Невинная жертва - Хенкс Мэрил - Страница 7

Когда чашки опустели, Луи весело спросил:

— Чем мы займемся, прежде чем отправимся спать?

— Давайте я помою посуду.

Он покачал головой.

— Успеется. Я имел в виду какие-нибудь развлечения. Здесь, конечно, есть телевизор, но в гостиной такой ледник, что вряд ли вам захочется его смотреть.

— Я не очень люблю смотреть телевизор, — сказала Мадлен. — Я бы предпочла что-нибудь почитать.

— Я с вами солидарен. Слава Богу, книг у нас сколько душе угодно. Кроме библиотеки отец собрал большую коллекцию книг первого издания.

— На самом деле? Это так интересно!

— Я не слишком в этом разбираюсь, — сказал Луи. — Если захотите, я вам как-нибудь ее покажу.

Предложение было сделано небрежным тоном, но она ответила с нескрываемым энтузиазмом:

— Спасибо, с большим удовольствием.

— Как вы понимаете, составление каталогов и тому подобное требует много времени, вот почему отец пригласил Мари Мюрье в качестве секретаря.

— Я и понятия не имела, что ваш отец коллекционировал книги, — заметила Мадлен.

Ей показалось, что по лицу Луи пробежала тень сердитого недоверия и тут же исчезла.

— Вы меня удивили. Я всегда считал, что это известно всем, по крайней мере тем, кто его знал.

— Я же говорила, что не была знакома лично с вашим отцом. Я только слышала о нем.

— Неважно. Если вы с ним занимались одной и той же деятельностью, то должны были быть наслышаны о его увлечении коллекционированием книг.

Мадлен удивилась, почему он так настаивает на своем, и покачала головой.

— Не обязательно. Видите ли, если становится известно, что состоятельный коллекционер интересуется какими-то изданиями, цена на них баснословно вырастает. Поэтому обычно серьезные коллекционеры предпочитают действовать через агентов, оставаясь в тени.

Она не была уверена, что убедила его. Лицо Луи ничего не выражало. Зеленые глаза оставались непроницаемыми, скрывая мысли.

Через минуту он пожал плечами и с легкостью произнес:

— Это разумно, я думаю. Покупка и продажа — это бизнес, не имеет значения, о каком товаре идет речь.

Она успокоилась, ей было приятно, что он согласился с ней. И все-таки почему он ей не поверил? Какая, по его мнению, причина могла заставить ее солгать?

Неожиданно поленья в камине рассыпались, и тысячи искр разлетелись по сторонам. Луи встал и длинными щипцами поправил дрова.

Вернувшись на место, он улыбнулся ей, и почему-то от этой улыбки у нее перехватило дыхание и быстрее застучало сердце.

— Теперь, пожалуй, мы можем вернуться к нашей дискуссии, — сказал он, продолжая улыбаться.

— К нашей дискуссии? — спросила она рассеянно.

— Если помните, мы с вами обсуждали перспективы развлечений на сегодняшний вечер. Мы исключили телевизор, следовательно, осталось два варианта…

— Два?

Он искоса посмотрел на веточку омелы над камином, потом с нескрываемым удовольствием стал наблюдать за румянцем, выступившим на ее щеках.

Стиснув зубы, Мадлен спросила как можно спокойнее:

— Может быть, здесь есть карты или шахматы?

— Раньше были, но понятия не имею, сохранились ли они. — Его лицо внезапно застыло, и он продолжил: — Единственные игры, которые признавал мой отец, это развлечения с женщинами… Или скорее с девчонками, которые годились ему в дочери. — Выражение ее лица заставило его спросить: — Неужели вы не знали?

— Нет. — Она всегда представляла себе месье Мориса Лакруа образцом респектабельности и высокой морали.

Зеленые глаза продолжали сверлить ее.

— Даже не догадывались?

— Нет.

— Теперь моя очередь удивляться. Хотя он всегда был осторожным человеком и умел вести себя с разными людьми по-разному. В таком маленьком городке, как Безанвиль, легко стать объектом для сплетен.

— Я никогда не слышала о вашем отце ничего порочащего его, — еще раз подтвердила она.

Луи пожал плечами и неожиданно сменил тему разговора.

— Что вы успели посмотреть в Шато дю Буа?

Мадлен удивилась, он ведь прекрасно знает ответ.

— Холл, кухню и библиотеку, — тем не менее сказала она.

— Значит, вы не видели старую часть дома?

— Нет, я даже не представляю, где она расположена.

— Это почти таинственное место. Там есть секретные места за раздвижными панелями. Я могу показать вам, если хотите. Мне кажется, что в снежную рождественскую ночь это как раз то, что надо.

Мадлен невольно задумалась: хочет ли он немного попугать ее, чтобы пощекотать нервы, или он просто еще в юности начитался сказок о привидениях?

По-видимому, ее размышления отразились на лице, потому что он усмехнулся и добавил:

— А когда вернемся, мы сможем сесть у огня и рассказывать друг другу совершенно правдивые истории о привидениях.

— Боюсь, я не знаю таких историй, — честно призналась она.

— Неужели у вас нет никакого личного опыта? Вы никогда не видели привидений?

— В этом нет ничего удивительного. Вряд ли какое-нибудь уважающее себя привидение захотело бы посетить небольшой коттедж или крошечную однокомнатную квартирку.

— Да, пожалуй, в таком тесном пространстве их могла бы скрутить судорога. Зато здесь… — Он замолчал.

Ее глаза широко распахнулись.

— Вы хотите сказать, что в Шато дю Буа есть привидения?

— Вижу, вы не принимаете всерьез мои слова, — нахмурился он.

— А что, я должна в это поверить?

— Конечно! Нельзя расстраивать месье Роже.

— Месье Роже?

— Месье Роже Лакруа. Я расскажу вам о нем позже… Ну так что, сыграем в привидения?

— Сыграем, — с сомнением согласилась она. В его поведении было что-то такое, что заставляло ее быть начеку.

— Тогда начнем. — Он встал и подал ей руку, чтобы помочь подняться. Но она сделала вид, что не заметила его жеста и поднялась сама. — Там будет холодно, поэтому давайте оденемся потеплее, — предложил он и помог ей надеть пальто одной рукой. Потом сам натянул джемпер. — Нам понадобятся свечи и спички.

Мадлен удивилась.

— А что, разве там нет электричества?

— Конечно, есть, но ведь генератор не работает. К тому же не весь дом модернизирован, поэтому свечи нам очень даже понадобятся.

— Тогда, может быть, будет лучше пойти туда днем?

— Что?! Чтобы испортить все развлечение?!

— Мне кажется, что вы хотите просто напугать меня.

Вместо того чтобы отрицать, он спросил:

— И как, у меня это получается?

— Нет, — твердо ответила она.

Луи собрал спички в пакетик и сунул его в карман. Мадлен наблюдала за его действиями с растущим недоверием. Потом он достал из шкафа прекрасный старинный бронзовый подсвечник, сделанный в форме дракона, стоящего на когтистых лапах, с изгибающимся хвостом и широко распахнутыми крыльями. В его открытой пасти находилась свеча.

— Подержите, пожалуйста, — вежливо попросил он.

Она взяла подсвечник и удивилась его тяжести.

— Давайте начнем с подвала! — Он повернулся и пошел впереди.

5

Они прошли через маленькую дверь в холле, спустились вниз по каменным ступенькам и оказались в просторном помещении, вымощенном каменными плитами, все пространство которого было разделено на несколько помещений.

Он открыл дверь в большую комнату и сказал:

— Раньше здесь была кухня, а на месте теперешней была комната для прислуги.

Мадлен с интересом разглядывала глубокую раковину из камня, большой дубовый стол и огромный камин с вертелом, на котором можно было бы поджаривать целого бычка.

Здесь было так холодно, что от их дыхания образовывался пар. Поэтому она нисколько не огорчилась, когда он выключил свет и они пошли дальше. Через переход они прошли к жилым помещениям. Уже беглого осмотра комнат было достаточно, чтобы оценить их богатое убранство — элегантная удобная мебель, изысканные шелковые обои на стенах, узорчатая лепнина на потолке — все предназначалось для красивой жизни.

— Как видите, эта часть дома была модернизирована, насколько это было возможным, чтобы не испортить старины. Здесь будет очень уютно, когда заработает отопление. Этажом выше, кроме апартаментов Мюрье, еще семь спален и несколько ванных комнат, но нет ничего интересного. Поэтому я не поведу вас туда, до того как придет время сна.