Хранительница. Ученица мага - Кузнецова Светлана - Страница 30

Поэтому всё негодование в основном было направлено на нашего Лешека, так как все легко смогли его идентифицировать как обычного лешего, ну и за компанию к нему — на гнома и драгола. Меня, по причине принадлежности к человеческой расе, пока не трогали.

— С каких это пор у леших появились средства, достаточные для поступления в Академию? Или, может быть, ты грабил бедных путников и таким образом накопил денег на обучение? Подскажи, кого ты умудрился подкупить, чтоб у тебя признали наличие магической искры? Вы же совершенно бесполезные существа, только и можете, что пакостить бедным путникам. — Девушка демонстративно фыркнула, выражая свое презрение к бедному лешему.

Повернувшись к братьям, она требовательно посмотрела на них, ожидая бурной поддержки своих слов. Тот из братьев, который назвался Николасом, оказался чуть повыше ростом и немного посообразительней. Именно он и выступил с обличительной речью:

— Вы все правильно говорите, великолепная леди. Мне также не совсем понятно, что здесь могут делать драголы и гномы. Такими темпами в Академию скоро будут принимать всех без разбора. Хотя что я такое говорю, судя по всему, уже начали принимать.

— Вот именно! Что вы здесь делаете, мне тоже непонятно. — Натиль Панадис явно села на своего любимого конька, и теперь скандал стремительно набирал обороты. — Да-да, я вам говорю. — Девушка своим пальчиком указывала куда-то посередине между гномом и драголом. — Ваша задача — делать красивые украшения и ковать качественное оружие, а уж занятие магией оставьте для достойных людей (это она, видимо, себя имела в виду). Все равно я ни за что не поверю, чтоб у таких приземленных созданий, вернее, подземленных… — Натиль засмеялась, считая свое высказывание великолепной остротой, — может быть хоть капля стоящей магии. Так что вам лучше развернуться и дружно топать в свои горы!

Чувствуя, что эта барышня может еще долго морочить нам головы и поливать грязью моих друзей, я уже совсем было приготовилась сказать ей какую-нибудь гадость, но была остановлена легким прикосновением Дакка. Повернувшись к нему за ответом, я увидела, что он делает мне знаки, показывая куда-то за спину. Обернувшись, я решила подождать с выяснением отношений, так как к нашему столу подходил Заместитель Ректора — Магистр Джулиус Кордел. Выказывая ему уважение, все привстали со своих мест.

Только когда мы уселись за стол, Магистр Джулиус обратился к нам с речью. Он поздравил всех с началом учебного года и переходом на новую жизненную ступень, а затем как бы между делом сообщил:

— В этом году среди вас будут обучаться не совсем обычные студенты. Надеюсь, вы отнесетесь к этому с пониманием и должным терпением. Тем более что большинство из вас имеют глубокие аристократические корни, которые подразумевают, что ниже вашего достоинства опускаться до тривиальных дрязг и разборок. В любом случае вопрос с обучением вас всех… повторяю: ВАС ВСЕХ… решен окончательно и обсуждению на данном этапе не подлежит. — Обведя взглядом притихших студентов и сочтя, что соответствующее внушение было проведено, он мягко улыбнулся. — А теперь предлагаю всем хорошенько отдохнуть перед занятиями и отпраздновать ваше поступление. Приятного вам аппетита. — Развернувшись, Магистр Джулиус неспешным шагом удалился к столику преподавателей.

— Ничего себе! Нет, вы это слышали? — Видимо, девушка все никак не могла успокоиться, несмотря на внушение самого Магистра. Хотя и понизила немного голос, чтоб ее слова не долетали до преподавателей.

Постаравшись отрешиться от визгливого голоса этой напыщенной дуры, я с повышенным вниманием начала осматривать переполненную столовую. Посередине зала поставили столы, накрытые красной скатертью, для преподавательского состава. Ближе к выходу расположились старожилы из числа студентов. Какой это курс, понять было совершенно невозможно, так как возраст студентов решительно разнился, но то, что эти студенты обучаются в Академии не первый год, было понятно по их свободному поведению, выработанному привычкой к подобным мероприятиям. Среди них я заметила и знакомого блондинчика, сидевшего в окружении молодых людей, являвшихся, очевидно, его группой поддержки, так как они подобострастно заглядывали ему в рот и внимательно слушали самозабвенно упивавшегося своей славой парня. Что уж он им там травил, сказать не берусь, но громкий смех, периодически раздававшийся оттуда, долетал даже до нашего стола, хотя мы и находились в самом дальнем конце столовой.

Пока я рассматривала сидевших за соседними столами, за нашим образовалась целая баталия. Эта краля Натиль умудрилась всех переполошить, и теперь студенты разбились на две большие группы. Одна — большая — активно поддерживала Натиль, и студенты, примкнувшие к ней, возмущались такой несправедливостью, как обучение все последующие годы в одной компании с нелюдью. Часть ребят и девушек им возражали, не находя ничего особенного в том, чтоб учиться вместе, раз закон Академии это разрешает. Ну а самая большая часть просто самоустранилась от обсуждения такого животрепещущего вопроса, сделав вид, что у них масса других, более интересных вопросов.

Глава 11

Наконец-то в столовой появились все преподаватели, и после небольшой прочувствованной речи нам была дана отмашка к началу праздничного обеда. На столах, как по мановению волшебной палочки, появились тарелки, миски, блюда и вазочки, наполненные всякими вкусностями. Также в большом количестве были выставлены пузатые кувшины. Сразу несколько рук потянулись именно к этим кувшинам. Наш гном оказался самым проворным и умудрился схватить сразу два кувшина, что он нам с гордостью и продемонстрировал. Каково же было его разочарование, когда выяснилось, что во всех кувшинах налит самый обыкновенный сок, хотя и очень вкусный. Громкий голос, разнесшийся по всей столовой от столов преподавателей, только подтвердил это. Грустно переглянувшись, ребята накинулись на еду, чтоб наесться впрок. Тут меня под столом кто-то толкнул. Оглянувшись, я заметила, что Драрг активно делает мне какие-то знаки, наклонившись к нему, я услышала его громкий шепот:

— Лика, ты посмотри на другие столы! Судя по всему, только нас обделили, остальные-то вовсю веселятся!

Посмотрев на другие столы, я заметила, что там студенты, скорее всего, были хорошо осведомлены о сложившемся безалкогольном порядке, а потому заранее позаботились о том, чтобы не сидеть за накрытым столом, попивая только сок. И только наш стол оказался обделен, так как никто из нас и не предполагал такого коварства преподавателей. Глядя на унылые лица однокурсников, я начала усиленно думать, можно ли что-нибудь сделать для того, чтобы поправить ситуацию. Вспомнив курс химии, я отобрала у грустного гнома кувшин с яблочным соком и постаралась выделить его структуру. Видимо, благодаря водяному браслету, который связывал меня с водной стихией, процесс пошел достаточно легко. И в считаные минуты мне в нос шибанул запах перебродившего яблочного сока. Сделав небольшой глоток, я поняла, что нужно срочно внести некоторые дополнения. Подозвав официанта, я сделала заказ, который поверг его в кратковременный ступор:

— Любезный, а не могли бы вы принести мне сахарку, ну… вот примерно с эту плошечку? — Я показала рукой на салатную миску килограмма этак на три.

Пришлось еще раз повторить свою просьбу, так как домовой, который исполнял функцию официанта, обслуживающего наш столик, решил, что ему послышалось. Подождав, когда он принесет мне заказанное (кстати, вместе с ним пришли и два его друга, видимо, для того чтоб посмотреть, что я собираюсь делать с доставленным), я стала понемногу подсыпать сахар в получившееся молодое яблочное вино. Просто с первого раза я упустила тот момент, что натуральное вино получается немного кисловатым и, чтобы сделать его более удобоваримым, нужно добавить немного сахарку. Именно это я и сделала. А заказала сахара побольше на тот случай, что если у меня все получится, то одного кувшина явно не хватит, а значит, сахар еще понадобится. Попробовав, осталась относительно довольна его крепостью и вкусовыми качествами. Еще немного подправив напиток, удалив запах бражки и слегка его облагородив, я, преисполнившись гордости, протянула свое творение гному. Тот сидел рядом как на иголках и все принюхивался, стараясь понять, что я такое вытворяю.