Красная волчица - Марклунд Лиза - Страница 26

Но ЭТА в большей степени, чем другие террористические организации, осталась привержена машине террора. После свободных выборов 1977 года в стране жила масса басков среднего возраста, которые умели только терроризировать испанское государство. Мирная жизнь была скучна для этих людей, поэтому они пришли к выводу, что демократическое государство — это такое же зло, как и диктатура. Снова начались убийства. На этот раз испанское правительство создало ГАЛ, особую антитеррористическую группу…

Надо почитать об ЭТА, но Анника и без этого знала, что ЭТА — одна из самых упорных, не идущих ни на какие переговоры террористических организаций. Убийство ради убийства. Это были самозваные представители государства, которое никогда не существовало в действительности, они требовали компенсации за несправедливости, которые никогда не совершались.

Она записала «почитать Бьёрна Кумма» и пошла дальше.

Почему Рагнвальд? Не имело ли это прозвище какого-то глубинного смысла? Не символизировало ли оно нечто, что ей надо было знать?

Она торопливо набрала имя в «Национальной энциклопедии» и узнала, что это слово состоит из двух древнеисландских слов: ragn,божественная сила, и vald,властелин.

Властелин, обладающий божественной силой, неплохо звучит. Что это может означать, кроме мании величия?

Но что есть терроризм, если не мания величия?

Анника вздохнула, стараясь не обращать внимания на жжение в глазах. Кофе остыл и стал невкусным. Она вышла в коридор, в туалете вылила две почти полные кружки, потянулась, зажмурившись от яркого света люминесцентных ламп.

Она посмотрела на место, где обычно сидела Берит, но та еще не пришла.

Она вернулась на свое место, плотно прикрыла дверь и продолжила работу.

Теперь обувь. Это могла быть либо маленькая женщина, либо очень молодой мужчина или даже мальчик. Какая из этих версий наиболее правдоподобна? Кто взорвал самолет — двенадцатилетний мальчик или взрослая женщина?

Он был там с женщиной, записала она.

Но кто должен делать такие вещи? Сюп ничего не сказал о женщине. Она записала вопрос, но можно ли принять это?

Какие женщины в истории становились террористками?

Гудрун Энсслин была подругой Андреаса Баадера. Ульрика Майнхоф прославилась тем, что освободила того же Баадера. Считают, что Франческа Мамбро взорвала железнодорожный вокзал в Болонье вместе со своим другом Валерио Фьораванти.

Подруга Рагнвальда, записала она и подвела итог.

Молодой человек из Торнедалена уезжает в большой город на юге, где либо работает, либо прячется, потом возвращается в Норботтен, вступает в какую-то левацкую группировку под именем Рагнвальда, божественного властелина, что говорит о его мании величия. Он заводит себе подругу, которую уговаривает взорвать самолет. После этого он бежит из страны и появляется в ЭТА, где становится уже патентованным убийцей.

Она вздохнула и снова перечитала свои записи.

Для публикации эти заметки надо лучше обосновать и четко сформулировать. Она посмотрела на часы. До двух было еще далеко.

Миранда, как всегда, звонила в дверь долго и настойчиво. Анна Снапхане опрометью бросилась вниз по лестнице, чтобы этот старый черт с нижнего этажа снова не вышел из себя. Одной рукой она придерживала обернутую вокруг тела простыню, а другой — накрученное тюрбаном на голову полотенце.

Дверь немного заклинивало, как обычно, когда температура падала ниже нуля.

Девочка, не говоря ни слова, бросилась Анне на шею. Мать с силой прижала к себе дочь.

Краем глаза она увидела, что к двери подъезда от машины идет Мехмет с сумкой Миранды — спокойный, но со стиснутыми зубами.

— На кухне пончики, — шепнула Анна дочери.

Девочка взвизгнула от восторга и бросилась наверх.

В припадке упрямства или высокомерия она продолжала стоять на площадке, рискуя попасться на глаза соседям. Почти голая, если не считать тюрбана, она посмотрела в глаза Мехмету и потянулась к маленькой сумке. Он опустил взгляд:

— Анна, не надо…

— Ты хотел поговорить со мной, — сказала она, изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Я согласна, потому что речь идет о Миранде.

Она повернулась к нему спиной и пошла по лестнице, покачивая бедрами перед его лицом. Зайдя в ванную, накинула халат. Остановилась у зеркала и постаралась посмотреть на себя глазами Мехмета.

— Хочешь кофе? — спросила она, глядя ему прямо в глаза.

— Спасибо, — ответил он, — было бы неплохо. Мне еще надо поработать.

Она с трудом сглотнула, понимая всю неуместность этой сцены. Ему хотелось скорее уйти, но кофе был очень горячий, и быстро его не выпить.

— И я выпью с удовольствием, — сказала она и сняла с головы полотенце. Пальцами расправила мокрые пряди, вышла на кухню и налила себе большую кружку.

Он остался в гостиной, глядя в окно на соседский сад.

— Так в чем дело? — спросила она, садясь на диван.

— Мы поженимся, — сказал Мехмет и отвел глаза.

Она ощутила стеснение и укол в груди.

— Это не имеет никакого отношения ни ко мне, ни к Миранде, — сказала она, дуя на кофе.

Он сидел напротив нее, широко расставив колени и положив локти на комод.

— У нас будет ребенок, — сказал он. — У Миранды появится братишка или сестренка.

У Анны закружилась голова, но она упрямо не опускала взгляд.

— Ага, — сказала она, судорожно вцепившись в кружку. — Бесплатно.

Он вздохнул:

— Анна, я понимаю, как тебе тяжело…

Она вскинула голову и перевела дыхание.

— Нет, — ответила она. — Я не нуждаюсь в твоих соболезнованиях. Что все это, чисто практически, означает для Миранды?

Мехмет сжал губы. Как хорошо она помнила эту гримасу. Ее охватила тоска по сидевшему напротив мужчине, сердце пронзила мучительная боль. Она всхлипнула, к великому своему смущению.

Он протянул вперед руку и погладил ее по щеке, и она не уклонилась от его ласки.

— Мы не против, чтобы она все время жила у нас, — сказал Мехмет. — Но я не стану с тобой спорить, если ты этого не захочешь.

Она заставила себя рассмеяться.

— Ты многое можешь у меня отнять, но не моего ребенка. Уходи прочь.

— Анна…

— Исчезни!

Голос ее дрогнул от гнева.

В двери появилась девочка. Она недоуменно смотрела на отца и мать.

— Вы ссоритесь? — спросила Миранда. В руке у нее был недоеденный пончик.

Мехмет встал с быстротой и ловкостью хищного зверя, подошел к дочери и поцеловал ее в волосы.

— Мы увидимся в следующую пятницу, моя маленькая.

— Почему мама так расстроена? Ты плохо себя вел с мамой?

Анна, закрыв глаза, слушала, как стихают его шаги на лестнице. Она дождалась, когда хлопнула входная дверь, встала, подбежала к окну и увидела Мехмета.

Он, не оглядываясь, подошел к машине, достал из кармана мобильный телефон и набрал номер.

Он звонит ей, поняла Анна. Звонит своей невесте, чтобы все ей рассказать. Говорит, что ему было очень неприятно, она была возбуждена и агрессивна. И похоже, добровольно девочку не отдаст.

Берит Хамрин приоткрыла дверь на дециметр и просунула в щель голову:

— Голодна?

Анника сняла руки с клавиатуры. Чувство долга — прежде всего.

— Не очень.

Берит полностью открыла дверь аквариума и вошла.

— Тебе надо поесть, — весомо произнесла она. — Да и вообще, как ты можешь работать в таком беспорядке?

— Что такое? — удивилась Анника, подняла голову и осмотрелась. Ей стало стыдно, хотя она не увидела ничего особенного. — Что здесь не так?

— У тебя же есть вешалка, — сказала Берит, развешивая на крючки одежду. — Ну, вот так уже лучше. В кафетерии сегодня дают лазанью. Я заказала две порции.

Анника вышла из Сети, заблокировала компьютер, чтобы никто в ее отсутствие не смог войти в систему и прочитать ее записи или отправить с ее адреса подложную почту.

— Что ты сегодня делаешь? — дипломатично спросила Анника, чтобы отвлечь внимание коллеги от учиненного в ее комнатке беспорядка.