Теперь ты меня видишь - Болтон Шэрон - Страница 56

— Ты опоздал, — сказала Хелен.

— Не все еще съели? — Джосбери обвел собравшихся взглядом. — Всем привет.

Он сел на место Хелен рядом со мной, а она вышла из комнаты. Потянувшись к кувшину с водой, он легко коснулся меня левым плечом.

— Пиво будешь? — спросила Таллок.

Он покачал головой.

— Нет, я всего на минутку заскочил. Трезвые тут еще есть?

— А что? — насторожилась Таллок.

— Сейчас расскажу.

Хелен вернулась с тарелкой ризотто. Поставив угощение перед Джосбери, она примостилась на подлокотнике кресла, в котором сидела Дана. Джосбери с энтузиазмом принялся за еду, а мы все молча ждали, что он скажет. Плечо у меня по-прежнему покалывало.

— Еще бы курятинки сюда, — наконец произнес он, откладывая вилку и наливая себе воды.

— Если ничего толкового сказать не можешь, доедай и проваливай, — заявила Хелен. — У нас сейчас начнется заседание поэтического кружка.

— Я, кажется, нашел Тая Хаммонда.

Хелен, Майзон и Андерсон, по-видимому, не сразу вспомнили, кто это.

— Того парня, который выжил в пожаре на лодке, — напомнил Стеннинг. Джосбери продолжал поглощать ризотто. — В том самом пожаре, в котором погибла Кэти Луэлин.

— И где же он? — спросила Таллок.

— Живет на складе к востоку от Вулиджа, — сказал Джосбери. — Склад сначала продали каким-то девелоперам, но те обанкротились, и, пока юристы ломают копья, он стоит пустой. Вот там и обосновалась компашка отбросов общества — прости, Флинт, бродяг. Говорят, если мы нагрянем туда примерно через час, он будет дома и на сильных отходняках. Может, расскажет что-нибудь о Кэти. Может, даже вспомнит Викторию.

— И как ты об этом прознал?

— Связи, — загадочно обронил Джосбери, отправляя в рот очередную порцию.

Таллок и ее подруга переглянулись, потом Хелен одобрительно кивнула.

— Пудинг можем и после поесть.

— Позвать оперов? — предложил Андерсон.

— Как хотите, — сказал Джосбери. — Но я бы особо не шумел. Если кто-нибудь из этих олухов проболтается, завтра во всех утренних газетах напишут, что мы нашли нового Потрошителя и это оказался какой-то бомж. А у нас и так со связями с общественностью беда.

Таллок встала.

— Значит, поедем вдвоем. Хелен побудет с гостями.

— Нет, — вскочил Андерсон. — Босс, вы уж извините, но я вас не пущу в какой-то притон на ночь глядя с одноруким мужчиной. Мы с Питом тоже едем.

Джосбери посмотрел на раненую руку и шевельнул пальцами, как будто удостоверяясь, не успело ли его парализовать. Затем подмигнул Майзон, та улыбнулась в ответ и вопросительно взглянула на меня.

— Чем больше женщин, тем меньше страха, — сказала я. — Эти люди, которых Джосбери окрестил отбросами общества, на самом деле очень пугливы.

— Я тоже хочу, — вызвалась Майзон.

Минутное молчание. Со своих мест встали уже все, кроме Хелен и Джосбери.

— Ну, теперь я уж точно не останусь здесь мыть тарелки, — сказала Хелен.

70

Мы отвели Тая Хаммонда в круглосуточное бистро и заказали еду, к которой он не проявил никакого интереса. Как и предполагал Джосбери, мы нашли его в складском помещении — к слову, викторианском — в прибрежном районе Вулиджа и кое-как уговорили побеседовать в непринужденной обстановке. За столик огнеупорной пластмассы мы уселись вместе с Таллок и Майзон, а Хелен и трое мужчин сели в отдалении, чтобы лишний раз не нервировать человека.

— Вы меня арестовать хотите? — спросил он, засыпая в кружку грязно-белый порошок из сахарницы.

Таллок кивком велела отвечать мне.

— Нет. Просто хотим поговорить об одном событии, случившемся много лет назад. На лодке у Дептфорд-Крик произошел пожар, помнишь?

Он начал помешивать чай ложкой.

— Ну, помню, допустим.

— В пожаре погибли люди, — сказала я. — Кто угорел, кто утонул. Выжил только ты.

— Ну, повезло.

— Как? Как тебе повезло?

Вместо ответа он вцепился в кружку и уставился на сахарницу, наполовину им же опустошенную. В глаза он мне еще ни разу не взглянул.

— Тай, никто не хочет везти тебя в участок на официальный допрос. Но если надо будет, отвезем. Почему бы не…

Он наконец-то поднял глаза.

— Думаете, вы меня запугаете? В обезьяннике-то хоть кормят. Там тепло. В сортир нормальный можно сходить.

— Да, но героин там не выдают, — сказала я. — Ты же под героином, я правильно поняла? Нам даже придется ждать, пока тебя попустит, пока ломка пройдет. А это дело часов на двенадцать, если не больше. Двенадцать малоприятных часов.

Тай снова уставился на кружку, потом взялся за вилку и принялся гонять бобы по ободку тарелки.

— Ладно, едем, — сказала Таллок, вставая из-за стола.

— Подождите. Было же это, как его… Узнавание?

— Дознание? — подсказала я.

— Ага. В суде. Я им все рассказал, больше ничего не знаю.

— Расскажи еще раз, — попросила я. — Почему лодка оторвалась от причала?

— Веревку кто-то перерезал. Я потому и вышел на палубу. Эта девчонка, Кэти, меня позвала. Кто-то перерезал веревку, и мы начали дрейфовать.

Я не видела, как Таллок и Майзон переглядываются, но почувствовала это. Сама я не сводила глаз с Тая.

— Кэти? А фамилия у Кэти была какая?

— Не знаю, Кэти и Кэти. Мы по фамилиям друг друга не называли. У нас и имена в основном выдуманные были.

— Продолжай.

— Ну вот. Отплыли мы уже от берега, а это, знаете, паршиво — отплыть среди ночи без руля, без ни х… Поняли, что дело плохо. А потом Кэти закричала: «Пожар!»

— На лодке?

— Ага. Я сам не видел, но она побежала к носу. Потом р-раз, вспышка — и я уже под водой. Упал, получается.

— Тебя вытащили?

Я вспомнила, как еще совсем недавно с надеждой смотрела на огни речного патруля и понимала, что выживу.

— Нет, я сам доплыл до мола. Ухватился за этот… ну, столбик и выкарабкался.

Я краем глаза заметила, что Таллок подзывает ребят за соседним столиком.

— Повезло тебе. Крупно повезло. Тай, сколько человек было в ту ночь в лодке?

Тай задумался, будто считая в уме. Досчитав, покачал головой.

— Шестеро. Пятеро погибли, я один уцелел.

— Да, так и в рапорте написано. Трое мужчин, включая тебя, и три женщины, включая Кэтрин Луэлин. Все верно?

Он пожал плечами. Дескать, кажется, так. Кто-то передал фотографию Таллок, и та положила ее перед Таем. Это был моментальный снимок сестер.

— Узнаешь кого-то из этих девушек?

Он указал на младшую.

— Вот она. Кэти.

Глаза у Тая, как мне показалось, заблестели.

— Она была твоей девушкой? — спросила я, спиной чувствуя чье-то приближение.

Он покачал головой.

— Но она тебе нравилась, да?

К столику подошел Джосбери и пригнулся, чтобы наши головы оказались на одном уровне.

— А вторую девушку узнаешь? — спросил он. — Ты не видел их вместе?

Тай снова посмотрел на фото, потом на меня и покачал головой.

— А тебе никогда не казалось, что Кэти кто-то ищет, что она кого-то ждет?

— Да всех нас кто-нибудь искал. Менты, собесовцы, упрямые родственники. Бандиты всякие, которые считали, что мы им бабки должны. Вечно кто-то нас донимает.

— Понятно. Но Кэти — ее кто-то конкретно искал?

Тай еще раз осмотрел бобы у себя в тарелке и кивнул.

— А кто?

Он покачал головой.

Джосбери достал из кармана две двадцатифунтовых купюры, положил их на стол и прижал сверху ладонью.

— За вранье я не плачу, Тай, можешь даже не стараться. Скажешь что-нибудь интересное — оставлю деньги на этом столике.

Глаза у Тая мигом загорелись: он, должно быть, уже прикидывал, что сможет купить. И у меня почему-то закралось подозрение, что этот парень вряд ли отправится в ближайший супермаркет за листьями салата и йогуртом с живыми бактериями.

— Она чего-то боялась? — подстегнул его Джосбери.

Тай неуверенно кивнул, но потом сразу пожал плечами — привычный жест.

— Она точно не хотела, чтобы ее нашли. Отказывалась переезжать на север от реки. Думаю, там жил этот парень — она никогда не говорила, что это парень, но мне казалось, что все ж-таки парень. Он, наверно, жил на северном берегу, поэтому она и не хотела туда перебираться.