Женская логика - Хенкс Мэрил - Страница 33

– Да, будьте любезны.

Швейцар жестом подозвал первую машину из вереницы такси. Джефф отблагодарил его щедрыми чаевыми. Затем они сели в машину, и он приказал таксисту везти их в «Хэрродс».

Как только они переступили порог одного из самых знаменитых универмагов мира, Лиз показалось, что ее подхватил какой-то вихрь и она больше не властна над событиями. Если она привыкла подходить к покупкам очень осмотрительно, Джефф, казалось, не любил долго раздумывать. К тому же у него были свои представления о том, что ей следует и чего не следует носить. Он без тени смущения выбрал несколько весьма смелых комплектов нижнего белья и пару прозрачных ночных рубашек, при виде которых Лиз залилась румянцем. Затем так же решительно были куплены несколько платьев с подходящими по цвету туфлями, перчатками и сумками. Наконец Джефф повел ее в отдел товаров для новобрачных.

– Нужно выбрать тебе подвенечное платье.

– Зачем? У меня есть светлый костюм… – попыталась возразить Лиз.

– Ни в коем случае! Я хочу, чтобы моя невеста выглядела, как и подобает невесте.

Придирчиво оглядев ряды вешалок с платьями в прозрачных чехлах, Джефф выбрал одно из шелка цвета слоновой кости, с атласным лифом, с длинными узкими рукавами и с длинной, расширяющейся книзу юбкой.

– Вот это – если, конечно, оно тебе подойдет.

Лиз вздохнула: от платья веяло романтикой, которой недоставало их прагматичному браку. Продавщица повела Лиз в примерочную. Лиз оглянулась на Джеффа и неуверенно спросила:

– Хочешь посмотреть?

– Нет! – отрывисто, почти резко возразил он. – Жениху не полагается видеть платье невесты до свадьбы, это дурная примета.

Платье сидело на Лиз идеально, словно было специально для нее сшито. Продавщица быстро подобрала к платью туфли и веночек из искусственных цветов, к которому была прикреплена тонкая, как паутинка, фата.

Когда Лиз и Джефф вернулись в отель, покупки, доставленные рассыльным из «Хэрродс», уже ждали их в номере, а вместе с ними – коробка из цветочного магазина с белой гвоздикой для жениха и изящным букетиком для невесты, составленным из белых фрезий и полураспустившихся алых роз.

– Надеюсь, тебе нравится? – Как ни странно, в голосе Джеффа сквозила неуверенность. – Поскольку на тебе будет ожерелье, я решил, что в букет нужно добавить красного.

– Прекрасный букет, мне очень нравится, – прошептала Лиз.

– К сожалению, я не обеспечил тебя подружкой невесты, но, если хочешь, можно вызвать горничную, чтобы помогла тебе одеться.

– Не нужно, я сама справлюсь. Мы поедем в церковь вместе? – поинтересовалась Лиз, вспомнив слова Джеффа, что жениху не следует видеть платье невесты до свадьбы.

– Нет, я поеду вперед, а без десяти четыре придет машина за тобой. И еще: перед отъездом я бы хотел надеть на тебя ожерелье.

– Да, конечно.

Лиз кивнула и поспешила в ванную. Через пятнадцать минут Джефф постучал в дверь. Она быстро набросила халат и босиком вышла в спальню. Джефф ждал ее в новом жемчужно-сером костюме с белой гвоздикой в петлице. Высокий, темноволосый, красивый – вылитый жених, сошедший со страниц женского романа, подумала Лиз. У нее возникло ощущение нереальности происходящего. Джефф поднял ожерелье.

– Ты уже готова его надеть?

Лиз молча кивнула и повернулась к нему спиной, чтобы было удобнее застегивать замок. Как только дело было сделано, Лиз снова повернулась и вопросительно посмотрела на Джеффа.

– Великолепно. Теперь у тебя есть все, что полагается: одно старое – кольцо, одно новое – платье, одно взятое взаймы – ожерелье, и что-то голубое, – он указал на незабудки, вышитые по подолу платья.

Сейчас Джефф снова напомнил Лиз себя прежнего, и сердце ее забилось быстрее. Но он, не поцеловав ее и даже не улыбнувшись, повернулся и ушел, оставив ее с ощущением пустоты и одиночества.

Без четверти четыре Лиз была готова и в последний раз взглянула на себя в зеркало. Даже макияж не смог до конца скрыть ее бледность, но платье – просто мечта невесты, оно способно преобразить обычную девушку в сказочную принцессу, и Лиз осталась довольна. Конечно, она не так красива и соблазнительна, как Бренда, но постарается стать Джеффу хорошей женой. Что бы ни случилось, она никогда намеренно не причинит ему страдания.

В дверь негромко постучали. Лиз схватила букет и поспешила открыть. К ее изумлению, в коридоре стоял Роберт Кэссиди. В безупречно сшитом сером костюме, с белой гвоздикой в петлице он выглядел внушительно и очень празднично.

– Вы прекрасны! – восхитился Роберт. – Джеффри повезло. Судя по вашему удивленному взгляду, он вас не предупредил?

– Нет, не предупредил. – Лиз улыбнулась, с появлением Роберта ей стало не так одиноко. – Но я очень рада, что вы приехали. Кажется, вы будете нашим единственным гостем.

– Строго говоря, я не гость. Видите ли, Элизабет, поскольку, как понял со слов Джеффри, ваш отец умер, он попросил меня быть посаженым отцом и вести вас к алтарю. Разумеется, я с радостью согласился. – Поскольку Лиз молчала, он с некоторой тревогой спросил: – Надеюсь, вы не против?

Лиз проглотила подступивший к горлу ком.

– Нет, что вы, я просто счастлива! Сказать по правде, мне было немного… не по себе.

– В таком случае, позвольте предложить на выбор: руку – чтобы опереться, или плечо – чтобы всплакнуть от счастья. Что вы предпочитаете?

Лиз улыбнулась и опустила на лицо фату.

– Лучше руку.

– Прошу. – Роберт подставил согнутую в локте руку. – Карета ждет. Правда, это лимузин, но не простой, а свадебный.

Действительно, лимузин был украшен цветами и лентами, за рулем сидел улыбающийся водитель с гвоздикой в петлице форменного пиджака.

По пути в церковь молчали, но уже само присутствие Роберта действовало на Лиз успокаивающе. Она мысленно поблагодарила Джеффа за заботу. Наконец лимузин остановился у тротуара, от которого к церкви вела мощенная булыжником дорожка. На паперти уже ждал пожилой священник с добрым морщинистым лицом. Лиз, опираясь на руку Роберта, поднялась по каменным ступеням, вошла внутрь… и ахнула. Церковь была убрана цветами, солнечный свет, проникающий через высокие витражные окна, и звуки органа создавали торжественную атмосферу. Но для Лиз, идущей по проходу рядом с Робертом, уже никого и ничего не существовало, кроме одиноко стоящего у алтаря мужчины.

Джефф обернулся, и на какое-то короткое мгновение в его глазах появилось выражение, которое Лиз так мечтала в них увидеть, – появилось и исчезло, лицо снова стало непроницаемым.

Невеста встала рядом с женихом, священник занял свое место и началась короткая служба. Роберт исполнял свою роль не просто безукоризненно, но с видимым удовольствием. Жених и невеста по очереди сказали тихое, но отчетливое «да» и обменялись кольцами.

Священник объявил их мужем и женой и сказал Джеффу:

– Можете поцеловать жену.

Джефф, сохраняя на лице все то же непроницаемое выражение, приподнял фату, посмотрел Лиз в глаза и быстро, почти небрежно поцеловал ее в губы.

Две престарелые дамы, которые согласились быть свидетелями на свадьбе, широко улыбаясь, выступили вперед, чтобы поставить свои подписи в регистрационной книге.

Итак, с формальностями было покончено. Выслушав поздравления и добрые пожелания, новобрачные под звуки органа двинулись к выходу.

На улице Джефф обратился к Роберту:

– Вы успеете выпить с нами шампанского?

– Боюсь, что нет, – с искренним сожалением отказался тот. – Через десять минут я должен вернуться в Палату лордов. Но я обязательно навещу вас в Колдуэлл-Холле.

– Будем вас ждать, – сказала Лиз.

Мужчины пожали друг другу руки, и Роберт уехал. Новобрачные двинулись к ожидающему их лимузину, щедро осыпаемые дамами-свидетельницами рисом.

Джефф помог Лиз сесть в машину и сел рядом. До самого отеля они не проронили ни слова.

В холле их встретил управляющий и пожелал счастья. Однако к тому времени, когда Джефф, не только избегая прикасаться к Лиз, но даже не глядя в ее сторону, привел молодую жену в их роскошный номер, Лиз чувствовала себя какой угодно, только не счастливой. Быстро взглянув на его лицо, она поняла, что и Джефф тоже не на седьмом небе. Почувствовав на себе ее взгляд, он отрывисто спросил: