Последние ритуалы - Сигурдардоттир Ирса - Страница 61

— Что?! — Тора испытала настоящее потрясение. Ей было известно только про палец, найденный в помещении факультета, но с Гаральдом не связанный. Что же это такое происходит?! — Вы намекаете на массовое убийство? Или на серийное? Маньяк коллекционировал части тел своих жертв?

— В настоящий момент мы не знаем. Ваш клиент тоже говорит, что ничего о содержимом коробки не знает. Но он лжет. Я всегда вижу, когда лгут.

— Хорошо, какие у вас есть доказательства? Только контракт, якобы подписанный Халлдором?

— Да, — ответил Маркус. — И еще стальная звездочка с ботинок Гаральда, которые были на нем в ночь убийства. Ее нашли в щели под порогом студенческой комнаты отдыха. Из этого можно сделать предположение, что тело тащили через дверь. Заметьте, Халлдор бывал в этой комнате. Так что убийство, несомненно, совершили там. Кроме того, там же обнаружена испачканная кровью чайная ложка. С нее сняли отпечатки, и оказалось, что пальчики принадлежат Халлдору. А кровь — Гаральда. По крайней мере по предварительным результатам.

— Чайная ложка… — удивленно повторила Тора. — С пятнами крови… И как вы это связываете с делом?

Маркус избежал прямого ответа.

— Смотритель здания, или кто он у них там, передал ложку декану факультета, и тот немедленно принес ее сюда. — Полицейский укоризненно посмотрел на Тору. — В отличие от некоторых он решил не ждать до понедельника.

— Я все-таки не понимаю, как сюда вписывается ложка, испачканная кровью, и почему ее обнаружили только сейчас. Вы же обыскали здание полностью!

— Предполагается, что этой ложкой вынули глаза убитого. Что до смотрителя… — Маркус запнулся, и Тора поняла, что попала в больное место. — Конечно, мы все обыскивали. Почему не нашли ложку — неизвестно. Но мы обязательно выясним причины.

— Итак, у вас есть контракт и чайная ложка с пятнами крови, — сказала Тора, наблюдая, как Маркус взад-вперед раскачивается на стуле. У него в загашнике явно есть что-то еще. — Честно говоря, вряд ли это доказывает виновность Халлдора. Насколько я помню, у него есть алиби.

— Вы про бармена? — презрительно усмехнулся Маркус. — Мы поговорим с ним повторно. Не падайте в обморок, если после небольшого давления его показания станут разваливаться. — Он посмотрел на нее свысока. — К тому же у нас есть еще одна улика против вашего клиента. Точнее, две улики.

— Две? — удивилась Тора.

— Да. Или одна пара, если вам так больше понравится. Сегодня утром улику обнаружили при обыске квартиры Халлдора. Поверьте, этого достаточно, чтобы даже родная мать не сомневалась в его виновности.

Лицо Маркуса стало таким самодовольным, что Тора подумала, а не зевнуть ли ей демонстративно и уйти без дальнейших вопросов — только ради того, чтобы поставить полицейского на место. Впрочем, любопытство победило — как всегда.

— Так что же вы нашли?

— Глаза Гаральда.

Глава 31

Халлдор молча сидел, уронив голову на грудь, и сверлил глазами дырку в полу с той самой минуты, как Тора вошла в комнату для допросов.

— Халлдор, — произнесла Тора с толикой нетерпения. — Я не буду тут вечно. Если не хочешь разговаривать, то мне есть на что потратить время.

Он взглянул на нее.

— Хочу сигарету.

— Нельзя, — сказала Тора. — Курение здесь запрещено. Ты опоздал на десять лет, если пришел сюда покурить.

— От этого меньше курить не хочется.

— Может быть, полиция и разрешит тебе сигарету — потом, где-нибудь в другом месте. Давай перейдем к делу. Согласен?

Он устало кивнул.

— Тебе известно, почему ты здесь?

— Да. Более-менее.

— Надеюсь, ты понимаешь, что у тебя неприятности. Серьезные неприятности.

— Я не убивал, — сказал Халлдор, глядя ей прямо в глаза и не мигая. Поскольку на нее это не произвело впечатления, он стал ковырять на коленке дырку, проделанную дизайнером и увеличившую цену джинсов вдвое.

— Прежде чем говорить по существу, давай кое-что сразу проясним… — Тора выдержала паузу. Она ждала от Дори полного внимания и не стала продолжать, пока он на нее не посмотрел. — Я работаю на семью Гаральда. Это означает, что твои и их интересы совсем не обязательно совпадают. Особенно теперь. Советую тебе найти другого адвоката. Эта наша встреча будет единственной, больше я ничего не намерена делать. Могу назвать имена нескольких квалифицированных юристов, которые обеспечат тебе нужную помощь.

Халлдор прищурился и секунду подумал.

— Не надо. Я хочу говорить только с вами. Копы мне не верят.

— Может быть, потому, что ты им лжешь? — сухо произнесла Тора.

— Я не лгу. Не в главном.

— А определяешь, что главное, а что второстепенное, конечно, ты сам?

Вспышка гнева исказила лицо Дори.

— Главное — что я его не убивал.

— А что у нас второстепенное? — поинтересовалась Тора.

— Разное… — сказал он, опуская голову.

— Если ты считаешь, что я могу быть чем-то тебе полезна, то сделай и для меня кое-что. — Тора наклонилась к Халлдору через разделяющий их стол. — Не лги мне. Я всегда вижу, когда лгут. — Она надеялась, что получилось так же убедительно, как у Маркуса.

Дори кивнул, но его лицо по-прежнему оставалось кислым.

— Хорошо. Но все, что я вам скажу, — между нами. О’кей?

— До некоторой степени. Я уже сказала, что не буду защищать тебя в суде, так что можешь рассказывать мне почти все. Конечно, за исключением тех преступлений, которые ты намерен совершить в будущем. На них даже не намекай.

— Я не собираюсь совершать преступления, — мрачно ответил Халлдор. — Вы обещаете, что дальше вас это не пойдет?

— Я обещаю, что это не пойдет в полицию, даже если сможет улучшить твое положение. Ты уже в кутузке, намного хуже не будет. Впрочем, если тебе от этого полегчает, давай считать, что мы просто обсуждаем смягчающие обстоятельства. Это устраивает? Так ты получаешь помощь, фактически ничего не говоря.

— О’кей, — сказал он с ноткой сомнения в голосе и порывисто добавил: — Ладно, спрашивайте.

— Глаза Гаральда нашли в твоей квартире. Как ты можешь это объяснить?

Руки Халлдора судорожно дернулись. Он нервно почесывал тыльную сторону ладони. Тора спокойно ждала, пока он соображал, признаться ли во всем или отрицать, что имеет отношение к жуткой находке. Тора решила немедленно уйти, если он выберет последнее.

— Я… Я…

— Мы оба знаем, кто ты, — нетерпеливо сказала Тора. — Отвечай, или я уйду.

— Я не смог их послать, — выпалил он. — Не посмел. Тело нашли, и я боялся, что глаза обнаружат при пересылке. Я собирался сделать это потом, когда все утихнет. В то воскресенье я написал кровью заклятие и запечатал в конверт. А позже бросил письмо в почтовый ящик в городе.

Признавшись, он глубоко вздохнул и крепко сжал губы, как будто решил больше ничего не говорить.

— Это все из-за скрепленного кровью соглашения? Неужели ты и вправду старался выполнить этот дурацкий контракт на месть?

Халлдор в ярости посмотрел на нее.

— Да. Я поклялся Гаральду, и хотел сдержать слово. Для него это много значило. — Его лицо стало красным. — Его мать — полнейшая мразь.

— Ты понимаешь, что это абсолютное безумие? — недоумевала Тора. — Как же ты позволил себя втянуть, зачем поддерживал эту бредовую затею?

— Ну поддерживал и поддерживал, — глуповато ответил он. — Я его не убивал.

— Придержи коней, об убийстве мы еще поговорим, — сказала Тора. Дори действовал ей на нервы. — Это ведь ты извлек глаза, я правильно понимаю?

Халлдор неохотно кивнул.

— И унес их домой?

Он снова кивнул.

— А где, позволь спросить, ты их хранил?

— В холодильнике. Внутри буханки хлеба. Я засунул их в хлеб и положил в холодильник.

Тора отпрянула.

— Ну разумеется. В хлеб. Куда же еще? — Ей потребовалось значительное усилие, чтобы отогнать от себя этот образ. — Как ты это сделал? Я имею в виду саму операцию. Как ты вытащил глаза?

— Ничего особенного… — Дори пожал плечами. — Взял чайную ложку и… Вырезать символ было сложнее. Он плохо получался, а я был обкуренный и все время ходил к окну глотнуть свежего воздуха.