы чувств. В спасательном наборе был фонарик, однако Найт и Паркс не стали его включать, не желая привлекать к себе внимание. Коснувшись дна, подводная лодка окончательно всплыла, развернулась и закачалась на волнах, прежде чем пройти последние несколько дюймов и полностью остановиться.